Волнения цыган в Плеханово поутихли – при этом пока что непонятно, чем продолжится история. Хотя сами цыгане и извинились за нападение на администрацию поселка и на газовщиков, все равно неспокойно. Ведь главная проблема связана не с ликвидацией незаконной врезки в газопровод, а с самим нелегальным статусом цыганских домов в поселке.
Вопрос в том, удастся ли легализовать самих цыган, легализовав их постройки
Легальны около трети построек, а более 120 домов признано самостроем – это классический захват земли и самовольная постройка зданий. Есть и постановления о сносе, и на следующей неделе должно состояться несколько раз откладывавшееся заседание суда по этому поводу. Если тульские власти решатся снести незаконные постройки, будет очередное обострение ситуации. Если нет – то проблему просто отложат «на потом».
Пока что от тульских властей исходят противоположные сигналы. В четверг городская мэрия заявила, что намерена узаконить плехановский самострой и что еще с прошлого года готовится соответствующая документация, в пятницу пресс-служба регионального правительства сообщила, что «незаконно построенные дома в Плеханово будут снесены»: «всеми сторонами был согласован снос около 120 домов, которые признаны незаконными постройками на территории поселка». Хотя из дальнейшего комментария можно понять, что речь идет о том же самом плане мэрии, который подразумевает «создание мест компактного проживания цыган в Плеханово». Понятно, что в любом случае речь не идет о выселении цыган из поселка. Их попытаются максимально легализовать, дав права на землю и дома. Тогда, как обещают цыгане, они перестанут воровать газ, ведь они уверяют, что вся проблема в том, что им невозможно подключиться к газопроводу легально до той поры, пока нелегальны их дома. Если бы все было так просто... Вопрос в том, удастся ли легализовать самих цыган, легализовав их постройки?
Цыган в России чуть больше 200 тысяч, то есть в районе десятой доли процента населения страны. Кочующий народ сейчас ведет в основном оседлый образ жизни – и тульский поселок Плеханово с его тремя тысячами цыганских жителей является едва ли не крупнейшим в Центральной России.
Фактически городское расположение и близость к столице делает Плеханово привлекательным для цыган – все формы цыганского «бизнеса» связаны отнюдь не с земледелием. При этом поселок смешанный – хотя цыгане и живут вместе, кроме них в поселке есть еще и 6 тысяч русских. За полвека вынужденного сожительства образования единой «плехановской» общности, естественно, не произошло, хотя у цыган есть прописка, школа и прочие признаки социализации, отношение к ним не сильно изменилось. Оно как минимум настороженное – и виноваты в этом не русские.
Цыгане по своей природе замкнутая, живущая родовым укладом община, занимающаяся и полулегальным «бизнесом», и откровенно незаконными делами. Многочисленные истории с наркоторговлей, не говоря уже о воровстве и мошенничестве, вовсе не выдумки прессы и не народное мифотворчество (хотя, естественно, сарафанное радио всегда преувеличивает масштабы). Попытки социализировать цыган предпринимались советской властью, но даже она не смогла «посадить цыган на землю». Аналогичные попытки на Западе также не привели к приручению цыган современным европейским государством.
Фактически цыгане представляют собой государство в государстве, и проблема их вписывания в общество упирается как в их собственное нежелание подчинять себя общим правилам и законам, так и настороженность и опасение самого общества в отношении них.
Например, можно ли было давно уже легализовать самозахват в Плеханово? Формально да – закрыть глаза на самострой, выправить им документы.
Но, во-первых, как это было бы воспринято русским населением? По какому праву пришлые захватывают общие земли, строятся на них без разрешения, а потом получают амнистию? На эти вопросы невозможно ответить в духе «давайте быть толерантными и терпимыми».
Во-вторых, понятно, что легализация была бы воспринята и самими цыганами как потакание их произволу – и где гарантия, что в следующие десять лет в Плеханово не появилась бы еще сотня самостроев?
Но и сносить тоже не метод – три тысячи людей, первые из которых поселились там еще в 60-е – с такими большими поселениями нужно работать по-другому. Как?
Во-первых, необходимо законодательно закреплять принцип самоуправления цыганской общины и строить отношения с ней через ее руководителей – «баронов». Возможно, им стоит придать статус в муниципальной власти – например, в качестве главы поселения, предварительно, конечно, выделив цыганский поселок в отдельную административную единицу. При этом руководитель общины должен отвечать как за порядок, так и за все правонарушения, допускаемые членами общины, то есть, по сути, должен действовать принцип круговой ответственности, вполне отвечающий принципу круговой поруки, на котором строятся отношения в самой цыганской общине.
Во-вторых, борьба с коррупцией в органах власти и силовых структурах должна полностью исключить любые формы взяточничества со стороны чиновников и правоохранителей в их отношениях с цыганами. Понятно, что коррупция плоха в отношениях с любым народом, в первую очередь с собственным русским – но в случае с национальными диаспорами, тем более такими замкнутыми и криминогенными, как цыгане, это становится настоящим посягательством на общественную безопасность.
Ведь «закрытые глаза» чиновников на самострой (а на него обратили внимание только в середине нулевых – то есть 15 лет его не замечали) приводят к бесконтрольному увеличению пришлого населения и, как следствие, к росту как преступности, так и опаснейшему обострению межнациональных отношений. Так что взяточники не просто воруют деньги – они закладывают мину замедленного действия.
В-третьих, как бы ни трудно это было, необходимо максимально жестко подавлять наркоторговлю в цыганской среде. Понятно, что далеко не все цыгане торгуют наркотиками, но точно так же понятно, что сами они прекрасно знают, кто и чем у них занимается, и никогда не выдадут своих. Минимизировать цыганскую наркоторговлю могут только спецслужбы, тем более что в больших поселках типа Плеханово сделать это даже проще. Отучить цыган от криминального бизнеса – сложнейшая задача. Но так как они все равно будут жить в России, нам придется ею заниматься.