Юлия Меркулова пострадала больше других ехавших в микроавтобусе: у нее было сломано бедро и обожжены глаза. По предварительным данным, причиной смерти Юлии Меркуловой стал тромб в легочной артерии.
Самое печальное в нашей жизни – это когда многие понимают, что надо что-то сделать, но мало кто берет и делает
Она умерла в возрасте 35 лет, оставив двоих детей в возрасте 4 и 13 лет. Сергей Стиллавин незамедлительно отреагировал на происшедшее в своем блоге. «Господи, какой ужас, – написал он. – Я думал, что несчастья окончились, но сейчас мне просто плохо...»
Он написал, что состояние второй участницы аварии – Татьяны Осиповой, которая находится сейчас в Кесовой Горе, – также вызывает у него тревогу. По словам Стиллавина, врачи фактически бросили ее в отделении, где нет даже травматолога.
«Сейчас мы договариваемся с травматологической клиникой Зеленограда, чтобы перевести ее туда для профессионального лечения. Если кто-то может помочь с перевозкой, будем очень рады. Это должна быть профессиональная машина скорой помощи с местом для носилок. Везти придется из Кесовой Горы», – отметил Сергей.
О том, как еще можно помочь пострадавшим в этой аварии, Сергей Стиллавин дал интервью корреспонденту газеты ВЗГЛЯД.
– Около недели назад вы объявили о сборе средств для помощи родственникам Геннадия и пострадавшим в аварии. Как люди откликнулись на это?
– К утру 22 января на наш счет поступило 288 тыс. рублей. И пока я не вижу причин для того, чтобы его закрывать. Очень многие люди мне писали, что хотели бы отправить деньги с зарплаты, которую должны получить в конце февраля. Поэтому, когда станет понятно, что поток помощи иссяк, мы этот счет блокируем или просто закроем. За сохранность средств можно не беспокоиться. В своем блоге я уже писал, что мы попросили Василия Уткина, как порядочного человека, быть гарантом честного сбора и последующего распределения денег. Именно поэтому счет был открыт на его имя. Ответственность за то, что все собранные деньги до последней копейки поступят по назначению, я беру на себя.
– По какому принципу вы планируете распределять средства?
– Сегодня ночью умерла Юля Меркулова, которая пострадала в результате аварии. В первую очередь мы намерены выделить из этой суммы деньги на помощь ее семье. Завтра мы хотим отвезти их, чтобы помочь с организацией похорон. У погибшей остались мама и двое детей. Так что первая трата из собранных денег будет направлена на ее родственников. Подчеркиваю, что пока ни жена Гены, ни его дочка в Санкт-Петербурге из этих средств ничего не получили. Мы собираемся поделить их между всеми, пропорционально их потребностям. Все понимают, что, конечно, Гена зарабатывал деньги, но надо учесть, что практически все, что он зарабатывал, он и тратил, потому что содержал свою маму, дочку в Питере, жену, и поэтому многие люди сейчас нуждаются в материальной помощи.
– Вам что-то известно о тех людях, которые присылают деньги? Среди откликнувшихся были состоятельные люди или это ваши обычные слушатели?
– У меня нет на руках конкретных распечаток, от кого сколько денег пришло и из каких порций сложилась эта сумма. Вполне вероятно, что кто-то положил сто тысяч рублей, а все остальные по две. Или все положили по пятьсот. В любом случае важно, что люди откликнулись и показали, что им небезразлично происшедшее.
– Пожертвования на счет – это единственная помощь, которую вы принимаете? Никто не предлагал вам дополнительную поддержку?
– После трагедии поступило очень много предложений создать отдельный фонд помощи пострадавшим в авариях и профилактики ДТП. Такие мысли высказывали и слушатели, и мои читатели, да и меня самого они посещали. Более того, некоторые организации даже выказали желание принять в этом участие. Но говорить о чем-то конкретном еще рано.
А поскольку у меня уже есть некоторый опыт организации людей на благое дело, то я считаю так: кроме меня, этого не сделает никто |
– Реакция на происшедшее была очень разной. И блоги – яркое тому подтверждение. Как вы отнеслись к отзывам пользователей Интернета о случившемся?
– Вы знаете, я в блогах уже полтора года, и облик завсегдатаев интернет-пространства мне достаточно хорошо известен. К тому же блоги – это очень неоднозначная среда, и иногда иллюзию целого общественного мнения в них могут создать буквально три или четыре человека. Так что негатив, который я увидел в Сети, не стал для меня удивлением. Просто это люди, которым больше нечего делать, кроме как писать. К сожалению, таковы сегодня нравы и, вероятно, воспитание в семье. А что касается положительных отзывов и поддержки, то слово «приятно» в этой ситуации, конечно, не самое подходящее, но я понял, что Гену действительно очень многие любили. Тем более что я видел на гражданской панихиде, как искренне плакали совершенно незнакомые люди. Так что отношение к Гене было очень теплым.
– В случившейся аварии пытаются найти виновного…
– Подчеркните, пожалуйста, у себя: мне кажется, что происшедшая авария – это как раз тот случай, когда говорить о том, кто виноват в случившемся, а кто является жертвой, просто некорректно. К тому же мы все люди и горе должно нас объединить. Долг оставшихся в живых – помогать друг другу. Я хорошо знал Гену, а с пострадавшими не знаком. Но поверьте, когда я узнал о том, что Юля погибла, мне было жалко ее до слез.
– Многие ваши слушатели высказывают опасение, что после смерти Гены вам будет сложно работать дальше…
– Работать дальше… Вы знаете, я об этом пока не загадываю. И ничего конкретного по этому поводу еще не придумал. Сейчас у меня есть задача помочь людям. Я считаю, что это моя обязанность. Я являюсь одним из организаторов помощи пострадавшим в аварии не потому, что чувствую какую-либо вину. Как вы понимаете, моей вины в происшедшем вообще нет никакой. Но как друг Гены я чувствую, что он очень сильно тяготится, печалится и горюет (я не хочу употреблять глаголы в прошедшем времени) по поводу случившегося. И оставить это так просто я не могу. Самое печальное в нашей жизни – это когда многие понимают, что надо что-то сделать, но мало кто берет и делает. А поскольку у меня уже есть некоторый опыт организации людей на благое дело, то я считаю так: кроме меня, этого не сделает никто. И только я являюсь человеком, который имеет хоть какие-то гарантии перед общественностью и которому будут верить люди, отправляя свои средства на счет.