К счастью, до полномасштабной войны между ядерными державами дело не дошло, но в ходе локального конфликта за остров Даманский с советской стороны погибли 58 человек. Точное количество жертв со стороны Китая неизвестно, отдельные источники называют до 800 погибших.
Красный раскол
В 1979 году 600-тысячная китайская армия вторглась на территорию бывшего союзника. За две недели Китаю удалось захватить несколько приграничных районных центров
Никаких геополитических или экономических причин для ухудшения отношений изначально не было. СССР в 50-е годы не претендовал на роль «старшего брата», а Китай не пытался увеличить свой вес в мировом коммунистическом движении в ущерб северному соседу. Противоречия были чисто идеологическими: Мао Цзэдун был оскорблен хрущевскими разоблачениями в адрес Сталина, а Хрущев, в свою очередь, обиделся на «бумажного тигра».
В результате в апреле 1960-го из Китая были отозваны советские специалисты, помогавшие Китаю в создании его промышленной базы. Были сокращены или задержаны поставки сырья, оборудования и запасных частей. В июне произошла серьезная ссора на совещании компартий в Бухаресте. Позже Советский Союз потребовал возвращения кредитов, предоставленных КНР. Торговля, правда, продолжалась, но не в тех объемах, что раньше. Далее по нисходящей – вплоть до Даманского, и выраженное напряжение до конца 80-х годов.
Пограничные войны Китай вел не только с СССР. В 1962 году произошел конфликт в Тибете, а в 1967-м – в индийском штате Сикким. При этом взаимные противоречия не мешали и СССР, и Китаю оказывать помощь Северному Вьетнаму во время войны с США.
Но и с Вьетнамом Китай успел повоевать: в 1979 году 600-тысячная китайская армия вторглась на территорию бывшего союзника. За две недели Китаю удалось захватить несколько приграничных районных центров, 5 марта Вьетнам объявил всеобщую мобилизацию, но в тот же день Пекин прервал военную операцию и начал вывод войск.
Число жертв неизвестно – стороны традиционно занижают свои потери и завышают чужие, но погибли как минимум по 20 тысяч китайцев и вьетнамцев. Учитывая, что наступающая сторона традиционно теряет больше солдат, скорее всего, потери Китая были выше. И тем, кто любит поговорить на тему того, что ни у Грузии, ни у Украины нет и не было шансов выстоять против России из-за разницы в размерах, надо напоминать про Вьетнам. Дело не в размерах, а в мотивированности солдат.
В начале 80-х годов начались реформы Дэн Сяопина, которые привели к тому, что Китай сейчас стал крупнейшей экономикой на планете, а еще через несколько лет стартовала перестройка, закончившаяся развалом СССР и десятилетием экономической депрессии в России.
Отец-основатель Сингапура, недавно скончавшийся Ли Кван Ю называл фатальной ошибкой Горбачева то, что «кампания гласности началась до перестройки экономики», тогда как «Дэн Сяопин проявилкуда большую мудрость, поступив в Китае наоборот».
Можно долго дискутировать о том, почему китайские реформы удались, а советские погубили государство, да и по поводу российских изменений начала 90-х общественный консенсус также склоняется к тому, что это был провал. Но сейчас (как и всегда, на самом деле) главным вопросом является не «кто виноват», а «что делать».
Угроза или спасение
«Желтой угрозой» россиян любят пугать и националисты, и либералы. Как неоднократно отмечалось, у этих политических сил вообще много общего, и только в России они никак не могут найти общий язык. Но опасения по поводу Китая – то немногое, что их объединяет.
Одна из последних «страшилок» – аренда Китаем 115 тысяч гектаров неиспользуемой земли в Бурятии. По соцсетям ходят «карты», на которых очерчена «запроданная китайцам» территория в несколько раз больше Крыма. В реальности же 115 тысяч гектаров – это 1150 квадратных километров, квадрат со сторонами менее 34 километров, это в два с лишним раза меньше территории Москвы или 0,000067% территории России. Шестьдесят семь миллионных доли процента. «Продали Россию», ага.
Также и в соцсетях, и в СМИ регулярно появляются якобы китайские карты, где граница проводится чуть ли не по Уралу, икомментарии отечественных «экспертов», которые приписывают китайским руководителям гитлеровские теории «жизненного пространства». Мол, Китаю тесно, и он неизбежно будет расширяться. Этих «экспертов» надо отправить изучать не только историю, но и географию, а конкретнее – карту плотности населения Китая, которое в основном сосредоточено вдоль побережья. У самого густонаселенного государства в мире вполне достаточно своих неосвоенных земель, и наши тайга с лесотундрой ему не нужны. А сельскохозяйственные земли, как и полезные ископаемые, в современном мире выгоднее арендовать, а не отвоевать. Не стоят они ядерного гриба на месте Пекина или Шанхая.
Кстати, ранее Китай планировал арендовать у Украины гораздо больше – до трех миллионов гектаров. Теперь уже вряд ли сложится. Иметь дело с нынешней Украиной себе дороже.
И даже если вдруг в Китае придет к власти сумасшедший руководитель, который решит «расширять жизненное пространство», то он скорее обратит внимание на юг, а вовсе не на север. Впрочем, система кадрового отбора КПК практически исключает подобную возможность.
Кроме того, есть пример Российской империи, привечавшей иностранцев на своих сельскохозяйственных землях. И Поволжье, и Новороссия с Бессарабией, а позднее и Дальний Восток со Средней Азией активно заселялись немцами, от которых никто не требовал отказываться от своей идентичности. Количество немцев в империи в 1913 году составляло, по разным данным, от полутора до двух с половиной миллионов человек. Китайцев в современной России, по самым конспирологическим подсчетам, на порядок меньше. Кстати, ни массового, ни даже сколько-нибудь заметного предательства среди российских немцев ни во время Первой мировой, ни во время Великой Отечественной зафиксировано не было.
Второй проект, по поводу которого сейчас активно ломаются копья, – это ВСМ (высокоскоростная магистраль) из Москвы в Казань с возможностью продления до Пекина. И снова «эксперты» говорят о том, что России это не нужно (так же, как их горе-предшественники до последнего выступали против Транссиба или московского метро), что это не окупится, что это кабала – и так далее.
Инфраструктурные проекты во всем мире улучшают экономическое положение населения, даже если это не моментальный эффект, а отложенный. Хорошие автомобильные дороги, высокоскоростные магистрали, региональная авиация – это все не блажь, а насущная необходимость для сохранения единства России. И если китайцы готовы вкладывать деньги и передавать технологии – значит, надо брать.
Разумеется, китайцы – не благотворители. Они жесткие переговорщики, и давать деньги «просто так», за обещания дружбы не будут. Главное отличие нынешнего китайского руководства от того, что было 55 лет назад (а равно – от современных американцев и европейцев), – они не заинтересованы в том, чтобы нести свою идеологию по всему миру. Китайцы – прагматики, а значит, с ними можно и нужно договариваться.
Кстати, о «китайской опасности» для России активно пишут украинские СМИ, настроенные предельно антироссийски. Россия с Украиной, как известно, не воюет, а вот Украина убеждена, что ведет с нами войну не на жизнь, а не смерть. Если враг, даже самоназначенный, убеждает тебя в том, что некое явление – плохо, значит, это на самом деле хорошо.