Пекинский форум имеет очень большое значение для Китая – выдвинутая Си Цзиньпином осенью 2013 года идея нового «Шелкового пути» обретает теперь политическую поддержку иностранных государств. В Китай съедутся около 30 глав государств – и Путин будет главным гостем (как это уже было на праздновании 70-летия победы над Японией в сентябре 2015-го). К форуму привязан и рабочий визит президента России в Пекин – который в нынешней мировой ситуации приобретает значение, выходящее за рамки двухсторонних отношений.
Никакие колебания международной обстановки не способны сбить российское и китайское руководство с выбранного курса
Это будет первая в этом году встреча Путина и Си Цзиньпина – предыдущая прошла в ноябре. За четыре года (прошедших с момента прихода Си к власти) два лидера встречались 18 раз, но в этот раз полугодовой перерыв пришелся на время глубокой трансформации мировой ситуации.
Когда Путин и Си в последний раз общались в конце ноября в перуанской столице, они наверняка обсуждали победу на выборах в США Дональда Трампа – но тогда он еще не вступил в должность. Тогда Трамп грозился начать торговую войну с Китаем и наладить отношения с Россией – что, естественно, вызывало беспокойство в Москве и Пекине. Китайцы волновались, как бы русские не пошли на сближение с США в ущерб сотрудничеству с Китаем, а русские нервничали насчет того, чтобы китайцы не подумали, что мы готовы променять «стратегическое партнерство» на «милость Запада».
Нет, конечно, Путин и Си, сделавшие сознательный выбор в пользу дальнейшего укрепления стратегического партнерства двух стран, не волновались – но элиты обеих стран, плохо знающие друг друга (не столько лично – сколько страны друг друга), пребывали в некоторой растерянности. Но за полгода ситуация в российско-американо-китайском треугольнике поменялась – причем так, что посторонний наблюдатель сказал бы, что на противоположную.
Атака на Трампа по русской линии на время лишила его администрацию практически всех возможностей для налаживания отношений с Москвой – и ситуация сдвинулась с мертвой точки только в последний месяц, когда произошел обмен визитами Сергея Лаврова и Рекса Тиллерсона. А с Китаем за это время, напротив, произошла полная смена риторики – Трамп больше не грозит введением заградительных пошлин на китайский импорт, не педалирует тайваньскую тему и вообще называет Си Цзиньпина своим другом. Они действительно уже успели познакомиться – во время неожиданного визита китайского лидера в поместье Трампа во Флориде.
Поездка председателя КНР носила неофициальный характер – и объяснялась тем, что в Пекине действительно были встревожены резким повышением ставок, которое практиковал Трамп на китайском направлении. Китайцы отнеслись к игре Трампа чуть серьезней, чем она заслуживала – Трамп и так прекратил бы нагнетать тему «сейчас мы устроим торговую войну китайцам», но в итоге после встречи во Флориде антикитайская риторика резко пошла на спад.
Теперь Трамп ждет от Си давления на КНДР – из-за ее ядерной программы. И китайцы демонстрируют некоторые меры экономического воздействия на Пхеньян, впрочем, не собираясь слишком усердствовать в этом. Показателем этого стало участие в форуме «Один пояс – один путь» северокорейской делегации – да, она будет представлена на уровне министра внешней торговли, но и это свидетельствует о том, что никакой блокады КНДР Китай устраивать не собирается.
Американцы же делают вид, что верили в намерение Пекина давить Пхеньян на радость Вашингтону – и посольство США в КНР даже направило в китайский МИД дипломатическую ноту, в которой выражается недовольство в связи с приглашением КНДР к участию в форуме: дескать, Китай «своим шагом дал неверный сигнал в условиях, когда мировое сообщество оказывает давление на Пхеньян из-за ядерных испытаний и ракетных пусков».
Было бы странно, если бы Китай не позвал на форум своего соседа и союзника – КНДР, при всех проблемах в двухсторонних отношениях, рассматривается Пекином как близкое и дружественное государство, пускай и проводящее слишком самостоятельную политику. Китаю неприятно, что Пхеньян дает Вашингтону повод давить на Китай – но, в конце концов, вмешиваться в дела Северной Кореи Китай ни в коем случае не собирается, да, честно говоря, и не может.
В отношениях же с США присутствует другой мотив – огромная экономическая взаимозависимость при отчетливом понимании существования огромных геополитических противоречий. Политика разворота в Тихий океан, декларируемая во время Обамы, имела отчетливо выраженный антикитайский оттенок – США как бы переходили к новой, активной стадии сдерживания Китая в регионе, который Пекин исторически считает зоной своих жизненных интересов. Вдоль всех границ Китая, от Афганистана на Западе до Южной Кореи на Востоке, стоят американские военные базы – так что Пекину хватает доказательств американской дружбы. Американский флот способен в любой момент перекрыть все проливы, через которые идет торговля Китая с Европой, Ближним Востоком и Африкой – оставив Поднебесную без нужных ей энергоресурсов и лишив ее возможностей экспорта своих товаров.
Именно поэтому идея нового «Шелкового пути» так важна для КНР – это проект прямого сухопутного доступа на европейские и азиатские рынки. Более того –это проект стабилизации ситуации в Центральной Азии и на Большом Ближнем Востоке. И, как максимум, это проект создания самодостаточной Евразии. То есть нового мира, в котором морские державы – англосаксы, да и любые другие, например японцы – не будут иметь возможности доминирования. Более того, Евразия снова станет тем, чем она была на протяжении всей мировой истории за исключением пары последних столетий – главным мировым континентом. При падающей роли ее западной оконечности, Европы, и увеличивающемся значении восточной части, Китая.
Понятно, что такой проект возможно осуществить только совместными усилиями России и Китая. И понимание этого есть у Владимира Путина и Си Цзиньпина – именно поэтому китайско-российское сближение получило такое ускорение после начала их совместной работы. Сделанный ими выбор носит стратегический характер, касается десятилетий вперед – можно говорить, что речь идет о курсе на весь 21-й век. Не случайно Россия разворачивается в сторону Тихого океана.
Так что никакие колебания международной обстановки не способны сбить российское и китайское руководство с выбранного курса. Об этом говорится и в переданном пару недель назад Владимиру Путину послании Си Цзиньпина. Его слова озвучил на встрече с президентом России Ли Чжаньшу, начальник канцелярии ЦК КПК (аналог нашей администрации президента):
«Сегодня наши отношения по праву называются образцом отношений между великими державами, которые характеризуются сотрудничеством и обоюдным выигрышем, весьма прочны, зрелы, носят характер стратегического взаимодействия и прочности.
Си Цзиньпин также сказал, что, несмотря на серьезные изменения в международной ситуации, мы намерены с вами неуклонно придерживаться трех констант, а именно: при любых обстоятельствах наш курс, нацеленный на углубление и развитие китайско-российского стратегического взаимодействия и сотрудничества, не изменится; наш курс, нацеленный на наше совместное развитие и процветание, не изменится; наши совместные усилия, нацеленные на отстаивание мира, справедливости, а также сотрудничество в мире, не изменятся».
Нынешняя встреча Путина и Си в Пекине станет 19-й по счету – и вслед за ней менее чем за два месяца состоится еще две встречи двух лидеров. Уже 8 июня они побеседуют в Астане на саммите ШОС, а 4 июля начнется официальный визит Си Цзиньпина в Россию. Два президента обсудят и Дональда Трампа – в том числе и то впечатление, которое американский президент произвел на Си Цзиньпина во время их встречи во Флориде. Это будет тем более актуально, что спустя несколько дней, 8 июля, в Гамбурге на саммите «большой двадцатки» встретятся все три главные действующие фигуры большой геополитической игры: Путин, Трамп и Си.