В Вашингтоне состоялось заседание городского совета по поводу переименования участка улицы, на которой находится здание российского посольства, в площадь Бориса Немцова.
Представителей российского МИДа на заседании не было, зато собралась большая группа «общественных деятелей» во главе с бывшим главным редактором главного аналитического журнала 90-х годов «Итоги» Сергеем Пархоменко. По словам еще одной участницы, журналистки радио «Эхо Москвы» Карины Орловой, из пятнадцати членов городского совета на слушаниях присутствовали лишь двое, то есть, по сути, мероприятие стало оппозиционным междусобойчиком.
Газета «Коммерсант» публикует весьма примечательную подборку цитат собравшихся. Председатель Фонда Бориса Немцова за свободу Владимир Кара-Мурза*-младший, в частности, пожаловался американцам, что в Москве улицы переименовываются в честь недостойных, на его взгляд, политических деятелей – Уго Чавеса и Ахмата Кадырова.
Карина Орлова поведала собравшимся, что, как она узнала от главреда «Эха Москвы» Алексея Венедиктова, в сенате закон о переименовании участка улицы в площадь Немцова заблокировал сенатор-республиканец Боб Коркер, которого попросил об этом госсекретарь США Рекс Тиллерсон. Которого, в свою очередь, попросил об этом глава российского МИДа Сергей Лавров.
Дочь Бориса Немцова Жанна заявила:
«На сегодняшний день мы не можем сделать что-то подобное в России, но можем здесь».
Директор «Сирийско-американского совета» Шломо Болтс вспомнил о том, что Борис Немцов выступал против позиции Москвы в сирийском конфликте, а значит, переименование «покажет, что страдания сирийского народа не остались незамеченными».
Показательнее и нелогичнее всех высказалась глава движения Magnistky Act Initiative Таня Найберг. По ее словам, «переименование докажет президенту России Владимиру Путину, что он не такой могущественный, как он думает».
Слушанья продолжались около часа. Против выступил только американский журналист Джереми Бигвуд, которого все та же Карина Орлова описала следующим образом: «Пожилой дяденька, сильно напоминавший припосольского в погонах. С гадким таким взглядом типа «мы таких, как ты, в 37-м расстреливали без суда и следствия»... Скорее всего, это какой-нибудь бывший посольский гэбист, потому что язык-то он выучил, а вот выражение лица советского офицера КГБ стереть не удалось».
Отметим, что в краткой биографии журналиста на сайте Huffington Post говорится, что он писал для изданий American Journalism Review и Village Voice, а в 80-е годы в качестве фотокорреспондента работал в Центральной Америке. Бигвуд сказал, что переименование – это значит «показать средний палец российскому посольству», и выступил против этой инициативы.
По итогам заседания глава совета Фил Мендельсон написал у себя в Twitter: «Совет поддерживает демократические ценности. Борис Немцов был примером человека, который их демонстрирует, и это символическое переименование было бы почетным для него». А Сергей Пархоменко* уточнил, что на принятие решения уйдет около двух недель и «шансы очень большие».
Напомним, что Борис Ефимович Немцов с 1991 по 1997 год занимал пост губернатора Нижегородской области, затем был приглашен в Москву на должность министра топлива и энергетики, а в 1997–1998 годах занимал пост первого вице-премьера. После отставки избирался депутатом Государственной думы, а в 2013 году стал депутатом Ярославской областной думы.
Немцов был убит 27 февраля 2015 года в центре Москвы. Виновным в его убийстве был признан экс-сотрудник МВД Заур Дадаев. 13 июля 2017 года Московский окружной военный суд приговорил Дадаева к 20 годам колонии строгого режима. Его сообщники Анзор Губашев, Шадид Губашев, Темирлан Эскерханов и Хамзат Бахаев также получили длительные сроки заключения.
Президент России Владимир Путин назвал «дерзкое убийство» Бориса Немцова «позором и трагедией» для страны.
Собственно, именно поэтому американские политики при поддержке российских оппозиционеров хотят переименовать площадь перед посольством – чтобы напоминать о «позоре и трагедии». Это не просто недружественные действия, а обыкновенный пиар на крови – собственно, именно поэтому российский МИД выступает против данного решения.
Подобный «дипломатический троллинг» – достаточно распространенное явление, напоминает Би-би-си. В 1984 году площадь перед резиденцией советского посла в Вашингтоне назвали именем лауреата Нобелевской премии Андрея Сахарова, находившегося в ссылке в Нижнем Новгороде.
В Иране после победы Исламской революции улица, где находилось британское посольство, была переименована в честь Бобби Сэндса – участника группировки «Ирландская республиканская армия».
В индийской Калькутте после прихода к власти в штате Западная Бенгалия компартии Индии улица, где находилось американское консульство, была переименована в честь президента Вьетнама Хо Ши Мина, которому США проиграли войну.
После того, как в польской столице Варшаве появилась площадь Джохара Дудаева, в Мосгордуме обсуждалась возможность переименования улицы Климашкина, на которой находится польское посольство, в честь генерала Михаила Муравьева, получившего прозвище «вешатель» за жесткое подавление польского восстания 1863–1864 годов.
Рассматривался и вариант переименования этой улицы в честь Александра Суворова, которого в Польше также не любят за подавление восстания 1794 года. Но обе эти инициативы не были реализованы.
Сложно сказать, нужно ли Москве реагировать на «троллинг» горсовета американской столицы и менять название участка Новинского бульвара, на котором находится посольство США, чтобы напомнить о каком-либо «позоре и трагедии».
Вариантов много. Можно не мудрствовать и повторить опыт Калькутты, вспомнив Хо Ши Мина. Можно поступить тоньше, увековечив кого-нибудь из генералов-южан, с чьей памятью в США сейчас усиленно сражаются. Можно напомнить о находящихся в американской тюрьме политзаключенных – Леонарде Пелтиере или российских гражданах Викторе Буте и Константине Ярошенко.
Можно быстро провести через Госдуму признание геноцида североамериканских индейцев и сделать официальным адресом посольства США площадь Геноцида.
Вариантов много, и ни один из них не приближает отношения России и США к точке разморозки. Собравшимся в Вашингтоне представителям российской оппозиции это, разумеется, не нужно, для них чем хуже, тем лучше. Горсовет Вашингтона, похоже, тоже не видит ничего странного в попытке «уязвить» Россию сменой официального адреса посольства. Следует ли московским властям реагировать на провокацию и включаться в эстафету «дипломатического троллинга»? Неоднозначный вопрос.
* Признан(а) в РФ иностранным агентом