Обострение ситуации в Донбассе снова поднимает волну возмущения в русском обществе. Причем возмущаются не только действиями Киева, но и «вялой, неадекватной» реакцией на них Москвы.
Россия не может воевать с Украиной – потому что это будет гражданской войной
Как же так, в Сирии мы, значит, воюем – против террористов и за то, чтобы война не пришла на территорию России и к нашим границам, а в Донбассе спокойно наблюдаем, как гибнут русские люди? Этот самый «проклятый» вопрос в российском обществе возникает каждый раз, когда происходит обострение на «Востоке Украины».
Да, формально это Украина – но скоро будет три года с момента кончины той, домайданной Украины, и все понимают, что Донбасс не вернется в нынешнюю, прозападную версию «Незалежной». И это понимание еще больше усиливает недоумение – не только жителей Донбасса, но и русских в России: так почему же нужно терпеть эти обстрелы, эти жертвы, во имя чего?
Если воссоединения Украины и Донбасса уже все равно не будет, то почему Россия не может просто включить в свой состав ДНР и ЛНР? Ну, хорошо, геополитика, отношения с Западом, санкции – но почему нельзя хотя бы так ударить по украинским позициям вдоль границ с ДНР и ЛНР, чтобы отбить у них всякую охоту обстреливать Донбасс? Эти вопросы нельзя оставлять без ответа – и можно обозначить ту красную линию, за которой «все изменится».
Но для начала нужно напомнить то, чем занимались нечестные критики украинской политики Путина первые год-полтора после Крыма – они все время кричали о том, что «Путинслил», о том, что вся политика Кремля направлена на возвращение отколовшихся республик в состав Украины, что вот-вот будет «сдан Донбасс». В любых заявлениях Москвы по тому же минскому процессу искали признаки слабости, уступок, заигрывания с Западом. Всячески высмеивали «хитрый план Путина» – ну где же он, когда же он заработает? «Кровь Донбасса на руках Путина – если бы весной или летом 2014-го он ввел войска, ничего бы не было», «поманили Донбасс – и бросили» – нет числа подобным упрекам. И что мы видим теперь?
Разговоры о «сливе Донбасса» Кремлем остаются уделом сумасшедших или повернутых путиноненавистников – даже самые тревожные и недоверчивые люди понимают, что Донбасс никто в обиду не даст. Но при этом люди там продолжают гибнуть, ситуация со статусом подвешенная – что рождает уже другое недоумение.
Как долго это будет длиться? Год-пять-двадцать? Понятно, когда таким вопросом задаются сами жители ДНР и ЛНР – это вопрос жизни их семей, их будущего, им нужна определенность и стабильность. Но тем, кто в России переживает за статус и положение Донбасса, потому что от этого в конечном счете зависят и жизни живущих там русских людей – что можно сказать им?
То же самое, что и три года назад – Украина распалась, там идет гражданская война.
Крым был оперативно выведен Россией из зоны риска – потому что там стояла русская армия и подавляющая часть русского населения хотела воссоединения с Россией. Остальные области Украины, включая Донбасс, были в недоумении – после свержения прозападными силами Януковича и ухода Крыма они понимали, что прежняя Украина закончилась, но не понимали, какой будет новая.
То, что взявшие власть в Киеве попытаются сделать ее «украинской» и антирусской, дошло не до всех и не сразу – восстание поднялось только в Донецке и Луганске. Началась гражданская война, в которой часть Донбасса с оружием в руках отбилась от украинизаторов. Россия взяла ее под свое крыло – и геополитически, и военно, и экономически. Но присоединять к себе не стала, потому что вся Украина – это Россия.
Да, мы один народ – с подавляющей частью населения Украины, кем бы – украинцами или русскими – они себя ни называли. Единственным исключением являются жители Галичины – этнически обычные русские, они за много веков пребывания под немецко-польским и католическим влиянием, по сути, отпали от единого народа. Все остальные – часть большого русского народа. Украинство, в которое заигралась внезапно получившая независимость «национальная элита», пройдет – а единство даже не судеб, а русского мира останется. Именно поэтому Россия не может воевать с Украиной – потому что это будет гражданской войной. Да, она и так есть – но все-таки в рамках «Украины», этой части русского мира. А если мы начнем войну между РФ и Украиной, то это будет полноценная гражданская война в рамках одной большой России.
Ввести войска РФ на территорию Украины можно было и летом 2014-го, и сейчас – повод у нас действительно есть, и он более чем серьезный: защита русских, точнее, той их части, кто осознает себя таковыми. Но тогда нам придется воевать с такими же, как и мы, русскими людьми, которые носят форму украинской армии и считают Россию агрессором. Да, их воспитали в духе фальшивого «украинства», да, их головы забиты русофобией, то есть отрицанием собственного народа – но то, что это произошло за годы после распада СССР, – это наша общая трагедия, беда, огромная проблема.
Но ни в коем случае не повод уничтожать их, воевать с ними. Потому что так мы уподобимся нынешним киевским правителям – тем, кто считает нас разными народами, народами, у которых не только разное прошлое, но и различное будущее. Очень легко войти в гражданскую войну между двумя частями одного народа – и очень сложно из нее выйти.
Да, гражданская война на Украине сейчас всего лишь заморожена, приостановлена – и она, увы, может возобновиться даже в гораздо более страшных масштабах, чем в 2014–2015 годах. Но пока Россия держит ситуацию под частичным контролем, этого не будет – Киев боится даже пробовать пытаться силой вернуть Донбасс, понимая, какой силы ответный удар он может получить.
Ситуация на самой Украине неизбежно будет деградировать – в том смысле, что несостоявшееся «государство» постепенно будет ветшать и дезинтегрироваться. Элиты будут грызться, а народ постепенно осознавать, что обманом был не только слоган «Украина – это Европа», но и постулат «Украина – не Россия». Никто не знает, сколько этот процесс займет лет – но мы должны делать все, чтобы он протекал как можно быстрее. Как?
Не допуская ухода Украины под западный, атлантический или европейский «зонтик безопасности» – то есть не давая продажным, антинациональным по сути киевским элитам увести Незалежную в Европу. Если бы Украина зацепилась за НАТО и ЕС, процесс ее дерусификации пошел бы полным ходом – элиты продали бы и предали бы собственный народ. Но «конфликт на Востоке Украины», вся ситуация с отделившимися-неотделившимися ДНР-ЛНР не давала Западу приступить к перевариванию Украины – и в Европе, и в США понимали, что Москва не будет молча наблюдать за «оккупацией» и атлантизацией Украины. Запад уже согласен сделать ее буфером, то есть первую, самую жесткую атаку на всю Украину мы уже отбили, притом что главные сражения еще впереди.
И они будут не военными, и они будут не с Западом – это будет духовная, идеологическая, ценностная битва за возвращение населения Украины в состав русского мира. Как только это произойдет – под воздействием экономических или других факторов – вернется и украинская территория. Люди, которые живут на Украине, – это наши люди. И люди, которые гибнут в Донбассе с обеих сторон, – это наши люди.
Именно поэтому у Кремля нет никакой красной черты, после которой начнется война с Украиной, потому что единственная красная черта проходит по западной границе «Украины». И она называется границей русского мира – другой у него не было и не будет. На это работает и Путин, и вся тысячелетняя русская история.