Россия возобновит производство экранопланов в качестве ударных боевых комплексов с крылатыми ракетами после 2020 года, сообщает РИА «Новости» со ссылкой на высокопоставленного представителя командования ВМФ.
Экраноплан не имеет явных преимуществ перед комбинацией кораблей и самолетов. Зато он совмещает все их недостатки: летит медленнее, слабее вооружен и более уязвим
«Тема экранопланов восстанавливается в ударном исполнении, то есть как «Лунь» – носитель крылатых ракет. Строительство должно начаться после 2020 года в Нижнем Новгороде», – сказал собеседник агентства. По его словам, Минобороны выдало тактико-техническое задание, и уже начались опытно-конструкторские работы.
В мае глава концерна «Моринформсистема – Агат» Георгий Анцев уже предупредил, что ЦКБ по СПК имени Р.Е. Алексеева разрабатывает проект экраноплана океанской зоны со взлетной массой примерно 500 тонн. По его словам, сейчас «идет этап перезагрузки советского периода..., научно-исследовательские разработки, моделирование, макетирование». Ранее на одной из специализированных выставок в РФ уже был представлен проект экраноплана прибрежной зоны со взлетной массой 60 тонн.
«Самая главная их проблема была в надежности, что и определило их дальнейшую судьбу», – говорил год назад газете ВЗГЛЯД бывший первый замглавкома ВМФ Игорь Касатонов. Адмирал застал экранопланы, когда командовал Черноморским флотом. По словам Касатонова, при «бумажной-теоретической» красоте проекта на практике экранопланы оказались крайне неэффективными.
Впрочем, теперь адмирал настроен по поводу экранопланов гораздо оптимистичнее. Возобновление работ он связал с новой Морской доктриной, которую в День ВМФ в Балтийске утвердил президент Владимир Путин. Проект ее готовил, как известно, вице-премьер Дмитрий Рогозин.
«Это часть огромной работы, которая будет проведена в связи с новыми решениями. Развитие флота продолжается и в этой части. Всем отраслям промышленности нужно подтягиваться по новым современным технологиям. Безусловно, это не должны быть экранопланы, которые были 40–50 лет назад, – сказал в среду Игорь Касатонов газете ВЗГЛЯД. – Все должно делаться на новой основе. Тогда их эффективность увеличится в 1,5–2 раза».
Впрочем, адмирал призвал не зацикливаться на экранопланах. «Например, на океане нелогично их использовать. Они, предположительно, годятся в прибрежной зоне океана, как на Дальнем Востоке, а также для закрытых морей, вроде Черного или Каспийского, хотя и на этих морях бывают штормы. Однако современные технологии могут решать вопросы стабилизации, успокоения качки, снижения всех отрицательных морских факторов», – перечислил Касатонов.
По его мнению, экранопланы должны летать где угодно, не обязательно над ровной поверхностью теплых морей, где не бывает ледяных торосов. «Если будет системность, последовательность, то со временем перейдем и к серийному производству. Тогда разберемся, где он будет применяться – над водой или надо льдом, – предложил Касатонов. – Когда они будут сделаны и в техническом, и в технологическом плане, когда будет подтверждена их надежность, тогда встанет вопрос тактики их применения».
Бывший главком считает преимуществом экранопланов их скорость и внезапность появления. «Он может лететь то в воздухе высоко, то над самой водой. Проекция ракеты очень маленькая, несколько десятков сантиметров. Пока идут эксперименты, но впереди большое будущее. У него разноплановое применение. Так что экранопланы-ракетоносцы – это очень эффективное средство», – подытожил Касатонов.
«Вряд ли решение уже принято»
В отличие от адмирала, заместитель директора Центра анализа стратегий и технологий Василий Кашин сомневается, что решение о возрождении проекта уже всерьез принято. Он обращает внимание на то, что сообщение из ВМФ – неофициальное, оно опирается на анонимный источник.
«Поскольку упоминается 2020 год, скорее всего, идут лишь опытно-конструкторские работы, проработка возможностей в ранней стадии. Мы ведь находимся на этапе обсуждения новой госпрограммы вооружений 2016–2025 годов. Видимо, это заявление – это предложение, гипотетическая возможность что-то туда добавить. Может, есть промежуточные решения. Может, это лишь точка зрения тех или иных руководителей», – предположил Кашин в интервью газете ВЗГЛЯД.
«Мы переживаем неблагополучные экономические времена, причем на фоне растущей военной напряженности. Необходимо экономить военный бюджет. У нашей границы фактически идет война. Явный приоритет для нас сейчас – сухопутные войска и ВВС, а не надводный флот, – считает эксперт. – В этих условиях создавать целый новый класс вооружений? Сомнительный шаг. Экзотика. Скорее всего, до этого и не дойдет».
Используя набегающий поток
Год назад первый зампред комитета Госдумы по промышленности Владимир Гутенев призвал возродить производство экранопланов. Как писала газета ВЗГЛЯД, с их помощью он предложил наладить бесперебойное сообщение с Крымом.
Напомним, экраноплан – это высокоскоростное транспортное средство, нечто среднее между тяжелым самолетом и легким катером. Крыло экраноплана, в отличие от самолетного, имеет специальные профиль и форму, максимально приспособленные для эффективного использования набегающего потока, сжимаемого между крылом и поверхностью (экраном). Аппарат летит в пределах действия аэродинамического экрана, на высоте до нескольких метров от поверхности воды или земли. Его конструкция позволяет снять ограничения со скорости движения судов и приблизить ее к авиационной.#{weapon}
Одним из лучших разработчиков этих аппаратов в мире считается выдающийся советский конструктор Ростислав Алексеев, благодаря которому само слово «экраноплан», подобно слову «спутник», вошло во многие языки без перевода, в оригинальном «русском произношении».
В СССР для вооруженных сил разрабатывались две модели экранопланов – военно-транспортный «Орленок» и ударный экраноплан «Лунь» с крылатыми ракетами. Вооруженный шестью управляемыми противокорабельными ракетами «3М-80 Москит», он совершил свой первый ударный полет в 1987 году.
«Лунь» мог передвигаться на дальность 2 тыс. км и нести груз в 140 тонн. Каждая из ракет «Москит» была размером с истребитель МиГ-21. На каждой могла стоять ядерная или фугасная боевая часть массой до полутонны. Ракета имеет почти гиперзвуковую скорость полета, полет проходит по сложной траектории, когда над самой поверхностью моря ракета выписывает замысловатую «змейку», резко набирает и сбрасывает высоту полета – «горка» в результате этого полностью сливается с окружающей обстановкой. Заметить «Москит» можно только под самым бортом корабля, когда увернуться от встречи с этой машиной уже физически невозможно. За скорость, непредсказуемость полета и разрушительную мощь «Москит» прозвали на Западе «Солнечный ожог». А сам «Лунь» за размеры, сопоставимые с эсминцем, – «Каспийским монстром» (испытания проходили на Каспии).
После успешных испытаний «Лунь» был в 1990 году передан в опытную эксплуатацию. Была даже сформирована 11-я авиагруппа экранопланов Черноморского флота. Но в итоге «монстр» так и остался лишь одной из страшилок холодной войны. В 90-е годы проект были свернут, как пишет РИА «Новости», из-за нехватки финансирования. Сегодня единственный «Лунь» списан и законсервирован на Каспийском море.
«Такое чудище многотонное с ракетами»
Василий Кашин напоминает, что в мире нигде нет примеров массового производства военных экранопланов. «Ими занимаются только две страны – Китай и Иран, но и там нет массового производства. Перед китайцами стоит задача борьбы за многочисленные маленькие острова в Южно-Китайском море. Китайцы закупили у нас технологии и наладили производство небольших аппаратов – для военных и для пограничников, но лишь в качестве транспорта между маленькими островами. Там есть острова, имеющие стратегическую важность, но такие маленькие, что на них даже аэродром не построишь. Базой для аппаратов служит остров Хайнань. Попыток использовать аппараты как ракетоносцы, даже при наличии финансового изобилия, китайцы не предпринимали», – пояснил Кашин.
Иранцы же, по его словам, строят небольшие военные экранопланы для спецназа. «Главный военно-политический рычаг Ирана – это угроза блокировать Ормузский пролив. Для этой цели у них есть куча небольших плавсредств, в том числе и аппараты. Видимо, они предназначены для диверсий, для установки мин. Но строить многотонное чудище с ракетами иранцам тоже в голову не пришло», – напомнил эксперт.
По словам Кашина, проект был заморожен вовсе не в 90-е, а еще раньше, во времена «советского расточительства», и вполне осознанно.
«Военные очень сомневались, что применение этих аппаратов даст серьезный выигрыш по сравнению с комбинацией боевых кораблей и самолетов, – сказал Кашин. – Все тогдашние доводы «против» сохраняются и теперь. Экраноплан просто не имеет явных преимуществ перед комбинацией кораблей и самолетов. Зато он, некоторым образом, совмещает все их недостатки: движется медленнее, чем бомбардировщик, слабее вооружен, чем корабль, при этом выглядит как низко летящая, относительно крупная цель, поэтому более уязвим».