Дмитрий Медведев, который в пятницу выступил на Петербургском экономическом форуме, говорил не только о финансовой сфере. Особое внимание он уделил политическим проблемам, предложив создать рабочую группу по подготовке механизмов для децентрализации полномочий между пластами власти «прежде всего в пользу муниципального уровня». «В современном мире невозможно и не нужно управлять страной из одной точки. Тем более если речь идет о такой стране, как Россия», – заявил глава государства, добавив, что если все начинает работать и двигаться только по сигналу из Кремля, значит «система нежизнеспособна и ее нужно подстраивать под конкретного человека, а это означает, что ее нужно менять».
Медведев очень определенно говорит, что его планы выходят за пределы срока его первых президентских полномочий
Президент пообещал усилить борьбу с коррупцией и предложил «расширить основания» для увольнения подозреваемых лиц. «Государственные органы нужно очищать от коррупционеров быстрее и решительнее», – сказал он, пояснив, что основанием для увольнения могут служить данные оперативно-розыскных мероприятий, «даже если они оформлены таким образом, что не могут служить основанием для уголовного дела». «Это, по сути, увольнение в связи с утратой доверия как основание прекращения служебных отношений», – сказал президент.
Отметим, что с формулировкой про утрату доверия в сентябре прошлого года президент уволил мэра Москвы Юрия Лужкова. Также Медведев предложил расширить границы Москвы, создав «столичный федеральный округ», что, уверен он, поможет развитию столицы. При этом за МКАД может оказаться «значительная доля» государственных учреждений.
Политические тезисы Дмитрия Медведева прокомментировал в интервью газете ВЗГЛЯД президент Фонда эффективной политики Глеб Павловский.
ВЗГЛЯД: Глеб Олегович, наблюдатели говорят, что, по сути, это была предвыборная речь Дмитрия Медведева?
Глеб Павловский: Да, я думаю, она была предвыборной, хотя бы потому, что предвыборная президентская кампания, хотя ее не объявляют, фактически идет.
ВЗГЛЯД: Можно ли говорить, что предложением создать рабочую группу по децентрализации полномочий между уровнями власти в пользу муниципалитетов Медведев фактически обозначил новый курс внутренней политики?
Г.Б.: Нет, это не новый курс. Это его курс, но более резко обозначенный. Раньше Медведев излагал курс как свои политические предпочтения и пожелания, обращенные к правительству, а сейчас он говорит о своей программе, которая должна быть выполнена независимо от того, кто будет президентом. То есть он как бы гарантирует необратимость курса. Он достаточно твердо заявил, что не допустит перемены этого курса, не зависимого, как он сказал, от политической турбулентности.
Отсюда он предлагает методы, которые ведут к необратимости курса. И один из них – муниципальная децентрализация. Здесь очень важно отделить понятие децентрализации, которая в обычном смысле подразумевает регионы. Медведев говорил о совершенно другой концепции. Он говорил о раскрепощении людей, активности бизнеса на муниципальном уровне – на реальном уровне, где мы живем и где собственность и личность людей подвергаются постоянным атакам силовых и бюрократических структур. Поэтому здесь Медведев обозначает эти сюжеты не как административные, что ему свойственно, а именно как политические акции противостояния силам реакции.
ВЗГЛЯД: По словам президента, «в современном мире невозможно и не нужно управлять страной из одной точки». Это намек на отход от вертикали власти?
Г.Б.: Вертикаль власти не надо мифологизировать. Это политически важная программа, заявленная Владимиром Путиным десять лет назад. Это программа по консолидации федеральной власти, которая тогда находилась просто в разрушенном состоянии.
Программа выполнена, федеральная власть консолидирована. Но проблема в том, что теперь у нас конфликт внутри реальной вертикали власти, потому что федеральный центр не справляется с федеральной бюрократией. Федеральная бюрократия лежит гигантским прессом на муниципальном уровне жизни, выгоняя в подполье собственность, бизнес и рядовых граждан. Это недопустимо.
Теперь необходимо разгрузить функции государства, но государство при этом должно укрепиться. Это примерно похоже на то, что происходит сейчас в рамках военной реформы. У нас гигантская армия, которая, как говорил Путин, в момент войны в Чечне оказалась в большинстве своем небоеспособной. Поэтому сейчас формируется боеспособная и более компактная армия. То же самое надо сделать с федеральной властью. Это должна быть компактная, эффективная, дееспособная власть. Но она не должна управлять такими гигантскими материками собственности, как сейчас. Это, конечно, коррумпирует даже ангелов.
ВЗГЛЯД: Медведев потребовал «расширить основания» для увольнения подозреваемых лиц. Кого это коснется в первую очередь?
Г.Б.: Это, безусловно, политическая мера, а не правовая. И направлена тоже, видимо, против кругов высшей бюрократии, которые делают ставку на оттеснение Медведева.
ВЗГЛЯД: Насколько сильно будет сопротивляться бюрократия?
Г.Б.: Нет никакого сомнения в том, что она будет это делать. И она это делает. Мы слышим каждый день заявления, которые год назад делал Юрий Михайлович Лужков, о том, что в стране хаос и слишком много вольностей. Только что один из руководителей думского комитета (председатель комитета по экономической политике и предпринимательству Евгений Федоров – прим. ВЗГЛЯД), вполне ответственное лицо, сказал, что бизнес, не вступающий в Общероссийский народный фронт, суицидален. Это же прямая угроза. Мы можем говорить сегодня о тенденции смыкания коррумпированного популизма с деградировавшими политиками. Угроза есть, эта угроза видна и в предвыборной кампании. Она проявляется в деятельности разных сил.
ВЗГЛЯД: Почему Медведев именно сейчас предлагает расширить границы Москвы, создав «столичный федеральный округ», чтобы, в том числе, «просто облегчить жизнь огромному числу людей»? Для достижения этих целей, предупредил президент, «понадобятся изменения в структуре правительства и других органов власти на всех уровнях».
Г.Б.: Несомненно, изменения в структуре правительства понадобятся. За последние три года в политике правительства многое изменилось. Конечно же, это произошло благодаря тому, что появился сильный премьер, впервые настолько сильный. И в каком-то смысле это позитивный процесс, что у нас появилось политическое правительство. Но теперь необходимо найти место политическому правительству и политическому президенту. Потому что правительство у нас – верхушка исполнительной власти, а президент стоит над правительством и тоже обладает высокими полномочиями по руководству исполнительной властью. Правительству, которое формировалось в 2008 году как личный кабинет Путина, что совершенно естественно с учетом того, что сам Путин по собственному желанию был вмонтирован в тандем с президентом, дальше надо переходить к какой-то регулярной системе. После прекращения существования тандема в нынешнем виде все равно необходимо сильное правительство. Страна же не может остаться без правительства только потому, что меняется премьер. Поэтому необходимо будет изменить структуру правительства.
Что касается Москвы, то это скорее заявка на серьезность стратегических намерений на то, что речь идет о дальнесрочной стратегии, а не о политике до мая 2012 года. Медведев очень определенно говорит, что его планы выходят за пределы срока его первых президентских полномочий.