Решение Украины отказаться от ассоциации с ЕС вызвало гнев на Западе. Глава МИД Швеции Карл Бильдт накануне заявил, что Киев «неожиданно прогнулся» перед Кремлем, где «явно работает политика брутального давления».

«Что касается давления, – откликнулся на это президент России Владимир Путин. – Мы когда услышали о том, что, я вчера только об этом узнал, что Украина приостанавливает, не прекращает, а приостанавливает процесс подписания договора с Евросоюзом и хочет все, что называется, посчитать как следует, по сути, мы услышали угрозы со стороны наших европейских партнеров в отношении Украины – вплоть до способствования проведению массовых акций протеста. Вот это и есть давление, вот это и есть шантаж».

Откликнулась из тюрьмы и экс-премьер Юлия Тимошенко. В ее открытом письме сказано: когда она узнала о решении приостановить переговоры по ассоциации, ей захотелось «просто убить» президента.

Ранее около двух тысяч недовольных решением правительства вышли в ночь на пятницу на Майдан в Киеве. Среди манифестантов были глава парламентской фракции «Батькивщина» («Родина») Арсений Яценюк, лидер партии «Удар» Виталий Кличко, лидер националистической партии «Свобода» Олег Тягнибок и экс-министр внутренних дел Юрий Луценко, сообщает интернет-издание «Украинская правда».

Какие масштабы примет волна протестов оппозиции и снизит ли теперь Россия цены на газ для Украины, в интервью газете ВЗГЛЯД рассказал президент Института национальной стратегии, политолог Михаил Ремизов.

ВЗГЛЯД: Михаил Витальевич, как известно, «оранжевой революции» 2005 года оказал поддержку крупный бизнес Украины. Придет ли сейчас местная олигархия на помощь протестующим? Будут ли протесты подпитываться материально? 

Михаил Ремизов: Есть все предпосылки к тому, что эта протестная волна будет длинной. Общество идеологически накачивали последовательно и долго, это осуществлялось усилиями оппозиции и власти в плане поддержки евроинтеграции. Точнее даже, в плане поддержки той идеи, что договор об ассоциации с ЕС является воплощением европейской мечты Украины.

Агитировать в пользу этого не нужно, эта мысль стала фактом общественного сознания, неким культурным мифом, который живет своей жизнью. Но идея, что договор об ассоциации являет собой воплощение этой мечты, – это в чистом виде подтасовка.

По сути, идея внедрялась прямо и косвенно, была частью «информационного мейнстрима», и вдруг, не подготовив заблаговременно общественное мнение, Янукович совершает крутой разворот. Естественно, он обречен на проблемы в силу того, что информационная кампания набрала обороты. Вложится ли бизнес в эти протесты? Скажем так, по сути, эти протесты будут подготовкой к избирательной кампании 2015 года, поэтому деньги найдутся.

ВЗГЛЯД: Оппозиционеры уже объявили, что последствием предполагаемой сделки Януковича с Путиным станут «фальсифицированные итоги голосования» на президентских выборах 2015 года. Зачем был сделан этот «вброс», ведь до выборов еще полтора года?

М. Р.: Чтобы иметь максимальное количество поводов для обвинения Януковича в игре на Кремль, что в рамках украинской политики является крайне тяжелым обвинением. Это то, за что сейчас сидит Тимошенко, поэтому обвинение вполне естественное.

ВЗГЛЯД: Насколько правдоподобны утверждения о том, что Кремль выкрутил руки Януковичу? Или решение предопределили все-таки непомерно жесткие требования Евросоюза – в частности, об освобождении Тимошенко?

М. Р.: Решение предопределено исключительно «фактором Тимошенко» и президентскими амбициями Януковича. Никакие интересы украинской экономики, которые действительно пострадали бы при ассоциации с ЕС, здесь не имеют значения. Им не обещали никаких кредитов, а инвестиции обещали только на словах.

Это было бы ударом по бизнесу и без каких-либо компенсационных мер. Давление России, когда оно оказывалось в виде ограничительных торговых мер, влияло скорее, наоборот, на повышение шансов ассоциации, так как было воспринято на Украине всеми слоями общества негативно.

То, что евродипломаты называют «давлением», было лишь четко обозначенной позицией Москвы: Россия не позволит компенсировать украинские экономические потери за свой счет. Вот и все. Если считать грубым давлением тезис «дорогие соседи, вы проиграете, но не компенсируйте проигрыш за наш счет», то да, оно имело место. Эта позиция была неэффективно разыграна в публично-политическом смысле, но, по сути дела, она абсолютно правильная.

ВЗГЛЯД: Пойдет ли теперь Россия навстречу Украине? Будет ли снижен газовый тариф? Будет ли восстановлен товарооборот, на падение которого жалуется премьер-министр Николай Азаров?

М. Р.: Для системных улучшений нужно проделать большой путь, я не оптимист по этому вопросу. Если говорить о перспективах присоединения Украины к Таможенному союзу (ТС), то важным условием этого решения стало бы позиционирование ТС как восточноевропейского, а не евразийского проекта.

Это вопрос культурного выбора для Украины, да и для России тоже. Конкретное воплощение этого вопроса – отказаться принимать в ТС Киргизию, Таджикистан. Во внутриукраинском общественном мнении такая перспектива начисто блокирует позитивное восприятие Таможенного союза.

Еще можно углублять кооперацию в общих отраслях, которые у нас уже есть. Это, прежде всего, машиностроение, авиастроение, космическое и судостроение и оборонно-промышленный комплекс.

Было бы неплохо сделать акцент на создании консолидированных структур, потому что предприятия именно этих отраслей заинтересованы в кооперации. Для них это вопрос выживания. Ничего невозможного здесь нет, Россия обладает достаточно сильной позицией, чтобы эти процессы происходили на ее условиях. Этим надо заниматься, последовательно ведя проект в ручном режиме.

Что касается газа, то Москва уже не раз говорила, что готова решать этот вопрос не в контексте отказа Украины от ассоциации с ЕС или отсрочки этой ассоциации, а в контексте двух тем: структура собственности на газотранспортную систему (обсуждались варианты совместного консорциума) и вступление Украины в ТС. Отходить от этой позиции было бы глупо. Неправильно было бы позволить Януковичу разыграть следующую партию – некие уступки со стороны России в обмен на подвешивание вопроса об ассоциации с ЕС. Это было бы продажей воздуха.

ВЗГЛЯД: Каковы шансы на то, что Украина все же продолжит политику «качелей», то есть балансирования между Востоком и Западом?

М. Р.: Для них это выбор символический, культурный. Если мы ставим перед ними вопрос – или «Европа», или «Евразия» (читай: «Азия»), – то украинский выбор очевиден, это «Европа».

А если мы говорим о том, что Россия строит другой европейский проект, отличный от ЕС, который вызывает критику внутри самой Европы... Стоит вопрос о совместимости ЕС со странами Восточной Европы, поскольку Брюссель требует от всех стремящихся в этот проект поддержки тоталитарной идеологии политкорректности.

Вопросы есть и в экономическом плане – Брюссель мешает нормальной политике протекционизма, который смягчал бы эффект глобализации... Так вот, если мы говорим, что реализуем другой европейский проект и ни в коем случае не уходим в «азиатчину», то наше предложение будет конкурентным.

ВЗГЛЯД: Если Янукович скажет, что опять передумал и хочет все же подписать соглашение с ЕС, поверит ли ему теперь Запад?

М. Р.: Януковичу не доверяет никто. Ни Россия, ни Запад. Здесь никаких иллюзий быть не должно. Он не является надежным партнером ни для Москвы, ни для Евросоюза, и эту ситуацию уже не изменить.