В среду в Москве прошел внеочередной саммит ОДКБ, ознаменовавшийся редким для мероприятий такого рода конкретным решением. Теперь структура, которую многие эксперты до этого момента считали условной и малоэффективной, обзаведется собственными Коллективными силами оперативного реагирования (КСОР). Именно в привязке к этому событию стоит теперь рассматривать отказ одного из членов ОДКБ – Киргизии – от размещения на своей территории американской военной базы, а также проблемы во взаимоотношениях между Россией и Таджикистаном.
Блок-строительство
Главы государств ОДКБ, главы государств СНГ пришли к такому мнению, что нам надо держаться вместе
Впервые о необходимости серьезно увеличить военную составляющую ОДКБ заявил президент России Дмитрий Медведев на саммите организации в Москве от 6 сентября 2008 года, когда впечатления от августовского конфликта в Южной Осетии были еще совсем свежи. Тогда российский лидер особенно подчеркивал важность «наращивания военной составляющей ОДКБ» и призывал к «углублению коалиционного военного строительства».
На сей раз привычные заявления не оказались декларативными. В среду президент России сообщил, что все члены ОДКБ «сошлись в необходимости решения этого вопроса» и «согласовали проект по формированию коллективных сил». «Это будут серьезные формирования, достаточные по своему объему, укомплектованные самой современной техникой, эффективные. Они должны быть по своему боевому потенциалу не хуже, чем силы Североатлантического альянса», – подчеркнул Медведев.
Впрочем, полного единодушия не получилось. Узбекистан подписал документ о развертывании сил быстрого реагирования, но включил в него свое «особое мнение». Источник «Интерфакса» пояснил, что эта страна «будет не участвовать в Коллективных силах оперативного реагирования на постоянной основе, а делегировать свои подразделения». Данная позиция не является неожиданной, так как была заявлена еще в процессе подготовки.
При этом, разъясняя статус создаваемых сил, помощник президента России Сергей Приходько рассказал, что они будут использоваться для «отражения военной агрессии, проведения специальных операций по борьбе с международным терроризмом и насильственными проявлениями экстремизма». Важно, что КСОР будут иметь место постоянной дислокации в России, куда и будут прибывать силы других стран.
«Предполагается, что они будут созданы на базе 98-й гвардейской дивизии воздушно-десантных войск в Ивановской области и 31-й гвардейской штурмовой бригады ВДВ в Ульяновске. Есть также идея придать им на конечной стадии силы МЧС и, возможно, МВД», – отметил Приходько.
Позже стало известно, что каждая страна – участница ОДКБ направит в состав КСОР по одному батальону. К слову, Россия и Казахстан предлагали направить в состав этих сил по бригаде от каждой страны, однако остальные союзники высказались за вариант, предусматривающий более скромные масштабы. «В конце концов, было принято общее решение о делегировании сил в составе батальона от каждой страны», – отметил секретарь совета безопасности Киргизии Адахан Мадумаров.
Между тем заведующий отделом проблем межнациональных отношений Института политического и военного анализа Сергей Маркедонов скептически смотрит на изменения в деятельности ОДКБ.
«На мой взгляд, структура ОДКБ пока никакой особой эффективности не показала. Не видно ее роли было в пятидневной войне, после пятидневной войны, в каких-то других вопросах обеспечения безопасности на постсоветском пространстве. Все восторги уместны тогда, когда отлажен весь механизм, когда все ключевые политические вопросы решены. Нужно подождать воплощения задуманного. Если все получится, то я буду только рад», – отметил эксперт в беседе с корреспондентом газеты ВЗГЛЯД.
Свято место
#{help=253115}Принятие решение по КСОР происходило на фоне еще одной знаковой новости. Накануне, на встрече с российским коллегой, глава Киргизии Курманбек Бакиев развеял все сомнения и подтвердил, что Бишкек «попросит» со своей территории базу США в Манасе. Слухи об этом ходили еще в середине января, но сами американцы старательно опровергали данную информацию.
Заявление президента Киргизии Вашингтон, впрочем, опять не убедило, и представители Пентагона в среду утром сообщили, что пока не получили официального решения властей центрально-азиатской республики и, в свою очередь, намерены продолжить переговоры по поводу использования базы. Позднее об этом же заявил и исполняющий обязанности официального представителя госдепа Роберт Вуд. По этому случаю секретарь совета безопасности Киргизии Адахан Мадумаров сообщил, что американские военные покинут авиабазу «Манас» в течение 180 дней после обмена соответствующими нотами.
«Президент Киргизии Курманбек Бакиев во вторник в Москве четко заявил о решении киргизских властей. Согласно изначальному соглашению, база будет выведена спустя 180 дней с момента обмена нотами», – заявил Мадумаров, не ответив на прямой вопрос журналистов, произошел ли уже этот обмен нотами. «Решение, постановление принято и в соответствии с внутренними процедурами будет исполнено. Дело за парламентом республики, который рассмотрит этот вопрос», – добавил он.
«В настоящее время нецелесообразно говорить о том, что Кыргызстан проигрывает или выигрывает из-за этого решения. Мы должны говорить о том, что главы государств ОДКБ, главы государств СНГ пришли к такому мнению, что нам надо держаться вместе», – передает РИА «Новости» слова секретаря совбеза, подчеркнувшего, что отказ от американской базы является «чисто политическим решением, а не какими-либо уступками».
Москве не стоит сбрасывать со счетов жгучую геополитическую ревность Ташкента и Душанбе друг к другу
В свою очередь замглавы МИД России Григорий Карасин заявил, что решение Киргизии закрыть американскую базу в Манасе абсолютно самостоятельно и не связано с предоставлением этой стране денежных средств со стороны России. «Это было абсолютно независимое решение, и оно было предсказуемым», – подчеркнул Карасин (напомним, что Бишкек получит от Москвы кредит в размере 2 млрд долларов, а также 150 млн долларов безвозмездной помощи).
Между тем президент России решил успокоить американцев и заявил, что ликвидация американской базы «Манас» не приведет к ослаблению борьбы с терроризмом в Афганистане, так как эта борьба «не зависит от количества баз». «Если бы от их количества было меньше террористов, то было бы прекрасно, но борьба зависит и от другого», – подчеркнул он, поддержав «обнадеживающие признаки в первых действиях администрации США применительно к Афганистану».
А на Смоленской площади подтвердили, что «настроены на эффективные переговоры с США по предоставлению им транзита невоенных грузов через свою территорию для операции в Афганистане». «Россия заинтересована в успехе антитеррористической коалиции в Афганистане, и решение правительства Киргизии закрыть американскую базу в Манасе, открытую в декабре 2001 года для поддержки коалиции, не повлияет на антитеррористические операции», – заверил Карасин.
Интересно, что постпред России при НАТО Дмитрий Рогозин уже заявил, что базу в Манасе после ухода оттуда американцев можно будет использовать для размещения сил КСОР. «Если такое решение будет принято, это будет мощнейшим шагом к тому, чтобы консолидировано давать ответ на новые угрозы, исходящие с южного направления», – подчеркнул Рогозин. Впрочем, из Киргизии сообщают, что официальный Бишкек данный вариант пока не рассматривает.
Друг Рахмон и друг Ислам
Однако стоит заметить, что наиболее злободневным вопросом, поднимаемым наблюдателями в ходе саммита ОДКБ, была не судьба Манаса, а уровень отношений между Россией и Таджикистаном. Благо в конце января контакты двух стран омрачил серьезный скандал.
Так, в ходе своего визита в Узбекистан Дмитрий Медведев коснулся вопроса строительства Рогунской ГЭС в Таджикистане, заметив, что «гидроэнергетические станции в Центрально-Азиатском регионе должны строиться с учетом интересов всех соседних стран» и, «если не будет общего согласия всех сторон, Россия воздержится от участия в подобных проектах». Сказано это было с успокоительной целью: Ташкент опасается, что гидроэнергетические проекты Душанбе, в которых Москва принимает серьезное участие, скажутся на водоснабжении Узбекистана. При этом президент Ислам Каримов уже не раз демонстрировал свой своенравный характер. В частности, его вотчина уже вышла из ЕврАзЭС, ходили слухи и о приостановлении членства Узбекистана в ОДКБ, так что озвучить узбекам что-то ободряющее для Москвы было необходимо.
Но спустя три дня МИД Таджикистана выпустил специальное заявление, в котором выражалось недоумение в связи со словами Медведева. «Таджикская сторона выражает недоумение относительно нынешней позиции российской стороны, озвученной в Ташкенте, которая не сходится с высказанной ранее готовностью РФ принять участие в завершении строительства Рогунской ГЭС на двусторонней основе», – говорилось в документе.
Более того, до последнего момента существовала вероятность, что президент Таджикистана Эмомали Рахмон даже откажется от поездки в Москву и не примет участие в саммите ОДКБ. Однако таджикский лидер Россию все-таки посетил, подписался под общим документом о создании КСОР и даже провел с Медведевым двустороннюю встречу.
«В ходе беседы стороны договорились о том, что визит в Россию президента Таджикистана состоится до конца февраля для обсуждения текущих вопросов торгово-экономического сотрудничества, сотрудничества в военно-технической сфере, а также участия двух стран в крупных инфраструктурных проектах Центральной Азии», – сообщила пресс-секретарь президента России Наталья Тимакова.
Кроме того, президент Медведев подтвердил свое предложение об осуществлении государственного визита президента Таджикистана в Россию в 2009 году. Эти факты косвенно свидетельствуют хотя бы о том, что диалог между двумя странами продолжается. Хотя сбрасывать со счетов жгучую геополитическую ревность Ташкента и Душанбе друг к другу (а равно потребности первого в воде, а второго в электричестве) всё-таки не стоит.
Ведущий эксперт Центра политической конъюнктуры Евгения Войко считает, что последние внешнеполитические успехи Москвы в Центральной Азии свидетельствуют о сохранении влияния на бывшие страны СССР в этом регионе.
«В сотрудничестве с Россией по военному направлению они заинтересованы не меньше, чем Россия, поскольку именно акцент на военную составляющую позволяет им обезопасить собственные границы. Прежде всего речь идет об Афганистане. Больше всего Таджикистан и Узбекистан озабочены ростом влияния исламского фактора, ростом наркотрафика. Осмелюсь предположить, что здесь мы будем иметь несколько линий двустороннего сотрудничества, в то время как республики между собой будут сотрудничать в меньшей степени, чем с Россией», – сказала газете ВЗГЛЯД Войко.
В свою очередь Сергей Маркедонов заметил, что Центральная Азия – это крайне сложный регион, межстрановые противоречия там далеки от разрешения. «В ОДКБ входит Таджикистан, с которым у России по-прежнему сложные отношения, и саммит вряд ли их устранил. В Центральной Азии очень много проблем, много линий противостояния: Узбекистан – Казахстан, Казахстан – Таджикистан. Пока я не вижу по-настоящему серьезных подвижек», – заключил эксперт.