После того как в России в 1996 году был введен мораторий на смертную казнь, наши соотечественники разделились на три лагеря. Одни выступают категорически «против». Другие – целиком «за». А третьи говорят «но»: надо запретить расстреливать, но в исключительных случаях можно.
Кто сказал, что пожизненное заключение является менее суровым наказанием, чем смертная казнь? Привели в исполнение – и все
Например, маньяков или террористов, на счету которых множество жизней ни в чем не повинных людей. Какой из этих лагерей многочисленней, сказать трудно: данные опросов, в разное время проводимых различными СМИ и социологическими службами, разнятся с точностью до наоборот. Да и сам вопрос о наличии или отсутствии смертной казни в современной системе цивилизованного судопроизводства весьма противоречивый.
Очень активно против смертной казни в последние годы выступает Уполномоченный по правам человека в России Владимир Лукин. В среду он изложил свои мнения по этой теме в прямом радиоэфире Русской службы новостей.
«Чем отличается цивилизованное общество от преступника? Тем, что оно совершенно по-другому относится к человеческой жизни. Мы наблюдали ужасные детали казни Саддама Хусейна… Все образованные люди знают, что Хусейн – кровавый диктатор, на совести которого многие жизни, но казнь сама по себе была ужасной, создалось впечатление, что он – жертва. Это первое.
Второе: кто сказал, что пожизненное заключение является менее суровым наказанием, чем смертная казнь? Привели в исполнение – все. А если ты нестарый человек и всю жизнь находишься в заключении, причем зачастую – крайне жестком? Наверное, все видели кадры содержания пожизненно заключенных в «Белом лебеде» и других колониях такого рода. Я считаю, более жесткое наказание», – заключил Владимир Лукин.
Сторонники смертной казни в качестве аргумента приводят тот факт, что содержание современных смертников в колониях обходится государству в копеечку. Им возражают те, кто придерживается принципов гуманности. Патриарх Московский и всея Руси Алексий II во время своего недавнего визита во Францию очередной раз заявил, теперь уже с трибуны Совета Европы, что церковь и лично он является непримиримым противником смертной казни, «ибо человек не вправе распоряжаться жизнью другого человека».
Многие полагают, что из страха перед казнью в стране снизится количество особо тяжких преступлений, за которые еще совсем недавно приговаривали к расстрелу. Но это тоже палка о двух концах. «Мы ввели мораторий на смертную казнь, но количество преступлений возросло. Дело в том, что ужас – сложное психологическое понятие, в ужасе перед смертельным наказанием для криминальных элементов есть факторы затягивающего восторга.
Говорить о том, что смертная казнь радикально влияет на преступность, я бы не стал. Это утрированная постановка вопроса, которая недооценивает психологию преступников, а их психология – сложная, многоплановая, там есть своя генетика, своя биология», – сказал Владимир Лукин.
Уполномоченный по правам человека в России подчеркнул, что в развитых странах Европы, где к смерти не приговаривают давно, тяжкая преступность снижается. А в странах третьего мира, где до сих пор казнят, причем иногда довольно изощренно (например, через обезглавливание или избиение камнями), преступность неуклонно растет.
Да и в цивилизованнейшей сверхдержаве США продолжают орудовать террористы, убийцы и маньяки, несмотря на то что мораторий на электрический стул, газовую камеру или ядовитую инъекцию введен далеко не во всех штатах. «Я не вижу ни одной страны, где можно сказать, что резко снизилась крутая преступность – убийства – в связи с тем, что там существует смертная казнь.
Где сейчас больше всего преступности? В Америке, где две трети Штатов применяют смертную казнь; в Китае, где смертная казнь наиболее распространена; в Африке. А меньше где? В Европе, Скандинавии. Это зачастую зависит от уровня жизни в стране и, соответственно, менталитета в ее обществе», – подытожил Лукин.
Из этих же соображений международные правозащитные организации призывают власти тех стран, где человека за злостное преступление еще лишают жизни на законных основаниях, отменить смертную казнь. Amnesty International подкрепляет это собственным мониторингом.
Так, например, в 2005 году было зарегистрировано около 2148 смертных казней в 22 странах мира. Из них 94 – в Иране, 86 – в Саудовской Аравии, 60 – в США. Причем, в Соединенных Штатах продолжают приговаривать к смертной казни психически больных людей, а в Иране и Пакистане до сих пор казнят несовершеннолетних. По мнению Amnesty International, все эти страны нарушают нормы, установленные на международном уровне в многочисленных соглашениях.
С большим отрывом в этом списке лидирует самая густонаселенная страна – Китай. На него в позапрошлом году пришлось 94% смертных приговоров. 1770 казней по официальным данным, хотя, по оценкам китайских экспертов, каждый год в Поднебесной расстреливают и вешают около 8–10 тыс. человек.
А ведь в 2008 году в Китае пройдут Олимпийские игры, и правозащитники, объединившиеся под лозунгом «Вместе против смертной казни», хотят использовать этот факт и убедить власти страны, что для их имиджа лучше отказаться от санкционированного государством убийства.
К середине 2007 года смертную казнь за все преступления отменили 89 стран. Еще 10 сохранили ее только для отдельных особо тяжких преступлений, совершенных в военное время. 30 стран отменили смертную казнь на практике, то есть не приводили смертные приговоры в исполнение последние 10 лет и собираются и в дальнейшем придерживаться моратория.
Таким образом, к настоящему времени в мире насчитывается 129 стран, отменивших смертную казнь в законе или на практике, и 68 стран, которые сохраняют и продолжают применять эту меру.
В 1986 году Совет Европы ввел обязательное условие для своих стран-членов – не применять высшую меру наказания в судопроизводстве. С тех пор это условие приняли 46 европейских стран. То есть все, кроме России и Белоруссии.
У нас пока действует временный мораторий на самый суровый приговор, и это дало нам право войти в Совет Европы. А вот Белоруссия остается единственной европейской страной, не являющейся членом СЕ и не отменившей смертную казнь.
В частности, во вторник Верховный суд Белоруссии вынес два смертных приговора членам «морозовской» преступной группировки, которая действовала в Гомельской области в 1994–2004 годах. К высшей мере наказания приговорены Сергей Морозов и Игорь Данченко. Четверо других членов группировки приговорены различным срокам лишения свободы.
В России последние смертные приговоры были осуществлены в конце 1995 – начале 1996 года, когда президент Ельцин перед наложением моратория отклонил 60 ходатайств о помиловании. А незадолго до этого, в 1994-м, расстреляли известного ростовского маньяка Андрея Чикатило.
Кстати, пока правоохранители искали этого неуловимого серийного убийцу, по подозрению в совершенных им злодеяниях осудили и расстреляли несколько невиновных – вот еще один довод в пользу запрета смертной казни. Ведь человека, посаженного за решетку по ошибке, можно выпустить и даже выплатить ему компенсацию, а расстрелянного к жизни не вернешь.
Аудиозапись выступления Уполномоченного по правам человека в России Владимира Лукина в прямом радиоэфире Русской службы новостей можно прослушать здесь.