Спустя пять лет после того, как Запад ввел санкции против России, невооруженным глазом заметна разительная перемена. Теперь даже самые последовательные сторонники идеи «наказания России» в Европе больше не могут себе позволить игнорировать нашу страну. Это наглядно проявилось в работе Международного арктического форума (МАФ) «Арктика – территория диалога», который проходит в Санкт-Петербурге.
И это притом что МАФ – не международная организация, а российская инициатива и площадка. Международной формой объединения арктических стран является Арктический совет. В него входят восемь стран – Россия, США, Канада, Финляндия, Швеция, Норвегия, Дания и Исландия, но за все годы его работы ни одной встречи на высшем уровне так и не состоялось. Пару лет назад, когда Финляндия возглавила совет, у ее президента Ниинистё были планы провести первый саммит Арктического совета и даже устроить на его полях встречу Трампа и Путина.
Президенты России и США в итоге действительно встретились в Хельсинки – правда, уже летом 2018 года и без всякого Арктического совета. Собрать глав восьми стран для обсуждения вопросов Арктики так и не получается. И во вторник финский президент снова признал, что «организовать саммит все еще возможно, но прямо сейчас условия для этого неблагоприятные».
А вот российский Международный арктический форум работает уже девять лет (собираясь раз в два года). Нынешняя встреча прошла в Петербурге и была самой масштабной. Если раньше в форуме никогда не участвовало больше трех глав из восьми арктических государств – России, Финляндии и Исландии, то сейчас к ним присоединились еще и премьер-министры Швеции и Норвегии. Таким образом, на высшем уровне не были представлены только Дания, США и Канада. Что касается американцев и канадцев, то это понятно. Политические отношения между нашими странами практически заморожены, в случае с США – по внутриполитическим причинам, а вот датчане сами себя наказали.
Они остались едва ли не последней европейской страной, у которой нет контактов с Россией на высшем уровне. Поездка в Санкт-Петербург шведского премьер-министра Стефана Лёвена и главы норвежского правительства Эрны Сульберг стала не только их первым посещением России в послекрымскую эпоху, но и первой для них встречей с Владимиром Путиным. После марта 2014 года политические контакты Швеции и Норвегии с Россией были, по сути, прекращены.
Понятно, что это было сделано под жестким нажимом США и Великобритании – но другие страны Евросоюза постепенно размораживали свои контакты с Россией.
Речь не о Германии, Франции, Италии и Австрии – тут встречи на высшем уровне не прекращались даже в 2014–2016 годах, когда в Белом доме еще сидел Барак Обама. Греция, Португалия, Бельгия, не говоря уже о восточноевропейцах – их президенты и премьеры приезжали в Россию для встреч с Путиным. Но северные страны держались дольше других. Кроме Финляндии и Исландии, остальные игнорировали Россию. И это притом что та же Норвегия не входит в ЕС (но входит в НАТО, что в данном случае важнее).
И вот сейчас лед тронулся – сразу два арктических премьера приехали в Москву.
Этот факт отметил даже модерировавший форум американский журналист. Он спросил у Путина, можно ли считать прорывным моментом то, что приехали лидеры Швеции и Норвегии, и впервые за многие годы он встречается с ними:
«Возможно, что плохие отношения, которые были у России с Евросоюзом за последние несколько лет, теперь улучшаются, начинается «оттепель»?»
Путин не стал говорить про всю Европу:
«К сожалению, в Арктике идет оттепель, это правда. Температура в Арктике повышается в четыре раза быстрее, чем на планете в целом. Но что касается оттепели в политических отношениях – это, безусловно, позитивный процесс».
Забавно, как скандинавы обставляли свое участие – мол, нас позвали на международный форум, и мы решили воспользоваться удобным случаем. Но звали всегда – и в 2017-м, и в 2015-м – а премьеры не приезжали. А теперь не только приехали, но и запросили отдельные переговоры с Путиным, как это сделала Эрна Сульберг.
Хотя и в Швеции, и особенно в Норвегии бизнес давно уже возмущается потерями от санкций – только из-за прекращения поставок рыбы норвежцы потеряли несколько миллиардов долларов. При этом до медлительных скандинавов постепенно дошло, что, пока они соблюдают экономическое и политическое эмбарго с Россией, остальные европейцы давно уже пытаются восстановить с ней отношения. В этом, кстати, давно уже упрекали Францию и особенно Германию итальянцы – вот, нам запрещают торговать с Россией, а сами заводы строят и «Северный поток – 2» тянут.
Конечно, повлиял на скандинавов и Брексит – выход Великобритании из ЕС ослабил влияние Лондона на традиционно находившиеся в его орбите северные страны. Оказала влияние и антиевропейская политика Трампа. Сейчас скандинавам уже нет смысла держать несуществующий антироссийский строй. Тем более что в следующем месяце пройдут выборы в Европарламент. А на них, как ожидается, заметно увеличат свое представительство евроскептики, многие из которых прямо призывают к окончанию конфронтации с Россией.
Да и украинская ситуация в явном тупике – в Европе даже те, кто верит в возможность отрыва Украины от России, понимают, что никаких уступок от Москвы не то что по Крыму, даже по Донбассу не дождешься. То есть украинская заноза надолго, прикидывают на севере Европы – а иметь дело с Россией хочется уже сейчас. Пока другие, более ушлые, европейцы не заменили собой неторопливых скандинавов.
Стефан Лёвен стал премьер-министром Швеции осенью 2014 года, а Эрна Сульберг руководит Норвегией уже пять с половиной лет – и сейчас они впервые смогли позволить себе разговор с Путиным. И теперь их мир уже точно не будет прежним. Кроме брюссельского начальства (для Швеции) и атлантического командования (для Норвегии) у них появляется возможность говорить с руководителем соседней страны. Что не только интересно для них как для политиков, но и, безусловно, выгодно их странам.
Пугать шведов «российскими подлодками», как любит делать бывший премьер Карл Бильдт, или даже шутливо цитировать пушкинское «отсель грозить мы будем шведу», как это сделал в Петербурге Лёвен, это давно уже моветон. А вот работать с Россией – единственно разумное для арктических стран решение. Даже в большей степени, чем для остальной Европы – ведь мы соседи.