В Польше создают аэродинамическую модель самолета президента Леха Качиньского, который потерпел крушение в 2010 году при заходе на посадку в Смоленске. Польские власти намерены выяснить, что произошло с лайнером в последней фазе полета, сообщил в четверг Польскому телевидению глава новой подкомиссии, расследующей инцидент, Вацлав Берчиньский. «Продолжается строительство аэродинамической модели для исследований в туннеле в разных конфигурациях – полета и посадки без куска крыла», – сказал он.
Не столкнись польский самолет с одной березой, он вполне мог бы протянуть еще несколько километров и столкнуться с другим препятствием на земле
По словам Берчиньского, два месяца назад он написал письмо в МАК с просьбой предоставить доступ к обломкам самолета и черным ящикам, однако пока не получил ответ. При этом Берчиньский считает, что точную модель самолета можно создать и с использованием тех обломков, что имеются в распоряжении польской стороны.
Ранее в четверг представитель российского МИДа Мария Захарова заявила: если у польской стороны действительно, как она утверждает, появились дополнительные материалы, необходимо незамедлительно предъявить их международной общественности.
Глава минобороны Польши Антоний Мацеревич в ответ заявил о готовности сотрудничать с Россией. Москва получит новые документы о катастрофе только в обмен на материалы, которые Варшава сама запросила у главы МАК Татьяны Анодиной, заявил министр. «Я рад, что российская сторона впервые проявляет такую заинтересованность и готовность к сотрудничеству, естественно, если это подтвердится», – подчеркнул министр.
Как известно, Межгосударственный авиационный комитет (МАК) в 2011 году обнародовал окончательный отчет о результатах технического расследования катастрофы. В четверг телефоны пресс-службы МАК не отвечали.
Как сообщала газета ВЗГЛЯД, Мацеревич заявил, что решил рассекретить архивы по катастрофе под Смоленском. Об этом он объявил на специально созванной пресс-конференции. Вместе с ним выступили и представители подкомиссии по расследованию авиапроисшествий, которая повторно выясняет обстоятельства трагедии 10 апреля 2010 года. Мацеревич заявил, что причиной возобновления расследования стала «несолидность деятельности как комиссии, организованной в РФ, так и в Польше».
Комиссии, как утверждается, удалось получить доступ к полным версиям записей, которые свидетельствуют, что в последние секунды полета у самолета отказал генератор, двигатель и датчики высоты. Как утверждает представитель комиссии Казимеж Новачик, разрушение самолета началось еще в 900 метрах от места падения. Кроме того, по данным комиссии, сигнал о неисправности двигателя самолета был зафиксирован еще в 15 метрах над землей, передает РИА «Новости».
Также Новачик утверждает, что главы ВВС Польши генерала Анджея Бласика не было в кабине пилотов, как это считалось ранее. «Его голос не идентифицирован ни одним из трех членов комиссий, которые хорошо его знали, и ни одной из экспертиз», – сказал представитель комиссии, заявив, что прежние выводы были неверной интерпретацией данных.
Вечный зов польской политики
В свою очередь член польской комиссии, которая занимается изучением крушения, британский эксперт Фрэнк Тейлор заявил о недостатках предыдущих расследований. Он обратил внимание на очень плохое качество аудиозаписей, которыми располагала предыдущая комиссия. «Спутниковые снимки показали, что большая часть обломков была перемещена после катастрофы, что абсолютно непрофессионально, этого не должно было быть... Некоторые элементы самолета были обнаружены спустя шесть месяцев после катастрофы и очищения территории», – сказал он.
«Столкновение с первым деревом»
По мнению экспертов, опубликованные ранее схемы катастрофы как раз и указывают на то, что разрушение самолета могло действительно начаться за 800–900 метров до падения, поскольку, по официальной версии, он в тумане задел крылом березу.
«Воздушное судно, заходящее на посадку, делает это не по крутой траектории – угол наклона воздушного судна невелик. После столкновения с первым деревом самолет достаточно долго продолжал лететь по инерции. Кстати, некоторые обломки судна оказались на еще большем удалении от места столкновения с поверхностью», – считает глава аналитической службы агентства «АвиаПорт» Олег Пантелеев.
Не противоречит официальной версии и тот факт, что двигатель начал глохнуть еще в 15 метрах над землей, считает эксперт. «Возможны различные варианты – начиная от попадания в двигатель посторонних предметов, в том числе тех или иных фрагментов дерева, с которым столкнулся самолет, вплоть до интенсивного изменения режима работы двигателя в момент, когда экипаж увидел препятствие», – пояснил Пантелеев газете ВЗГЛЯД.
Авиаэксперт напомнил, что главной причиной падения был тот факт, что воздушное судно в условиях отсутствия визуального контакта со взлетно-посадочной полосой оказалось на недопустимо малой высоте. «Вероятность негативного развития ситуации была крайне велика. Не столкнись польский самолет с одной березой, он вполне мог бы протянуть еще несколько километров и столкнуться с другим препятствием на земле», – пояснил он.
«Возврат в Польшу остатков самолета»
Российский летчик-испытатель Магомед Толбоев, в свою очередь, уверен в том, что вина в авиакатастрофе полностью лежит на польской стороне. «Как профессионал я могу со всей ответственностью заявить, что в данной ситуации польская сторона заложила эту авиакатастрофу с момента подготовки экипажа и принятия решений. Они шаг за шагом шли к катастрофе», – сказал Толбоев газете ВЗГЛЯД. Теперь же, по его мнению, расследование вышло за рамки компетенции профессионалов и юристов и перешло в политическую плоскость.
#{bigimage=438980}«Ошибка пилотов злополучного рейса, принимавших решение о посадке в Смоленске под прямым давлением руководящих пассажиров, очевидна. Желание добавить к этой вполне доказанной вине еще и чью-то вину по российской стороне политически мотивировано, – сказал газете ВЗГЛЯД проживший в Польше много лет Сергей Станкевич, эксперт Фонда Собчака, эксперт Партии роста. – Каких-либо оснований для обвинений в адрес диспетчеров аэропорта пока не предъявлено. В порядке упрека можно лишь сказать, что их рекомендация в адрес пилотов лететь на запасной аэродром могла быть более категоричной. Но формальных полномочий для запрета на посадку у диспетчеров не было».
По мнению Станкевича, сегодня осталась только одна реальная тема для обсуждения по этому трагическому эпизоду: возврат в Польшу остатков самолета.
Главный редактор портала Avia.ru Роман Гусаров также считает, что данные польской комиссии не противоречат итогам расследования, которое вел МАК. «Самолет, начавший цеплять ветки деревьев, на скорости 250–300 км/ч вполне мог буквально «пропахать» эти 900 метров», – пояснил он. При этом эксперт пока не понимает, откуда новая комиссия могла получить эти новые данные – вряд ли они могли взяться из расшифровки дополнительных пяти секунд записи черного ящика.
«Это политический миф, теория заговора»
Гусаров также напоминает, что МАК был единственным уполномоченным проводить расследование органом, и потом, опираясь на его данные, строили свои выводы и российские, и польские следователи. «Из их отчета ясно видно, что были тяжелые погодные условия, диспетчеры рекомендовали воспользоваться резервными аэродромами, поэтому свалить вину в трагедии на Россию у поляков не получится», – считает он.
Президент Европейского центра геополитического анализа (Варшава) Мартин Домогала считает, что ничего нового на пресс-конференции Мацеревича не прозвучало. «После таких катастроф появляются вопросы. У нашей страны их очень много – и это нормально», – сказал Домогала газете ВЗГЛЯД. Польский политолог напомнил, что в 2010 году в Польше у власти была либеральная «Гражданская платформа» Дональда Туска, а Мацеревич пребывал в оппозиции. «Сейчас вся дискуссия о катастрофе идет только на политическом уровне. И есть миф, что катастрофа президентского самолета под Смоленском была результатом сговора Кремля и Дональда Туска. Это политический миф, это теория заговора», – подчеркнул Домогала.
Как писала еще в марте газета ВЗГЛЯД, слова Мацеревича о том, что гибель президентского самолета под Смоленском была терактом, не должны никого удивлять. Этот же политик считает, что «Протоколы сионских мудрецов» не подделка, а факт. Официальные лица РФ уже озвучили свою отповедь министру, но бороться с невменяемостью Мацеревича должны не они, а сами поляки.