Состоявшееся в субботу шестое заседание Координационного совета оппозиции обошлось без громких сенсаций, но снова показало, кто именно задает тон в протестном лагере, а кому приходится довольствоваться ролью добровольных мальчиков для битья.
Апрель и май
Между зачитыванием резолюций слово взял исключенный на минувшей неделе из «Справедливой России» депутат Геннадий Гудков, который отметил, что вместе с сыном Дмитрием, сидевшим по правую руку, вскоре покинет Россию
Главной темой мероприятия, которое почтили своим присутствием 27 из 43 членов КС, стало определение дат апрельской и майской уличных акций протеста.
Началось заседание с того, что юрист Петр Царьков долго и подробно зачитывал предложения, сформулированные специальной группой по проведению акций. Речь Царькова из уважения не прерывали, но сидевший напротив муниципальный депутат от района Щукино Максим Кац* не смог не написать в «Твиттер» о том, что выступающий уже «усыпил всех скучным докладом».
В итоге было принято решение о том, что 6 апреля «где-то в центре», а 6 мая на все той же Болотной площади, что и год назад, пройдут оппозиционные акции протеста. В заседании по объективным причинам не принимали участия два главных бунтаря КС: Сергей Удальцов (он находится под домашним арестом) и Алексей Развозжаев (в СИЗО), – поэтому все митинги решено было согласовывать со столичными властями.
Между двумя акциями КС запланировал богатую протестную программу с чествованиями уже осужденных по делу 6 мая и субботники с гуляниями по столице. «Два мордобоя с тремя прогулками», – так охарактеризовал план КС политолог Глеб Павловский, и с его легкой руки именно это определение пошло гулять по Сети.
Майский же митинг состоится в первый рабочий день после пятидневных праздников в 19 часов вечера, что является самым оригинальным решением за всю историю протестных действий.
Гудков и регионы
Перед многочисленными отвергнутыми резолюциями и предложениями КС принял обращение к Следственному комитету, в котором говорится о том, что массовые беспорядки на Болотной площади были спровоцированы ОМОНом, а не протестующими.
По словам Сергея Пархоменко, КС проводит собственное расследование, опрашивая свидетелей и восстанавливая картину произошедшего, однако никаких документов и отчетов представлено не было, и собравшимся пришлось поверить Пархоменко на слово.
Между зачитыванием резолюций слово взял исключенный на минувшей неделе из «Справедливой России» депутат Геннадий Гудков*, который отметил, что вместе с сыном Дмитрием, сидевшим по правую руку, вскоре покинет Россию.
«Ненадолго», – зачем-то уточнил Гудков-старший, и КС попытался рассмотреть вопрос о протестной активности в регионах. Обсуждение совершенно никому не понятных частностей закончилось тем, что резолюция об участии Координационного совета в региональных акциях протеста не прошла.
Квачков и голодовка
После перерыва слово взял (и уже не отдал) националист Николай Бондарик, который предложил выступить в поддержку осужденного на 13 лет экс-полковника ГРУ Владимира Квачкова. Квачков был признан виновным в попытке организации мятежа, и представители правых Константин Крылов и Илья Константинов говорили о нем долго и обстоятельно, изрядно разозлив присутствовавших либералов.
В дискуссии о том, нужно ли защищать Квачкова, закрыв глаза на его взгляды, националисты победили, но по итогам голосования остались в меньшинстве.
Победой, впрочем, можно считать уже само вынесение вопроса на голосование: Бондарику удалось это лишь с третьей попытки.
На Квачкове националисты не остановились и попытались одним махом провести предложения о бойкоте мобильных операторов, российских банков, Олимпиады в Сочи, а также о проведении серии трехдневных голодовок. На последнем методе борьбы особенно настаивал Илья Константинов, рассказавший о своем плодотворном опыте восьмидневного голодания.
Опешившие либералы смогли лишь огрызаться в социальных сетях, но все без исключения предложения проигнорировали. Отдельно досталось оппозиционерке Ольге Курносовой*, когда-то возглавлявшей питерский ОГФ Гарри Каспарова*: на ее участие в разработке предложений несколько раз сослался Бондарик, а Илья Яшин* и Ольга Романова, постеснявшись высказаться вслух, выразили недоверие Курносовой в «Твиттере».
За всей этой бурной полемикой КС не смог принять решения о том, где взять 200 тысяч рублей на разнообразные оперативные нужды. Главные распорядители казны: Ксения Собчак, Борис Немцов и Гарри Каспаров – на заседании отсутствовали, и вопрос о членских взносах, которые не платят весьма обеспеченные члены Координационного совета, так и остался без внятного ответа.
Тренды
Главным трендом, который стал очевиден именно на шестом заседании КС, можно считать постепенный отход от участия в совете наиболее медийно известных и политически влиятельных фигур.
Место Бориса Немцова занял Илья Яшин, место Татьяны Лазаревой* – ее муж Михаил Шац*, за Гарри Каспарова говорил Сергей Пархоменко*. Дмитрий Быков* и Ксения Собчак (уехавшая, по ее собственному признанию, рекламировать автомобили «Ауди») также оставили элиту КС без своей поддержки.
Пока численно побеждают именно либералы, но голоса националистов становятся все громче, а на фоне отхода от КС фигур первого ряда все яснее становится новый расклад сил, в котором правых сдерживает только Алексей Навальный и его многочисленные помощники (Владислав Наганов, Георгий Албуров*, Владимир Ашурков, Любовь Соболь*).
Насколько их хватит, покажет время.
* Признан(а) в РФ иностранным агентом