В среду губернатор Краснодарского края Александр Ткачев сделал громкое признание о том, что банды, подобные «кущевской», существуют в каждом районе Кубани: «Это преступление (убийство 12 человек в Кущевской) могло произойти в любой части края. К сожалению, в той или иной степени такие банды есть в крае в каждом муниципалитете. Где-то больше, где-то меньше, но есть», – заявил он, выступая перед местным законодательным собранием. «Бандочки создавались на наших глазах», – продолжил он откровения и объяснил сложившуюся ситуацию потаканием группировкам сотрудниками правоохранительных органов. «Ниточки поддержки ведут и на краевой уровень. Налицо предательство интересов края», – убежден чиновник.
Если будут отстранены руководители краевых правоохранительных органов, удастся вычислить и весь криминальный «спрут
Проверки, прошедшие в городе Гусь-Хрустальном после обращения жителей к премьер-министру России Владимиру Путину, показали, что ситуация с оргпреступностью типична не только для Краснодарского края. В обращении коммерсанты, политики и общественники указывают, что в городе орудуют бандиты. В частности, в письме изложены более 30 фактов не расследованных преступлений, совершенных в отношении городских предпринимателей. Подписавшиеся связывают разгул преступности с предстоящими в марте следующего года выборами в органы местного самоуправления.
На время проверки от своих должностей отстранены начальник УВД Гусь-Хрустального Николай Гарькин и его заместитель, начальник криминальной милиции Александр Насыбуллин.
Прокомментировать ситуацию на Кубани, в Гусь-Хрустальном и других городах, где положение с оргпреступностью может быть похожим, газета ВЗГЛЯД попросила советника председателя Конституционного суда РФ, бывшего начальника российского бюро Интерпола, члена экспертного совета комиссии ГД ФС РФ по противодействию коррупции, генерал-майора милиции в отставке, криминолога Владимира Овчинского.
ВЗГЛЯД: Владимир Семенович, из слов Ткачева и ситуации в Гусь-Хрустальном можно сделать вывод о том, что «станиц Кущевских» по России много?
Владимир Овчинский: Насчет всех регионов я не знаю, но достаточно тех резонансных событий, которые происходили за последнее время, чтобы сказать: такая ситуация складывается во многих из них. Достаточно вспомнить события в Миассе, в Березовском...
Владимир Овчинский полагает, что «теневая» Россия сорганизована гораздо лучше легальной (Фото: ИТАР-ТАСС) |
ВЗГЛЯД: Вы полагаете, это явления одного порядка?
В. О.: Конечно, может быть, в приведенных мною в пример областях ситуация даже хуже. Мы видели на видеозаписи из Миасса, что хорошо организованная банда – не подростки, не скинхеды, а взрослые мужики с прутьями и кольями – спокойно, привычно уродовала людей. Значит, эта банда, видимо, действует в Миассе, других населенных пунктах Челябинской области. Но там были возбуждены дела только по фактам хулиганства и нанесения телесных повреждений.
ВЗГЛЯД: И о чем это вам говорит?
В. О.: О том, что в Кущевской из-за гибели 12 человек, в том числе детей, ситуацию внимательно разбирают, а в Челябинской области все отдано на откуп местным правоохранительным органам...
ВЗГЛЯД: ...Которые сами уже стали предметом уголовного разбирательства. То есть имеются основания подозревать их в нечистоплотности?
В. О.: Я не знаю, но такая акция не может быть совершена без того, что мы называем организованной преступностью. То же самое показывают события в городе Березовском Свердловской области 30 октября этого года, когда такая же банда, как цапковская, сначала напала на посетителей местного кафе и всех избивала, а когда подъехала милиция, напала на милицию, пыталась отобрать оружие. Главарь банды был смертельно ранен, после его кончины банда устроила массовые беспорядки в городе, МВД было вынуждено отправлять туда ОМОН из Екатеринбурга. Главарь банды Казаев – криминальный авторитет. В банду входили более 30 человек, они так же, как цапковские, несколько лет терроризировали и Березовский, и соседние города.
А вспомним «Хромую лошадь» в Перми, где в конце прошлого года произошел дикий пожар, когда более 150 человек заживо сгорели. Все говорят о гибели. Людей жалко, но мало кто вспоминает о том, что краевое управление по наркоконтролю заявило, что у жертв в одежде было обнаружено более килограмма наркотиков, в том числе огромное количество героина. Значит, этот клуб был наркопритоном, так же как большинство ночных клубов у нас в стране. Между тем господин Зак (фактический владелец клуба – прим.), который пошел под суд за нарушение техники пожарной безопасности, входил в близкое окружение губернатора Олега Чиркунова. А губернатор остался на своем месте. Кого-то на мелком уровне отстранили, а вышестоящие руководители, из того же краевого ГУВД, никакой ответственности за это не понесли. «Хромая лошадь» – тоже типичный пример организованной преступности, связанной с наркобизнесом.
Это я называю только резонансные происшествия, которые всю страну взбудоражили. А сколько других таких случаев? Уже после Кущевской в Саранске вырезали всю семью и точно так же подожгли дом.
Когда в 2008 году были ликвидированы подразделения по борьбе с организованной преступностью, некоторые руководители правоохранительных органов, даже на уровне отдельных заместителей министра внутренних дел, заявляли, что у нас уже нет проблемы организованной преступности. Ну почему к этим лицам сейчас не применить дисциплинарные меры, не освободить от должностей, не отправить в отставку?
В стране нужно наводить порядок. Чтобы навести порядок в Кущевской, нельзя ограничиваться отстранением от должности местного начальника милиции. Нужно было давно уже отстранить от должности начальника краевого ГУВД, прокурора, которые на протяжении последних пяти–десяти лет фактически потворствовали деятельности этой банды. Они должны быть немедленно отстранены! Пока они и все их замы не будут заменены, будет невозможно провести какое-либо объективное расследование.
ВЗГЛЯД: Почему именно сейчас происходят все эти громкие и трагические события?
В. О.: Почему сейчас? Ничто никуда не уходило. Просто за последние два года все обострилось. Сейчас вообще бандиты обнаглели везде, по всей стране. Организованная преступность в России формировалась и развивалась. Когда существовали РУБОПы, они что-то о ней знали, хоть как-то на нее давили. Но в последние два года контроль над процессом борьбы с преступностью в стране практически потерян. Нужно срочно воссоздавать совершенно на новом уровне федеральную службу по борьбе с организованной преступностью и коррупцией, создавать ее региональные подразделения во всех округах и сделать эту службу полностью независимой от местных органов власти и от местных правоохранительных органов. Сделать ее своеобразным аналогом ФБР. Тогда она в тесном сотрудничестве со Следственным комитетом хоть что-то сможет сделать.
СК проводит только расследование, но ему в помощь нужна мощная оперативно-розыскная служба с силовым потенциалом. Наверное, такая служба должна быть создана при МВД с учетом того, чтобы у нее было техническое обеспечение, статус милиционеров у ее сотрудников.
ВЗГЛЯД: Депутат Гуров, комментируя ситуацию в Гусь-Хрустальном, сказал газете ВЗГЛЯД, что пора создавать опергруппы из Москвы – при президенте или премьере.
В. О.: Это тоже необходимо. Такие группы, в принципе, были всегда. Но важна постоянная служба, как раньше была система РУБОПов. К ним можно предъявить много претензий, но, между прочим, благодаря РУБОПам остановили волну насилия в середине 1990-х годов, когда ситуация в страна была уже практически неуправляемой.
ВЗГЛЯД: Мы возвращаемся к тому, что было в 90-е?
В. О.: Да сейчас еще хуже.
Криминальная среда еще больше структурировалась и стала еще более жесткой и опасной для общества
ВЗГЛЯД: Почему?
В. О.: Потому что если в 1990-е годы бандиты рвались во власть, то теперь они все во власти. Достаточно сказать, что Цапок был депутатом на местном уровне, Цеповяз – его главарь боевиков – тоже был депутатом. Поэтому помимо уголовного расследования здесь нужно проводить служебное расследование в отношении руководителей правоохранительных органов и нужно проводить партийное расследование, как раньше в КПСС проводили, – почему было допущено, чтобы бандиты стали депутатами?
ВЗГЛЯД: И все-таки столь дерзких преступлений в России не было давно.
В. О.: Такого беспредела не было. Те факты, которые я назвал, – и Миасс, и Березовский – произошли еще до Кущевской.
Посмотрите показатели преступности: у нас за 10 месяцев 2010 года по сравнению с аналогическим периодом 2009 года более чем на 30%, снизилось количество выявленных преступлений, совершенных организованными группами и преступными сообществами. Это значит, за последний год активность правоохранительных органов по борьбе с организованной преступностью, только по официальной статистике, сократилась на треть. Число членов организованных групп и преступных сообществ, привлеченных к ответственности, снизилось на 15%.
ВЗГЛЯД: Но особенностью кущевского дела было то, что федеральным следователям и искать особо не пришлось – приехали, спросили местных жителей и выявили массу не раскрытых, а иной раз даже не возбужденных дел.
В. О.: Потому что преступные сообщества настолько обнаглели, что все думали – можно уже беспрепятственно вырезать целые семьи, детей. Они были уверены в этом.
ВЗГЛЯД: Было бы полезно такие «десанты» следователей отправлять по всей стране?
В. О.: Пусть образцово-показательно доведут дело хотя бы по одному региону. Тем более что Краснодарский край – это олимпийский регион. Пусть хотя бы один регион будет приведен к нормальному цивилизованному состоянию.
ВЗГЛЯД: Как вы полагаете, нити потянутся наверх или ограничатся наказанием мелких чиновников?
В. О.: Если будут отстранены руководители краевых правоохранительных органов, удастся вычислить и весь криминальный «спрут». Если они не будут отстранены, то «федералам» не дадут нормально работать в регионе. Это главный показатель.
ВЗГЛЯД: Но проблема ведь в том, что федеральный следователь приехал и уехал. А что делать человеку, который живет в такой станице? Ну пишет он заявление, оно попадает на рассмотрение местному милиционеру, который в некоторых случаях не особенно стремится разобраться...
В. О.: Это риторический вопрос – надо ли ехать добиваться правды в федеральный центр. Приведу пример 1997 года. Я был тогда помощником министра внутренних дел. Ко мне на прием приехал депутат законодательного собрания Челябинской области. И человек рассказывает, что город Златоуст Челябинской области захватила банда депутата Морозова. Избивают и убивают людей, насилуют женщин, ездят по городу на джипах с пулеметами, убивают директоров предприятий... Я сначала подумал, что все это мало похоже на правду. Хорошо, что потом посмотрел его заявление, где все было подробно описано. Тогда первым замминистра был Владимир Абдуалиевич Васильев. Я попросил его принять депутата, и он сразу отреагировал: создал бригаду МВД, она немедленно выехала в Златоуст, быстро были арестованы и Морозов, и вся банда. Был наведен порядок. Все можно сделать, если реагировать.
Если люди на месте не могут добиться справедливости, пусть едут в федеральный центр.
ВЗГЛЯД: Порой местные милиционеры и судьи забрасывают дела даже не из-за коррумпированности, а потому что боятся тех же бандитов. Что делать им?
В. О.: Если там критическая ситуация, нужно ехать в департамент собственной безопасности, в администрацию президента, на прием к генеральному прокурору, председателю Следственного комитета. Не война же идет – ходят поезда, летают самолеты.
ВЗГЛЯД: На днях высказывалось мнение о том, что к наведению общественного порядка в муниципалитетах можно было бы привлекать общественную милицию. Ее роль вызвались взять на себя казаки. Насколько это было бы эффективно?
В. О.: То, что произошло в Кущевской, – это позор для всего казачества Кубани. Позор, который они с себя никогда не смоют. Вот мой ответ. Это все на их глазах 20 лет происходило, а они этому потворствовали, а может быть, и участвовали.
ВЗГЛЯД: Вы уже высказывали мнение о том, что в Кущевской действовало «новое поколение отморозков». Чем они отличаются от «старых» ОПГ?
В. О.: Они отличаются большей наглостью, дерзостью, изворотливостью и тем, что получили все атрибуты власти, а Цапок даже стал кандидатом наук. Кстати, не мешало бы поставить вопрос об ответственности ученого совета, который ему присваивал ученую степень. Все мы понимаем, что сам он не мог написать диссертацию. Я бы вообще через Высшую аттестационную комиссию лишил этот ученый совет возможности действовать, его надо расформировать после этого факта.
ВЗГЛЯД: А в каких российских регионах на сегодня наиболее критическая ситуация с этой «новой» организованной преступностью?
В. О.: На Дальнем Востоке, в Хабаровском крае – там, где продолжает действовать преступная организация «Общак». Там сейчас лидеры привлечены к ответственности, главарю дали пожизненное, некоторым по 15, по 20 лет. Но всего в преступную организацию «Общак» на Дальнем Востоке входят более 5 тыс. членов. Это не моя цифра, это из обвинительного заключения, которое прокурор зачитывал на судебном процессе в Хабаровске. Тысячи бандитов остались пока на свободе и действуют. Сейчас они немного затихли после приговора, а потом опять начнут грабить и убивать.
Они контролируют в регионе все. От портов и лесозаготовок до трассы. Вообще, есть единая криминальная среда России. Она очень жестко сформирована. Есть официальная жизнь, где играют роли губернаторы и начальники милиции, а есть теневая, где есть воры в законе и криминальные авторитеты. У них положение более стабильное, никакой ротации нет, генералы на пенсию не уходят. Думаю, в Краснодарском крае у всех поделены сферы влияния, вместе в «Общак» скидываются, его контролирует кто-то из местных воров в законе. С ними контактировал тот же Аслан Усоян – Дед Хасан, он лучше всех знает эту ситуацию.
ВЗГЛЯД: По тому, что вы описываете, можно сделать вывод, что принципиально в криминальном мире все-таки ничего не изменилось?
В. О.: Криминальная среда еще больше структурировалась и стала еще более жесткой и опасной для общества.