В пятницу в Мюнхене открывается ежегодная конференция по безопасности – главная европейская площадка для обсуждения геополитических вопросов. Накануне ее открытия организаторы представили доклад под названием «Большой пазл: кто подберет части?». Руководитель конференции Вольфганг Ишингер признает то, о чем Россия предупреждала еще в 2007 году, а после 2014 года говорила открыто – атлантическая попытка глобализации потерпела крах:
«Похоже, мы становимся свидетелями перетасовки основных элементов международного порядка. Начинается новая эра соперничества великих держав между Соединенными Штатами, Китаем и Россией, сопровождаемая определенным вакуумом лидерства в том, что принято называть либеральным международным порядком».
К самому докладу прилагаются данные опросов общественного мнения, которые проводили Pew Research Center и Фонд имени Фридриха Эберта в самых разных странах – например, о том, кого считают угрозой для безопасности своих стран жители США, Германии, России и других государств. Из них видна парадоксальная, на первый взгляд, вещь: в Германии больше тех, кто опасается усиления мощи США, чем даже в России. У нас 43 процента, а в Германии – 49. То есть получается, что немцы относятся к США хуже, чем русские, по крайней мере, видят в них даже большую угрозу, чем мы.
А нас боятся около трети немцев – 33 процента, что в полтора раза меньше числа тех, кто опасается американцев. Более того, половина опрошенных считает причиной ухудшения безопасности Европы расширение НАТО, а более 40 процентов – и расширение Евросоюза. То есть, несмотря на пять лет шума из-за того, что Россия напала на Украину и развязала войну в Европе, половина немцев понимает, что украинский кризис спровоцирован именно движением атлантического катка на Восток. Расширение санкций против России – из-за Украины и вообще – поддерживают всего 17 процентов немцев (при этом полностью всего 6 и еще 11 – «частично»).
В этом исследовании не было вопроса про «Северный поток – 2», но данные другого недавнего опроса говорят, что примерно такая же часть общества выступает и против строительства газопровода – 13 процентов. А 73% считают его нужным для Германии.
При этом доверие немцев к Путину в три с половиной раза выше, чем к Трампу – 35 процентов против 10.
Это отчасти объясняется тем, что немецкая пресса, как и большая часть европейской, изображает президента США как неуравновешенного и опасного идиота, способного развязать войну.
При этом в реальности Трамп все время намекает на то, что США не хотят нести бремя защиты Европы бесплатно – и пускай европейцы выделяют больше средств на оборону или занимаются ей самостоятельно. То есть тем же немцам вроде бы надо радоваться тому, что Штаты дают им повод для укрепления своей независимости, чтобы самим отвечать за безопасность Германии и Евросоюза.
Но парадокс послевоенного немецкого сознания, хорошо обработанного англосаксонскими учителями, состоит в том, что необходимость самим заниматься европейской безопасностью входит у них в противоречие с навязанным в качестве главной ценности пацифизмом. И приводит к тому, что на американцев злятся и за то, что они пытаются навязать немцам свою позицию по тому же «Северному потоку», и за то, что они требуют давать больше денег на оборону, и за то, что намекают на то, что могут и оставить Германию в покое, распустив НАТО. В современном немецком политическом сознании удивительным образом сочетаются геополитический инфантилизм и желание собрать вокруг себя всю Европу, недовольство американским диктатом и опасение перед самостоятельной жизнью в качестве великой державы.
Все это проявляется и в отношениях с Россией. С одной стороны, общество и существенная часть элиты выступают за нормализацию отношений с нашей страной, а с другой, почти никто из немецких политиков не рискует говорить о том, что Германия должна перестать участвовать в попытке создать из Украины антироссийский редут. И вообще отказаться от претензий на Украину, то есть часть русского мира, потому что даже теоретические разговоры о возможном вхождении Незалежной в ЕС и НАТО делают невозможным выстраивание стратегических партнерских отношений между Россией и Германией.
Германия сейчас оказалась в очень непростой ситуации. Ей правят элиты, воспитанные в атлантическом духе, ну или страхе, то есть в понимании того, что американский поводок никуда не денется. После начала конфликта с Россией в 2014 году немецкая элита пошла на поводу англосаксов как из-за этого, так и потому, что сама уже посчитала Украину своей. Но быстро убедилась в том, что Россия не собирается соглашаться с атлантизацией Незалежной. В Берлине стало расти понимание того, что нехорошо делать российско-германские отношения заложником украинского кризиса. Который, к тому же, подпитывается как раз теми, кто категорически не заинтересован в нормализации диалога России и Германии. Желание стать более самостоятельными росло в немецкой элите – и тут в США победил Трамп, а в Великобритании случился Брексит.
Даже Ангела Меркель поняла, что мир становится другим – в 2016-м единый Запад треснул. И Германия оказалась в ситуации огромного давления. Ей нужно было удерживать европейское единство в условиях расставания с Великобританией и давления Трампа, мечтающего ослабить позиции ЕС. То есть немцам нужно становиться взрослыми и брать на себя ответственность за Европу в полной мере. При этом для такого шага нужна решимость: ведь хотя Трамп и готов, условно говоря, «распустить НАТО», то есть дать европейцам самостоятельность, но ни американская элита, ни атлантическая наднациональная элита не собираются отпускать Германию в самостоятельное плавание. К тому же Берлин успокаивают тем, что Трамп – это лишь случайность, и после него все вернется на круги своя, и военно-политическому единству Запада ничего не будет угрожать. Надо лишь переждать, не нужно нервничать.
Поэтому, хотя Меркель и говорит о необходимости для Европы взять судьбу в свои руки, в частности заняться вопросами обороны, она ни в коей мере не ставит под вопрос атлантическое единство.
Но никакого восстановления единства, конечно, не будет – наоборот, с каждым годом противоречия между двумя берегами Атлантики будут только нарастать. Будет расти и давление на Германию, которая по мере дистанцирования США от европейских дел и полу-Брексита начнет приобретать все больший вес в мире. Ее влияние и роль в Евросоюзе будут все больше контрастировать с ее ограниченным геополитическим статусом. И выйти из этого противоречия можно будет двумя способами. Или отказаться от немецкого в пользу общеевропейского, то есть наднационального и все так же атлантического, или вернуть себе полную свободу действий, сделав Евросоюз самостоятельным континентальным игроком, опирающимся на немецкую мощь и волю.
Выбирать будет уже следующее поколение немецких политиков, и достаточно скоро. Немцы считают наибольшей угрозой для безопасности Европы США, а не Россию, доверяют Путину, а не Трампу, и поддерживают не расширение санкций против нашей страны, а строительство «Северного потока – 2». Тенденция разворота немецкого общественного мнения от США к России длится уже давно – но в последние годы усилилась из-за «непредсказуемого Трампа». Но если говорить о втором варианте, то он возможен только при выстраивании стратегического партнерства с Россией. Вопреки России и тем более против России ничего у Берлина не получится. И очень хорошо, что уже сейчас немецкое общественное мнение не поддается ни на какие русофобские разводки.