Кому давать, а кому не давать
Собирание «носителей языка» вокруг Российского государства может оказаться как бы не важнее, чем «собирание земель», которым занимались в XV–XVIII веках русские цари
Вопрос о праве бывших советских граждан быть россиянами оставался больным на протяжении всего постсоветского периода. Первоначально право на автоматическое получение гражданства России получили только те граждане СССР, которые в феврале 1992 года имели постоянную прописку на территории РСФСР.
То есть вне гражданства оказались многочисленные выходцы из других союзных республик, проживавшие в России, но постоянной прописки не имеющие (помните, что такое «временная прописка»?). Еще хуже пришлось тем русским и русскоязычным, кто жил в ставших независимыми советских республиках. В лучшем случае они стали гражданами этих республик – независимо от своего желания. В худшем – «негражданами», людьми второго сорта. В совсем плохом – объектом этнических чисток, которыми в 1990-х годах увлекались обретшие независимость южные республики.
Тема защиты соотечественников регулярно выходила на первый план политических баталий, но решения не было. Не только потому, что у России не хватало силенок, но и ввиду отсутствия ясных критериев – кто есть соотечественник? Спасать и защищать своих хотелось, но как отделить своих от чужих?
Только украинский кризис побудил определяться. А решающее значение имело программное выступление Владимира Путина перед подписанием договора о принятии в состав России Крыма и Севастополя. Конкретно – тезис о «русском мире». Все стало на свои места – и критерий нашелся. Даже два: язык и происхождение.
Проект закона, внесенного в парламент правительством РФ, предусматривает, что гражданином России в упрощенном порядке может стать каждый, происходящий с территории Российского государства в любой его итерации – РФ, СССР, Российская империя. Но только в том случае, если является носителем русского языка – то есть «владеет русским языком и повседневно использует его дома и в «культурной сфере». Таким образом, закон с длинным и скучным названием кардинальным образом меняет ситуацию в «русском мире» – и открывает для нашей страны богатейшие перспективы.
Разом нас багато
Новый закон об упрощенном получении гражданства РФ (который на самом деле называется «О внесении изменений в Федеральный закон «О гражданстве Российской Федерации» и отдельные законодательные акты Российской Федерации») дает право на быстрое получение гражданства миллионам людей по всему миру. Конечно, далеко не все им воспользуются, но таких наверняка будет немало.
Во-первых, многие жители бывших союзных республик, ставших независимыми, но бедными, наверняка захотят воспользоваться возможностью репатриации – поскольку теперь они смогут сразу стать полноправными гражданами своей страны, которым не надо годами выпрашивать разрешение на жительство и работу. А это по большей части люди с профессиями, желанием работать и зарабатывать, чей российский патриотизм выстрадан. Учитывая демографические проблемы страны, приток таких людей пойдет на пользу и национальной экономике, и в целом обществу.
Во-вторых, новым правом смогут воспользоваться и те русские жители новых независимых государств, которые уже не стронутся с места – зато обретут принципиально новый статус. Из второсортных обитателей третьесортных государств они превратятся в граждан могущественной державы, ссориться с которой не полезно для здоровья. Это не может не оказать существенного воздействия на внешнеполитическую ориентацию стран, до сих пор строивших свою идентичность на «преодолении последствий русской оккупации». Привычку мстить «русским захватчикам», которые, по известной присказке, «врывались в кишлаки, оставляя за собой школы, больницы и заводы», при таких условиях придется забывать.
Ну и самое главное – новый порядок предоставления гражданства создает легальную рамку для решения проблемы идентичности нашей страны. Россия – это страна русского языка и русской культуры. И это значит, что мечтаниям западных геополитиков о сведении бывшей империи к роли «региональной державы», обреченной вечно каяться и слушаться, приходит конец.
Неожиданным образом речевка первого киевского Майдана «Разом нас багато, нас не подолати» (вместе нас много, нас не победить – укр.) становится явью не для несчастной «демократической» Украины, а для «отсталой» России. Вместе русских (не обязательно по крови, но по языку и культуре) действительно настолько много, что с нами придется считаться всему миру. Собирание «носителей языка» вокруг Российского государства может оказаться как бы не важнее, чем «собирание земель», которым занимались в XV–XVIII веках русские цари.
Хотя впадать в эйфорию не стоит – у нового закона, как у любого явления, есть и обратная сторона.
Ложка дегтя
Авторы закона учли, что уровень знания языка у людей, долго находившихся вне России, вряд ли будет высоким. Строго говоря, не у каждого гражданина РФ был бы шанс хорошо сдать экзамен по русскому, если проводить его достаточно взыскательно. Поэтому требования закона в этом смысле весьма мягкие.
Экзамены на знание языка будут принимать специальные комиссии, создаваемые исполнительным органами власти, на основании инструкций, которые эти самые органы и составят. И тут может быть засада.
Сегодня в России, особенно в крупных городах, скопилось немало выходцев из бывших союзных республик, не имеющих никакого отношения к русской культуре. Однако русским языком в пределах «500, а дорогу покажешь?» они владеют. При отсутствии внятных критериев, установленных законом, а также при существующем уровне коррупции в бюрократических структурах, они имеют все шансы получить статус носителей языка – и гражданство. А это совсем не тот результат, на который рассчитывают разработчики закона.
Сторонники лозунга «Россия для русских», разумеется, уверены, что закон принимается именно для того, чтобы дать гражданство РФ «условным таджикам». С их точки зрения, лучше не дать гражданство ни одному русскому из Прибалтики, Украины или Казахстана, чем допустить получение российского паспорта хоть одним узбеком или таджиком. Насколько такой подход верен, пусть каждый судит по-своему.
Но вот что безусловно верно, так это необходимость строгого контроля за правоприменительной практикой и как можно более внятные критерии оценки русскоязычности и «русскокультурности». Надо понимать, что риски велики. И при этом – цена высока. Что ж, не зря Владимир Путин еще в начале своего первого президентства призывал «строить амбициозные планы». Планы уже есть – пора их реализовывать.