Президент Белоруссии Александр Лукашенко отверг предложенные Польшей и Прибалтикой посреднические услуги (напоминающие предложение о капитуляции). «Слушайте, у нас есть нормальное правительство, созданное по конституции. Нам не нужны никакие зарубежные правительства, никакие посредники. Мне кажется, что, не обижая руководство этих республик, я хочу сказать: вы у себя порядок наведите, – заявил он. – Никакое правительство ни за рубежом, где бы то ни было, нам не нужно, и управлять оно страной не будет никогда. Неужели историю не изучали?».
Помоги мне, помоги
И в то же время Лукашенко просит помощи у Москвы. Естественно, прямо говоря о том, что эта помощь в интересах самой России. «Фактически по сценарию разворачивается агрессия против Беларуси. Надо связаться с Путиным, президентом России, чтобы я мог с ним переговорить сейчас. Потому что это уже угроза не только Беларуси... Защита сегодня Беларуси – это не меньше, чем защита всего нашего пространства, Союзного государства, и пример другим. Если белорусы не выдержат, покатится эта волна туда. Поэтому за нас так уцепились», – говорит Александр Лукашенко.
Еще недавно нарисованной Лукашенко угрозы Майдана было бы достаточно для того, чтобы Россия, не задумываясь, помогла. Бесплатно, по-братски «спасала бы белорусский народ от Майдана и его последствий». Путин встретился бы с Лукашенко, обратился к белорусскому народу (а популярность российского лидера там велика – не случайно Минск не публикует соответствующие соцопросы), дал бы Союзному государству денег. И это наверняка повлияло бы на политическое положение белорусского президента в лучшую сторону – благо белорусское население (в отличие от украинского) не воспитывали в русофобии.
Однако сейчас такой реакции России нет. Да, Владимир Путин поговорил с Лукашенко по телефону. Да, Лукашенко заявил, что «мы с ним договорились: при первом же нашем запросе будет оказана всесторонняя помощь по обеспечению безопасности Республики Беларусь». Да, он говорит, что «Путин в курсе того, что происходит», и дает понять, что российский лидер его поддерживает.
Но Москва тезиса о «при первом же запросе» не подтверждает. Достаточно взглянуть на официальное резюме разговора, чтобы понять: российский президент занял нейтрально-благожелательную позицию в адрес официального Минска. Единственная его критика коснулась анонимных «деструктивных сил», которые стремятся нанести ущерб взаимовыгодному сотрудничеству двух стран в рамках Союзного государства.
Не исключено, что эта позиция связана с тем, что указанными деструктивными силами являются, по сути, как западные страны (координирующие и отчасти финансирующие протесты), так и сам Александр Лукашенко, за последние месяцы весьма критиковавший Россию. Москве доставалось и за нежелание увеличивать объемы субсидий белорусской экономики, и за якобы вмешательство в белорусские выборы. Вишенкой стало взятие в конце июля в заложники трех с лишним десятков российских граждан, которым не просто вменили подготовку к организации беспорядков, но дали понять, что могут выдать их Украине (две трети задержанных воевали на стороне ЛНР и ДНР). И хотя в конце концов их вернули в Россию, осадок, что называется, остался.
Нужно ли России после такого помогать белорусскому лидеру?
Андреи Фомочкины
Одни говорят, что однозначно да. И аргументируют это в стиле Лукашенко – «иначе война, иначе Майдан, иначе в поход». Если Белоруссия падет в руки майданутых и ее развернут на Запад, то вдоль всех границ России от Балтийского до Черного моря будет протянут занавес, который отрежет Российскую Федерацию от Евросоюза. Занавес, который будет контролироваться отнюдь не из Брюсселя (с этими-то можно договориться, благо общих интересов много), а из Вашингтона. Батька – неважно, хороший, плохой или злой – является главной преградой на пути реализации этого весьма неприятного для России сценария.
Другие уверяют, что не нужно. Что Лукашенко этого не заслуживает. Что Батька – политическая обуза. Сказки Лукашенко про «иначе Майдан» их не пугают. Белорусское общество глубоко пророссийское и идеологически далеко от Майдана – не говоря уже о том, что они прекрасно видят, к какому днищу привели «революции достоинства» их южного соседа.
Если Лукашенко сковырнут, то в стране пройдут досрочные выборы (Светлана Тихановская сразу говорила, что править не собирается). И если российские политтехнологи будут работать профессионально, то вполне можно сделать ставку на какого-нибудь пророссийского политика (выброшенного Лукашенко из власти за пророссийские настроения), консолидировать вокруг него белорусское большинство и привести через избирательные участки на пост президента.
Выбор из двух предложенных вариантов напрашивается простой: нужно помогать Белоруссии. Она – братская страна, а белорусы – братский народ. Не стоит отождествлять белорусов и Лукашенко.
Братских России Андреев Фомочкиных (тот самый директор белорусского «Республиканского центра олимпийской подготовки по легкой атлетике», который вынес российский триколор на параолимпийских играх в Рио) – и политика Лукашенко, который сейчас подвергается в своей стране огромной критике со стороны собственных граждан.
«Помогать Россия должна, но не Лукашенко, а белорусскому государству. Если ситуация зайдет в тупик, именно РФ должна выступить с мирными инициативами и посадить за стол переговоров стороны. Искать компромисс придется публично и открыто. Условия – гарантии выполнения союзных обязательств государством, безотносительно ФИО президента. Если же дойдет до гражданской войны, то придется выполнять военные обязательства», – поясняет газете ВЗГЛЯД шеф-редактор российско-белорусского проекта «Сонар-2050» Семен Уралов.
По-партнерски
Что же касается лично Лукашенко, то действительно, его сохранение у власти может рассматриваться Москвой как элемент помощи белорусскому народу – хотя бы с точки зрения сохранения стабильности в стране и обеспечения постепенного, а не радикального процесса перемен. Однако белорусскому президенту стоит понять, что помощи на основе принципа «это вам самим нужно не меньше, чем мне» не будет. Если Лукашенко хочет получить российскую поддержку, за нее придется заплатить.
Александр Григорьевич жаловался на то, что Москва перевела братские российско-белорусские отношения в статус партнерских – но он сам их перевел в тот самый момент, когда стал требовать сохранения и увеличения субсидий и при этом давал лишь заверения о дружбе. В то же время покупая нефть у американцев (в разгар российско-американского углеводородного конфликта), вычищая политическое пространство страны от пророссийских сил, поддерживая контрабанду запрещенных в России европейских товаров через Белоруссию, заигрывая с антироссийскими националистами и т. п. «У белорусского руководства двадцатилетний опыт имитации шагов навстречу, поэтому помогать нужно только на основе принципа взаимности. Причем к каждому этапу и виду помощи относиться по принципу «ты – мне, я – тебе», – говорит газете ВЗГЛЯД старший научный сотрудник Высшей школы экономики Андрей Скриба.
И вот теперь главный вопрос в том, что от Лукашенко требовать в обмен на поддержку? Некоторые положения выглядят очевидными – например, прекращение антироссийской внутренней политики в Белоруссии. «Нормальные условия ведения бизнеса российских компаний (которых в последние месяцы регулярно обыскивают) и отношение к российским гражданам со стороны правоохранительных органов. А также свобода действий российской информационной инфраструктуры (СМИ, фонды), которых местные методично вытесняли из Белоруссии вместе с пророссийскими силами», – поясняет Андрей Скриба.
Также очевидным выглядит требование заняться наконец настоящим углублением интеграции в рамках Союзного государства. С делегированием суверенитета, унификацией законодательств, переходу к единой валюте и т. п. Кому-то, конечно, может показаться, что фраза Лукашенко «никакое правительство ни за рубежом, где бы то ни было, нам не нужно, и управлять оно страной не будет никогда» адресовалась не только Западу, но и России. Но если белорусские коллеги снова будут говорить о том, что «россияне надевают пробковые шлемы» (то есть видят себя как колонизаторов), то Москва просто отойдет в сторонку и предложит Лукашенко самому разбираться с тем, что тот у себя в независимой Белоруссии натворил.
Не перегибать
Что же касается остального списка требований, то важно помнить о некоторых важных обстоятельствах.
Во-первых, не требовать от Лукашенко то, что создаст для России проблемы. В эту кассу, например, подпадает требование к Батьке наконец-то признать Крым российским. Казалось бы, сейчас для этого самое время – украинский президент Зеленский не только не признал победу Лукашенко на выборах, но и фактически спровоцировал конфликт между Россией и Белоруссией вокруг истории с «вагнеровцами». Россияне, да и белорусы посчитали бы ответное признание Крыма справедливым.
Однако справедливо – не значит выгодно. Признание Крыма приведет к резкому обострению белорусско-украинских отношений, проблемам для белорусских граждан, массовой переброске украинских радикалов на стажировку в Белоруссию и, самое главное, сворачиванию Минского формата переговоров по Донбассу. Если Россия хочет продолжать эти переговоры (а она пока хочет), то вести их все-таки лучше в Минске, а не в Вене или Стокгольме.
Во-вторых, не нужно также требовать того, от чего России не будет особой пользы. Например, признания Южной Осетии и Абхазии независимыми государствами. Дело даже не в том, что из-за этого Белоруссия (союзное нам государство) окажется под санкциями и потеряет деньги, которые, возможно, придется возмещать из российского бюджета. Выставив это требование ради того, чтобы потешить самолюбие, Россия просто израсходует обменную карту.
Наконец, не нужно требовать того, что станет бессмысленным унижением Лукашенко. И речь тут не о циркулирующем уже в интернете требовании к Лукашенко «сбрить усы, ходить так какое-то время, смотреть на себя в зеркало и вспоминать, какую цену пришлось заплатить за оскорбления России». Речь о, например, приватизации российскими компаниями белорусских заводов.
Нужно понимать, что белорусская промышленность – это гордость местного населения и отчасти собственность местного КГБ. Если Россия хочет интегрироваться с Белоруссией, не стоит с ходу лишать достоинства одних и денег других. Достаточно сделать так, чтобы Минск не мешал российским компаниям конкурировать с местными по рыночным законам, а также не брал в случае хозяйственных споров в заложники российских топ-менеджеров (как это было в 2013 году с Владиславом Баумгертнером).
Некоторые эксперты говорят о том, что умеренность в условиях должна сопровождаться еще и осторожностью во времени.
«Не думаю, что стоит помогать до того момента, как он успокоит ситуацию в стране. И речь тут не о подавлении протестов – они лишь самое острое проявление недовольства, которое весьма широкое. Нужно взять паузу и посмотреть, останется ли Лукашенко признанным президентом у себя в стране», – говорит Андрей Скриба. По его мнению, торопиться с помощью опасно – ведь «это может быть воспринято как поддержка нелегитимного президента, и лишь настроит их против России», а также добавит к существующему расколу четкое внешнеполитическое измерение, что может лишь усугубить и радикализировать противостояние.
Однако, с другой стороны, хороша ложка к обеду – Лукашенко нужна помощь России именно сейчас. А значит, именно сейчас он и готов договариваться об условиях этой поддержки. Если временно бросить его на произвол судьбы, то следствием этого может стать риск свержения Лукашенко (а дальше поддержка пророссийского кандидата и по списку), не исключено и установление в Белоруссии более жестокого силового режима, получить от которого желаемую для России политику будет еще сложнее.