Председатель Верховного суда России Вячеслав Лебедев в четверг на встрече с президентом России предложил вывести из-под уголовной ответственности и перевести в разряд административных правонарушений преступления небольшой тяжести, передает РИА «Новости».
Если придумают, как защитить права потерпевшего и предоставить право на защиту обвиняемого, пусть и в административном порядке, то это будет правильно
По его мнению, это позволит сократить количество направляемых в суды дел на 300 тыс. ежегодно.
«Проектом закона, который подготовил Верховный суд, предлагается в отношении преступлений небольшой тяжести, таких как побои, использование заведомо подложного неофициального документа и ряд других, перевести составы из уголовно наказуемых деяний в административно наказуемые с тем же наказанием – штрафом, исправительными или обязательными работами. Но здесь судимости не будет, не будет приговора», – отметил председатель ВС.
Лебедев подчеркнул, что за последние годы количество дел по обвинению в совершении преступлений небольшой тяжести значительно возросло: в прошлом году такие дела поступили в отношении 330 тыс. человек и составили 46% от всех дел, которые рассматривают суды, тогда как в 2000 году их было 15% (в отношении 184 тыс. человек).
По мнению Лебедева, характер, степень общественной опасности этих дел не всегда адекватны совершенным деяниям, а последствия судимости негативны и не адекватны преступлениям небольшой тяжести.
Глава ВС предложил также увеличить сумму хищения, за которое наступает уголовная ответственность, с 1 тыс. до 5 тыс. рублей, а также считать значительным ущербом хищение не от 2,5 тыс., а от 10 тыс. рублей.
Путин поддержал эти предложения. «У нас в местах лишения свободы находится достаточно большое количество людей, которые совершили незначительные по современным меркам правонарушения. Но, тем не менее, вынуждены проходить печальную, скажем прямо, и далеко не всегда самую эффективную школу жизни», – сказал он.
Лестница наказаний
Стоит отметить, что с исторической точки зрения уголовная система в России за последние сто лет существенно подобрела.
К началу прошлого века в Уложении о наказаниях уголовных и исправительных были предусмотрены следующие виды наказаний: смертная казнь, ссылка на каторжные работы (минимум на четыре года, максимум – бессрочно), ссылка на поселение в Сибирь (в отдаленнейшие места или в места не столь отдаленные), ссылка на поселение в Закавказье. Такими были уголовные наказания. Во всех случаях осужденный лишался всех прав состояния.
Система исправительных наказаний была более разветвленной: отдача в исправительные арестантские отделения, ссылка в Сибирь, ссылка в отдаленные губернии (кроме Сибири), заключение в крепости, заключение в тюрьме, кратковременный арест, выговор в присутствии суда, замечания и внушения от мест судебных или правительственных, денежные взыскания. Часть из этих наказаний сопровождалась лишением всех прав и преимуществ.
УК РСФСР от 1922 года определял в качестве наказаний изгнание из пределов РСФСР на срок или бессрочно, лишение свободы со строгой изоляцией или без таковой, принудительные работы без содержания под стражей, условное осуждение, полную или частичную конфискацию имущества, штраф, поражение прав, увольнение от должности, общественное порицание, возложение обязанности загладить вред.
В новом документе 1926 года были добавлены пункты: объявление врагом трудящихся с лишением гражданства Союза ССР и обязательным изгнанием из его пределов; удаление из пределов Союза ССР на определенный срок; удаление из пределов РСФСР или отдельной местности с обязательным поселением в иных местностях или без этого, или с запрещением проживания в отдельных местностях или без этого; запрещение занятия той или иной деятельностью или промыслом; предостережение.
В кодексе 1960 года уже не было таких наказаний, как поражение в правах, принудительные работы, изгнание и лишение гражданства. В то же время было добавлено наказание в виде лишения воинского или специального звания для служащих, а также содержание в дисциплинарном батальоне.
Смертная казнь в советских кодексах была вне системы наказаний, поскольку официально заявлялось, что это исключительная мера.
«Много излишне криминализированных статей»
Несколько лет назад широко обсуждалась гуманизация пенитенциарной системы. Политики призывали суды по возможности выносить для впервые нарушивших закон наказание, не связанное с лишением свободы, а в качестве меры пресечения – домашний арест. История с домашним арестом обернулась грандиозной аферой с воровством денег, выделенных на браслеты для арестованных, сейчас по этому делу проходит бывший глава ФСИН. В то же время число приговоров, связанных с реальным лишением свободы, действительно снизилось, говорят эксперты.
«В последнее время процент наказаний, связанных с лишением свободы, выглядит оптимистично, снизился чуть ли не до 50%, раньше он был намного больше», – сказала в интервью газете ВЗГЛЯД судья Конституционного суда в отставке, заслуженный юрист России Тамара Морщакова.
«У нас очень много излишне криминализированных статей в Уголовном кодексе, – считает она. – Кроме того, административная ответственность рассматривается в других странах и практике ЕСПЧ как аналогичная по характеру уголовно-правовой. Это направление развития для нашего законодательства, обеспечивающего привлечение к уголовной ответственности, безусловно, необходимо».#{crime}
«Некоторые меры административной ответственности по строгости иногда очень конкурируют с уголовным наказанием, – пояснила судья. – Поэтому дело не в мерах наказания, и даже не только в том, что уголовная ответственность создает судимость, а в том, что уголовная ответственность признает деяние общественно опасным. Почему в теории говорят, что у нас излишняя криминализация? Потому что в УК криминализованы те деяния, которые не обладают степенью общественной опасности, характерной для преступлений».
Она подчеркнула, что к этому нельзя подходить легкомысленно: «К примеру, побои – если речь идет о домашнем насилии, сейчас разрабатывается проект закона о домашнем насилии, там предусматриваются серьезные меры в ответ на домашние побои и не только на побои».
Подводные камни
Федеральный судья в отставке, заслуженный юрист России Сергей Пашин считает инициативу Верховного суда правильной. «Наш кодекс перегружен теми деяниями, малозначительными по сути, которые на Западе называются уголовными проступками. Разбираются они в упрощенном порядке, и людей в тюрьму не отправляют.
Но тут есть два подводных камня. Первый – это право на защиту, потому что, если деяние переводится в КоАП, то адвокат за счет государства обвиняемому не предоставляется. А второе – это, конечно, защита прав потерпевшего. Побои – это дело частного обвинения, и гражданин обращается с жалобой и поддерживает обвинение перед мировым судьей. Если это деяние попадает в Кодекс об административных правонарушениях, права потерпевшего не так защищены, как по Уголовно-процессуальному кодексу. Если придумают, как защитить права потерпевшего и предоставить право на защиту обвиняемого, пусть и в административном порядке, то это будет правильно», – пояснил он газете ВЗГЛЯД.
По его мнению, вместо уголовных наказаний по ряду составов следует ввести в законодательство категорию «уголовный проступок», и эти проступки должны в упрощенном порядке рассматриваться мировыми судьями, которые бы выносили наказания, не связанные с лишением свободы. В российской практике такое уже было: понятие уголовного проступка содержится в Уставе о наказаниях, налагаемых мировыми судьями, от 1864 года.
Пашин высказал мнение, что в наше время можно было бы ввести и такую царскую норму, как лишение прав состояния: «Это связано, по сути, с гражданской смертью, то есть наказание, которое выводит за рамки свободных людей в стране, то есть человек теряет некоторые привилегии. Это могло бы быть связано с запретом на занятие определенных должностей, с запретом, например, на усыновление».
Судья констатировал, что российские суды даже за незначительные преступления, совершенные впервые, чаще выносят наказание, связанное с лишением свободы, поскольку «с гражданина больше нечего взять, кроме как его свободу». «Сейчас некоторое снижение реального лишения свободы. Но есть другие тенденции: если человек не платит штрафа или уклоняется от исправительных работ, ему заменяют лишением свободы. Фактически получается, что он осужден не к лишению свободы, а все равно оказывается в колонии. Люди наши нищие, им нечем платить», – рассказал он.
При этом Пашин сравнил меры по смягчению наказаний и предложения по декриминализации ряда статей в УК с тем, что происходило в уголовном законодательстве 25 лет назад.
«Была грандиозная декриминализация в 1990–1991 годах, – вспоминает он. – Вот тогда действительно произошел некий перелом. Мы отменили ответственность за мелочевку: за бродяжничество, за попрошайничество, за разукомплектование сельскохозяйственной техники, за спекуляцию, то есть за преступления, связанные с советским представлением о хозяйстве. И сразу тюремная система отреагировала: надо было выпускать больше ста тысяч людей. В основном за счет спекуляции и бродяжничества».