Соглашение подписали гендиректор ОАО «ОПК «Оборонпром» Андрей Реус и президент – исполнительный директор IAI Ицхак Ниссан. Контракт подписан в рамках официального визита в Израиль делегации Министерства промышленности и торговли РФ во главе с министром Виктором Христенко, сообщается в пресс-релизе «Оборонпрома».
Российская сторона проявляет большой интерес к аппаратам тяжелого класса, в том числе способным нести и применять управляемое оружие
«Основной целью нашего проекта является развитие в России центра компетенции производства беспилотных летательных аппаратов мирового уровня. В сотрудничестве с одним из признанных лидеров в этой области – компанией IAI – мы рассчитываем в максимально сжатые сроки стать реальным игроком на этом рынке», – приводятся в пресс-релизе слова Реуса.
Казань выбрана местом расположения нового предприятия далеко не случайно. Во-первых, город является одним из крупнейших в России центров авиационной отрасли, а во-вторых, там расположено предприятие «Эникс», занимающееся производством беспилотных мишеней для тренировки расчетов ПВО типа Е2Т и Е95М (реактивные, отличаются типом двигателя, имитируют полет крылатых ракет и БПЛА) и Е08 (поршневой двигатель, имитирует малоразмерные воздушные цели). Кроме того, компания производит ряд БПЛА гражданского назначения, некоторые модели прошли испытания в силовых структурах, таких как МЧС и МВД. Следовательно, в городе имеются кадры, разбирающиеся в вопросах производства и проектирования беспилотников.
#{weapon}По сведениям израильской газеты Globes, контракт заключен на довольно жестких финансовых условиях. Так, до 70% оговоренной суммы российская сторона заплатит авансом, до получения первого самолета. Взамен израильский концерн предоставит «Оборонпрому» банковские гарантии на часть полученной суммы. Оставшиеся 30% будут выплачиваться поэтапно в соответствии с получением заказанных машин и услуг.
Напомним, что это не первый контракт относительно израильских беспилотных летательных аппаратов (БПЛА). Еще в апреле 2009 года Минобороны России подтвердило факт покупки в Израиле аппаратов легкого и среднего класса производства IAI – легкого переносного комплекса мини-БПЛА Bird-Eye 400 (взлетная масса – 5 кг, радиус действия – 10 км), тактического I-View MK150 (соответственно 160 кг и 100 км) и БПЛА среднетяжелого класса Searcher Mk II (426 кг и 250 км). Сумма первой сделки составила 50 миллионов долларов.
Оценивая контракт, некоторые эксперты выразили удивление выбором продукции для закупки – по их словам, беспилотники легкого и среднего класса хоть как-то, но разрабатываются и производятся российскими компаниями. В связи с этим родилось мнение, что Минобороны закупает не то, что хочет, а то, что предлагают. И ключевую роль в этом, считают специалисты, сыграли США, приложившие максимум усилий, чтобы сорвать сделку, а когда не удалось – хотя бы изменить ее номенклатуру.
В декабре того же года израильские оборонные источники опровергли опубликованную агентством Reuters информацию о намерении поставить России крупную партию БПЛА стоимостью в 100 миллионов долларов.
В апреле 2010 года появилась информация об инициативе создания в России совместного предприятия по производству БПЛА. В июне израильские СМИ сообщили, что за строительство завода в России концерн IAI получит 300 миллионов евро, однако вскоре стало известно, что правительство Израиля наложило вето на эту сделку.
Однако нет дыма без огня, и такие переговоры, безусловно, велись. СМИ лишь несколько поспешили с оглашением просочившейся информации. Подобные опровержения вполне в духе израильской стороны, предпочитающей не афишировать до срока даже совершенно легальные военные сделки. К слову, это общая особенность манеры израильских бизнесменов, касающаяся не только оборонки.
Чтобы тайное стало явным, потребовался визит министра обороны Израиля Эхуда Барака, состоявшийся в сентябре 2010 года, в ходе которого было заключено двустороннее соглашение о военно-техническом сотрудничестве. В ходе встречи с Эхудом Бараком премьер-министр Владимир Путин поднимал вопрос о сотрудничестве в сфере БПЛА.
Хотя конкретная номенклатура БПЛА, которые будут производиться в России, не сообщается, сумма контракта наводит на определенные предположения. Не секрет, что российская сторона проявляет большой интерес к аппаратам тяжелого класса, в том числе способным нести и применять управляемое оружие. В ассортименте продукции IAI есть только один такой аппарат – Heron. Это серьезная машина, полетной массой более тонны (включая 250 кг полезной нагрузки), способная держаться в воздухе до двух суток и вести разведку на глубину до 500 км. Фактически, без систем целеуказания, которые совместимы с западными системами вооружения и несовместимы с отечественными, это и есть чисто гражданский аппарат, от которого не откажутся ни МЧС, ни Минлесхоз, ни куча других гражданских ведомств, в задачу которых входит мониторинг обширных (и часто труднодоступных) территорий. Однако, как любой сложный аппарат, это техника двойного назначения. В конце концов, никто не мешает поставить пушку или ракетную систему залпового огня (РСЗО) на шасси коммерческого грузовика даже тем странам, против которых действует эмбарго на поставки вооружений. Тем более никто не помешает оснастить израильский беспилотник отечественными целевыми системами военного назначения или подвесить на него при необходимости пару управляемых ракет.