В рамках своей недавней встречи с журналистами президент Таджикистана Эмомали Рахмон озвучил несколько тезисов об отношениях с соседями, которые могли вылиться в крупный скандал, однако почему-то остались незамеченными. В частности, как отмечает газета «Время новостей», президент уделил повышенное внимание Узбекистану и его лидеру Исламу Каримову, к которому «раньше очень хорошо относился», но потом его мнение «изменилось».
Я много раз с Каримовым спорил, два раза даже подрался, один раз нас Назарбаев разнял, второй раз Кучма
«Этот человек борется против всего таджикского. Не хочет развития нашей страны, закрывает дороги, отключает в холодную зиму нам электричество», – пожаловался Рахмон.
Развивая мысль, он заявил об «угнетении» таджиков в Узбекистане: «Однажды мы были с ним в Самарканде. Я спросил одного человека, стоявшего рядом: «Кто ты по нации?» Он смотрит на Каримова, вижу, боится его и отвечает: «Я самаркандский». Вот в таком положении там сегодня таджики».
Наконец, Рахмон перешел к самым болевым точкам таджикско-узбекских отношений. Они уходят корнями в 1920-е годы, когда большевики провели национально-административное деление Средней Азии, присовокупив Самарканд и Бухару к территории Узбекской ССР, закрыв глаза на то, что таджики считают эти города своим историческим и культурным достоянием.
«Я много раз с ним (Каримовым) спорил, два раза даже подрался, один раз нас Назарбаев разнял, второй раз Кучма. И я сказал ему: «Самарканд и Бухару мы все равно возьмем!»
По мнению издания, эти откровения Рахмон сделал перед лицом серьезных политических и экономических испытаний, поэтому и начал искать поддержку среди соотечественников, заговорив о территориальных претензиях.
При этом, как уточняет ASIA-Plus, самой больной проблемой Центральной Азии Рахмон считает все-таки не принадлежность Бухары, а создание со «стороны некоторых стран» искусственных барьеров на пути свободного продвижения товаров, услуг и людей. Также страна сильно страдает от энергокризиса, и поэтому нужно достроить Рогунскую ГЭС, что не нравится как раз Узбекистану, который боится остаться без воды.
«Каждую зиму, когда в республике наступает энергокризис, я страдаю вместе с народом, – отметил лидер страны. – Мне как главе государства было очень больно, когда зимой 2008 года в стране из-за нехватки электроэнергии погибли новорожденные дети, и сегодня весь Таджикистан понимает значение Рогуна».
Акции Рогуна будут выпущены 6 января следующего года. Ранее президент призвал творческую интеллигенцию Таджикистана «не быть в стороне в деле сбора средств для строительства данного энергетического гиганта республики и покупки его акций». «Пожертвования для Рогуна и покупка его акций – дело сугубо добровольное, и мы никого не заставляем делать это», – отметил глава государства.
Также он подчеркнул, что «не надо создавать атмосферу того, что Таджикистану сегодня, кроме Рогуна, ничего не нужно». «Мы наряду с Рогуном будем строить дороги, коммуникации, здания культурного и научного значения, ЛЭП и многое другое, но приоритетом останется Рогун», – резюмировал Рахмон.
Замдиректора Института стран СНГ Владимир Жарихин отмечает, что слова Рахмона о Самарканде и Бухары стали лишним напоминанием, в том числе и России, что отношения между двумя республиками очень непростые. При этом эксперт назвал «нереальными» обещания Рахмона вернуть Самарканд и Бухару, отметив, что Узбекистан – одна из крупнейших и сильнейших с военной точки зрения стран Центрально-Азиатского региона.
«Он обозначил исторические претензии. Там очень непростые отношения по водным проблемам, энергетическим проблемам и в том числе по историческим проблемам. Границы республик проводились достаточно произвольно», – сказал Жарихин газете ВЗГЛЯД.
Говоря же о возможных последствиях столь резких заявлений таджикского лидера, политолог не исключает еще большего обострения отношений между двумя странами. «Мы должны учитывать, что у них есть свои непростые взаимоотношения, которые не ограничиваются взаимоотношениями с великими державами, с Российской Федерацией», – подытожил Жарихин.
Напомним, эти «непростые отношения» уже неоднократно становились причинами ссор то между Москвой и Ташкентом, то между Москвой и Душанбе – Москва вынуждена постоянно лавировать между двумя капризными лидерами, пытаясь сохранить обе страны в зоне своего влияния.
Отметим также, что официально Узбекистан на слова Рахмона никак не отреагировал.