Президент России Дмитрий Медведев во вторник прокомментировал свое решение о создании единого Следственного комитета (СК). Глава государства не исключил, что новая структура получит функции следственных органов всех ведомств.
Функции следствия и функции надзора становятся действительно самостоятельными
«Я сейчас не определяю окончательно конфигурацию, но, в принципе, я допускаю, что в какой-то момент Следственный комитет может впитать всю подследственность, имеющуюся на сегодняшний день у других следственных подразделений. Я такой сценарий допускаю, но допускаю и иной: я допускаю, что мы можем сохранить несколько следственных ведомств, как, собственно, это существует во всем мире», – заявил Медведев.
Первый заместитель председателя комитета Госдумы по конституционному законодательству и государственному строительству Александр Москалец, с 1974-го по 1992 год работавший в органах прокуратуры, рассказал газете ВЗГЛЯД о предстоящих изменениях в правоохранительной системе.
ВЗГЛЯД: Александр Петрович, президент заявил, что ему еще предстоит принять решение, передавать ли СК функции следственных органов всех ведомств или оставить их у МВД, ФСБ и ФСКН. По-вашему, какой вариант был бы более целесообразен?
Александр Москалец: Сейчас строится совершенно самостоятельный и новый правоохранительный орган, который работает в режиме взаимодействия с другими органами. Мы начинали постепенно. Сначала Следственный комитет при прокуратуре – практика показала обоснованность принятия такого решения. Теперь нужно на практике обкатать вот эту новую ситуацию, а затем сделать и следующий шаг. Лучше все-таки эволюционный путь, чем революционный. И в этом плане президент совершенно прав, логика его действий нам понятна, мы находимся на его стороне.
ВЗГЛЯД: Под «следующим шагом» вы подразумеваете как раз передачу функций следствия всех ведомств единому СК?
А. М.: Думаю, что когда он полностью встанет на ноги и мы увидим, что это устойчивое состояние, тогда да, вполне можно будет рассмотреть и этот вопрос.
ВЗГЛЯД: Если пока все остаются при своих полномочиях, что меняется с созданием новой структуры?
А. М.: Функции следствия и функции надзора становятся действительно самостоятельными, теперь эти системы даже через приставку «при» (Следственный комитет при Генеральной прокуратуре – нынешнее название ведомства – прим.) никак не взаимодействуют, а работают, выполняя каждая свои задачи. Тем самым надзорная система тоже получит определенный импульс, а ответственность самого Следственного комитета, коль скоро он становится самостоятелен, естественно, выходит на новый уровень, и мы вправе с него спрашивать больше, чем было до этого.
ВЗГЛЯД: У вас есть предположения, кто может возглавить Следственный комитет?
#{smallinfographicright=368883}А. М.: Этот вопрос я не комментирую.
ВЗГЛЯД: СМИ часто проводят аналогии между создаваемым единым СК и американским ФБР, хотя последнее как раз подчинено минюсту и генеральному прокурору. Насколько корректно, на ваш взгляд, такое сравнение?
А. М.: Все-таки ФБР работает в режиме другой конституции, другого взаимодействия штатов и федерального центра, других традиций и другой правоохранительной системы. Поэтому тут сравнивать и не нужно.
ВЗГЛЯД: Однако у ФБР есть некоторые черты, которые нередко приводят в пример. В частности, открытость системы: по каждому случаю собираются пресс-конференции, общественности подробно рассказывают о ходе работы и т. д. Как будут обстоять дела с этим у нас?
По мнению Александра Москальца, изменения в правоохранительной системе должны идти постепенно (фото: ИТАР-ТАСС) |
А. М.: Мы к этому идем, и я это вижу. Вы того же Маркина (Владимир Маркин, официальный представитель СКП – прим.) постоянно показываете, открыт Бастрыкин (председатель СКП РФ Александр Бастрыкин – прим.), так что я вижу, что движение в этом направлении идет, и я думаю, что мы отладим и этот вопрос.
ВЗГЛЯД: После того как был создан Следственный комитет при прокуратуре, отмечались случаи, мягко говоря, не очень эффективного взаимодействия между прокуратурой и следствием, в прессе писалось о так называемых ведомственных войнах. Новая система гарантирует, что подобных прецедентов не будет?
А. М.: Прокуратура всегда являлась органом, который координировал действия правоохранительной системы по борьбе с преступностью. Я считаю, что таковым органом она и останется. Высвободившуюся энергию она направит на борьбу с коррупцией.
ВЗГЛЯД: Возможны ли при новой системе конфликтные ситуации, скажем, между следователями СК и сотрудниками правоохранительных органов?
А. М.: Конфликт при такой структуре правоохранительной системы отодвигается куда-то далеко и объективными реалиями вызываться не будет. Его здесь только придумать можно.
ВЗГЛЯД: Как следователи СК и полицейские будут делить дела?
А. М.: Делить дела и не надо. Есть Уголовно-процессуальный кодекс, который четко указывает подследственность. Тут у нас проблем никогда не было, нет сейчас и не будет потом.
ВЗГЛЯД: Александр Петрович, немаловажным является и вопрос о зарплате...
А. М.: Зарплата в Следственном комитете сейчас такая же, как в органах прокуратуры. В принципе, она достаточная, но я абсолютно отдаю себе отчет, что ее нужно повышать. Следственная работа и надзорная работа – это разные вещи. Нагрузка, физические и психологические затраты на следственной работе намного выше.
ВЗГЛЯД: При этом следователи МВД отмечают, что у них зарплата существенно ниже, чем в СКП. На ваш взгляд, нужно ли исправлять такой перекос?
А. М.: Ничего здесь страшного нет, потому что у следователей прокуратуры совершенно другая подследственность уголовных дел. Это более тяжкие, более сложные дела, требующие более высокой квалификации, поэтому с таким подходом я согласен.
ВЗГЛЯД: Дело в том, что следователи МВД стараются перейти на работу в Следственный комитет, где больше платят, и их начальники жалуются на кадровую проблему...
А. М.: Если есть высшее образование, то пожалуйста. Но там (в МВД), насколько я знаю, не все следователи имеют высшее юридическое образование.