Сергей Жук (Гудвин) известен в Рунете как «охотник за головами педофилов». Свою борьбу он ведет уже не первый год. В последнее время в Сети регулярно появляются ролики, авторство которых приписывают «охотникам»: на них видно, как молодые люди, представляясь детьми, знакомятся с заинтересованными мужчинами, потом приходят большой компанией на «свидание» и высказывают все, что о них думают, снимая на камеру.

Надо было не ролик в Интернет выкладывать, а отправить информацию в органы МВД

В интервью газете ВЗГЛЯД Сергей Жук признался, что его организация не только не имеет к таким роликам отношения, но и считает их вредными, и рассказал почему.

ВЗГЛЯД: Сергей Александрович, расскажите, пожалуйста, о вашей организации. Когда она возникла и чем занимается?

Сергей Жук: Можно сказать, что официально мы существуем год. До этого мы просто их ловили, но со временем пришло понимание масштабов проблемы. Начиналось все с чатов на mail.ru. Там в свое время была «педофильская» комната, там были педофилы, и мы думали, что количество этих животных в Интернете ограничивается числом пользователей этих чатов. Потом начала открываться полная картина: вся Сеть ими кишит. Тогда пришло понимание, что нужно начинать активную информационную борьбу. Многие обвиняли нас в пиаре, на что мы отвечали, что пиарим не организацию, а противодействие гражданского общества этому явлению.

Посмотрите на данные МВД. Они, как правило, заниженные, но даже при этом правоохранительные органы признают, что за последние 10 лет количество преступлений в отношении несовершеннолетних увеличилось в 30 раз.

ВЗГЛЯД: В целом к чему сводится деятельность вашей организации? Какие ее главные направления?

С. Ж.: В последний год мы главным образом критикуем три социальные сети: «Одноклассники», «Вконтакте», «Мой мир». Все они зарекомендовали себя не просто как локомотивы педофилии в Интернете, а как единственные три столпа. Потому как если есть вечные заявления «Вконтакте» о том, что они не могут модерировать свой ресурс из-за большого количества роликов, то можно обратить внимание на Youtube, где загружают в десять раз больше роликов, – там даже черный юмор далеко не всегда прокатывает, тут же удаляют и ролик, и аккаунт пользователя.

Сейчас в комментариях все больше родителей пишут, что выводят своих детей из социальных сетей и стали более бдительно следить за их поведением, например ставят программное обеспечение по слежке за ребенком.

Наша работа – во-первых, информирование родителей, иллюстрация угроз, которые есть в этих сетях. Мы не просто говорим, что они есть, и просим поверить нам на слово. Недавно был проект по трансляциям на mail.ru, куда стоило только зайти ребенку, на него накидывались сотня-другая педофилов, и начиналось: покажи то, покажи это.

Сейчас мы будем плотно работать с МВД, которое, как известно, стало заинтересовано в этой работе. Мы написали Рашиду Нургалиеву с предложением работать с нами, потому как мы, в отличие от некоторых деятелей, видим свою главную задачу не в том, чтобы только критиковать полицию по любому поводу, а в том, чтобы активно сотрудничать и «сливать» педофилов.

ВЗГЛЯД: В последнее время по Сети расходится множество роликов, авторы которых от имени детей назначают свидание педофилам, а потом приходят на встречу большой компанией и с камерами. Вы имеете к этому отношение?

С. Ж.: За последний год, после того как мы стали активно популяризировать тему борьбы с педофилией, как грибы после дождя стали расти различные  организации в разных регионах. Поэтому мне трудно сказать, кто из них делает подобные ролики.

ВЗГЛЯД: Вы находите эти мероприятия полезными?

С. Ж.: Я считаю, что такие методы неправильные. Мы ролики не снимали и снимать не будем. Потому что сейчас каждому педофилу понятно, что максимум, что ему грозит за попытку познакомиться с ребенком в Сети, – и то это очень маленькая вероятность – что на встречу вместо ребенка приедут лбы, которые покричат на него. Ни полицейских, ни уголовного дела – ничего.

ВЗГЛЯД: Не так давно был случай, когда выявленный такими добровольцами педофил оказался завучом средней школы. После того как директору позвонили и сообщили о нем, он был уволен...

С. Ж.: Уволить педофила не значит его наказать. Он должен предстать перед законом. Кто-то вылил ролик, в школу позвонили, человека уволили. Та переписка, что есть на этого человека, – это переписка взрослого, который представляется ребенком. И этого завуча никто теперь не сможет привлечь.

Сотрудники управления «К» постоянно заявляют о том, что такие вещи мешают им работать. «Вы вскрываете педофилов и вспугиваете, пока мы до них добраться еще не успели, – говорят они. – Вы прибегаете к нам, а потом тут же начинаете всему свету рассказывать, что на педофила сейчас будут заводить дело. Педофил узнает об этом, стирает все свои анкеты, весь компромат*, уничтожает информацию на жестком диске, и все».

В данном случае надо было не ролик в Интернет выкладывать, а отправить информацию в органы МВД, чтобы те успели забрать у него системный блок на анализ.

А такие ролики любому педофилу говорят о его безнаказанности: он понимает, что в худшем случае на встречу припрутся какие-то ребятишки, покричат и отпустят. Даже бить не будут.

ВЗГЛЯД: А какими тогда вы пользуетесь методами в своей деятельности?

С. Ж.: На каком-то этапе мы занимались чем-то подобным, только вместо роликов нам было достаточно выявить личность педофила, «распиарить» его через блоги и донести информацию о нем его близким.

Например, этим летом самым жирным карасем, который попался, оказался подполковник МВД из Новосибирска. А до этого был старший лейтенант – следователь из Тольятти. Этих жирных карасей было интересно раскручивать.

Собираем информацию, передаем в полицию. Сейчас у нас наладился контакт с органами, начинается плодотворная работа.

ВЗГЛЯД: То есть в итоге вы пришли к выводу, что предавать информацию о педофилах огласке неэффективно?

С. Ж.: Не совсем. С полицейскими, крупными чиновниками и бизнесменами мы и впредь так будем поступать, потому как понимаем, что иначе ничего им не будет. Если обычные граждане умудряются отмазаться, то такие личности точно найдут возможности уйти от правосудия.

Информацию о них и надо обнародовать. А обычных граждан нужно «сливать» органам. И не предавать информацию о них огласке, чтобы они не успели уничтожить улики против себя.

ВЗГЛЯД: Полицейские ведут какую-нибудь статистику по делам, которые вы им передали, говорят о результатах?

С. Ж.: Я буквально неделю назад встречался с сотрудником угрозыска Москвы. На встрече мы обговорили все нюансы нашего сотрудничества. Что самое интересное, они сами вышли на связь и предложили сотрудничать.

Сейчас планируется создание отдельного подразделения, которое будет заниматься расследованием преступлений в отношении несовершеннолетних. Пока сотрудники из разных подразделений формируют команду из оперативников и следователей, чтобы педофилы попадали именно к тем сотрудникам, которые не отпустят, а привлекут к ответственности по полной программе.

* Некоммерческая организация, включенная в реестр НКО, выполняющих функции иностранного агента