Нынешнее обещание Трампа завершить российско-украинский конфликт за 24 часа уже второе по счету. Таким образом, это обещание можно официально считать его предвыборной программой с прицелом на осень следующего года, когда экс-президент планирует взять реванш над нынешним президентом Джо Байденом.
Шансы на это у него действительно есть. Их меньше, чем кажется многим, но они есть. А вот шансов на то, чтобы он свое обещание про 24 часа исполнил, пожалуй, все-таки нет.
Свою тактику по достижению мира за сутки миллиардер уже обнародовал. Президент Трамп позвонит украинскому коллеге Владимиру Зеленскому и скажет: «Хватит, ты должен заключить соглашение». В противном случае США больше не будут помогать Киеву.
Владимиру Путину Трамп тоже позвонит. И на случай, если президент России откажется от переговоров по соглашению с Киевом, пригрозит, наоборот, нарастить поддержку ВСУ и режима Зеленского.
Так Трамп засветил свои карты и тактику, но уверен в успехе на том основании, что у него, у Трампа, «очень хорошие отношения» и с Путиным, и с Зеленским.
Стоит пояснить, что все, что Трамп делает, и все, что связано с Трампом, он снабжает описательными эпитетами «очень хорошо», «чудесно» или «восхитительно», такой уж он человек. Такой выдающийся человек, который сделает Америку снова великой и помирит Россию с Украиной за одни сутки.
В политологии это называют популизмом. Данным термином много что пытаются описать, но на самом деле популизм – это раздача заведомо невыполнимых обещаний. Популизм – не обязательно ложь (некоторые политики искренне про себя считают, что могут горы своротить), но обязательно расходится с реальностью. При этом предполагается, что значительная часть людей (общества, народа, электората) не обладает достаточной компетентностью, чтоб распознать подвох.
Трамп из тех популистов, которые и эгоцентрики, и в то же время знают своего избирателя. Его избиратель из Алабамы или Миннесоты ни капли не разбирается в российско-украинском конфликте. Он не задумывается, почему он идет, кому нужен и чем вызван. Но он считает, что правительство США уделяет Украине слишком много внимания и тратит на нее слишком много средств в ущерб жителям Алабамы и Миннесоты.
В реальности многие значимые отрасли экономики США получают от этого конфликта сверхприбыли, включая те, которые традиционно «донатят» Республиканской партии Трампа. Это торговля энергоносителями и «оборонка».
Кроме того, порожденный противостоянием с РФ энергетический кризис обеспечил перебазирование в США европейских производств. Американские оптимисты даже считают, что это обратило вспять процесс деиндустриализации страны, когда производства из нее, наоборот, переезжали в Азию.
Выиграв их, он между делом обнаружил, что президент в США – не царь, и что он, Трамп, отнюдь не всемогущ: в подавляющем большинстве случаев система брала над ним верх. В том, что касается российско-украинского конфликта, тоже: Трамп мог серьезно поспособствовать его разрешению при позднем Порошенко и раннем Зеленском, но теперь все слишком далеко зашло, чтобы иметь простое решение.
Выход из конфликта будет долгим и сложным. Лучше смириться с этим, чем надеяться на Трампа, на то, что он захочет закончить конфликт и способен к этому в принципе.
Надежда, что реванш Трампа станет реваншем не только над Байденом, но и над системой с ее нерушимым блоком нефтяников и варлордов, – это такой уровень оптимизма, который Россия в ее положении позволить себе не может.
Внешняя политика в США – это не то, что меняют на выборах: Кеннеди не хотел отправлять войска во Вьетнам, но отправил, а Никсон не хотел их выводить, но вывел. Она формируется по ходу пьесы под влиянием корпораций и/или исходя из сложившихся обстоятельств. Корпорациям сейчас выгодна война, а единственное обстоятельство, которое сделает их более податливыми в плане выхода из нее, это военный разгром ВСУ силами Российской Федерации.
Наши армия и флот – единственные союзники Трампа в попытке разрешить конфликт. В силу того, что могут доказать безнадежность заявленных целей Белого дома. Не реальных (те самые сверхприбыли, приток производств и т. д.), а именно заявленных: это мир на условиях Зеленского через военное поражение РФ.
Тогда и только тогда Трамп станет тем Никсоном, который оказался вынужден вывести войска из Вьетнама. Участие Вашингтона в украинском противостоянии ввода войск не предполагает, поэтому запрос на его прекращение внутри США гораздо ниже, нежели в случае с Вьетнамом. Но задачу Трампа «всех помирить» несколько упростит то самое обещание про «мир за 24 часа».
По крайней мере, он сможет утверждать, что американский народ за это проголосовал. Это не совсем так (если Трамп победит, то победит по целой совокупности причин, а не из-за Украины), но формально – правда.
С этих пор президентская гонка в США становится битвой двух концепций: той, что конфликт нужно длить до полной победы Украины, и той, по которой США в нем больше не участвуют.
Поэтому придется опять болеть за Трампа. Но верить ему – это лишнее. В конце концов, не в Алабаме живем.