Высшее руководство самовольно отделившегося от Сербии Косова в лице президента Фатмира Сейдиу, премьера Хашима Тачи и спикера парламента Якупа Красничи обратились к Гаагскому трибуналу с просьбой освободить бывшего командующего так называемой Армии освобождения Косова (АОК) Рамуша Харадиная. Сейчас Харадинай, как и лидер Сербской радикальной партии Воислав Шешель, ожидает в Нидерландах приговора в рамках расследования Международного уголовного трибунала по бывшей Югославии.
Черный орел
Окончательное разделение сторон в сербо-албанском конфликте на правых и виноватых чревато новой гражданской войной
«Институты Косово готовы предоставить необходимые гарантии международному сообществу и трибуналу с тем, чтобы содействовать освобождению Рамуша Харадиная. Институты Косова верят в невиновность Харадиная и надеются на то, что он в скором времени будет освобожден в соответствии с установленной процедурой», - говорится в направленном в Гаагу документе.
Удовлетворят судьи этот запрос или нет, мир узнает совсем скоро. Но на карту сейчас поставлена как репутация косовского руководства, силящегося стать частью мировой политэлиты, так и репутация трибунала. В обоих случаях, это весьма и весьма условная репутация.
Для начала стоит разобраться – кто такой Рамуш Харадинай и почему его держат в Гааге. Бывший полевой командир – культовая фигура в партизанской войне против сербов 1998-99 годов. Обвинение против него состоит из 37 пунктов, среди которых значатся преступления против человечности и нарушение правил ведения войны. В частности, в вину Харадинаю ставят пытки и убийства сербов, цыган, а также «нелояльных» к АОК албанцев в рамках «освобождения территорий свободного Косова».
У правоохранительных органов Сербии данные еще более интересные. Речь идет о причастности Харадиная уже к 108 преступлениям, которые попадают под определение военных. Считается, что Харадинай принимал участие в убийстве 67 человек (как полицейских, так и гражданских лиц) и лично приказал ликвидировать более двухсот шестидесяти.
По делу Харадинай проходит с двумя «друзьями» и «боевыми товарищами» по АОК и созданной им диверсионной группы «Черные орлы», - Идризом Балаем и Лахи Брахимаем. По слухам, оба фанатично преданны своему командиру. Всех троих считают главными организаторами межэтнических столкновений в Косово в 1998-1999 годах. В те дни албанцы, проживающие в ряде крупных городов автономии, устроили сербскому населению настоящих джихад: сербов убивали, жгли их дома, уничтожали православные храмы и даже нападали на миротворцев НАТО и ООН. Позднее в месте, которое Балай выбрал для казней, было найдено несколько десятков тел со следами ужасных пыток.
Однако портрет Харадиная не будет считаться завершенным без ряда подробностей, которые не значатся в обвинениях трибунала, зато фигурируют в докладах многих разведок (например, германской).
Харадинай в Косово – «крестный отец». Та часть политэлиты края, благодаря которой Косово и заслужило свой имидж «пиратского анклава». На его счету – контрабанда оружия (в том числе, его поставка боевикам в Македонию), наркотиков, золота и угнанных автомобилей.
И именно за этого человека готова поручиться администрация Косова, уверенная в его полной невиновности.
Двойные стандарты
Сербо-албанский конфликт войдет в историю преступлениями с обеих сторон. И Приштина, и Милошевич пролили немало крови, не без удовольствия чихая на претензии мирового сообщества. Однако албанцы, в отличие от сербов, чихали, что называется, по ветру. Ведь именно Белград бомбила армия НАТО.
Так, АОК, развязавшая в крае террор, была легализована после того, как в Косово вошли силы альянса, а Тачи и Красничи сменили хаки полевых командиров на пиджаки и галстуки. До 11 сентября 2001-го было еще далеко, и АОК простили даже то, что, будучи в статусе террористической группировки, она была замечена в связях с «Аль-Каидой*» (в частности, боевики АОК проходили в лагерях «Аль-Каиды» обучение партизанской войне). Тогда гораздо более важным казался тот факт, что Армия освобождения Косова сотрудничала с разведкой США
Международный трибунал по бывшей Югославии был призван разобраться в преступлениях и тех, и других. Однако к албанцам изначально просматривалось особое отношение.
В 2001 году тогдашний министр юстиции Сербии Владан Батич в письме главному прокурору трибунала Карле дель Понте (ушедшей недавно в отставку), писал следующее: «Вы ежедневно требуете выдачи Слободана Милошевича из-за преступлений в Косово, в то время как Хашим Тачи, Рамуш Харадинай и Агим Чеку - самые большие преступники в этом крае - участвуют в конференциях и заседаниях НАТО в Брюсселе и ОБСЕ в Вене».
В резюме министр просил генпрокурора «вместо давления и угроз показать, что сербы не палачи, а часто самые большие жертвы». Благо первыми жертвами в Косово стали именно сербы.
Отметим, что Владан Батич – не сподвижник Милошевича. Отнюдь, это его политический оппонент, принадлежавший к новой, демократической власти Сербии, входивший в администрацию Зорана Джинджича и Воислава Коштуницы, руками которых Слобо и свергли.
Как сложилась судьба упомянутого в письме Хашима Тачи, заочно приговоренного белградским судом к тюремному заключению за терроризм и тяжкие военные преступления, общеизвестно. Он стал премьер-министром «независимого Косова».
Жизнь удалась и у его соратника Харадиная: он тоже стал премьер-министром Косова, тогда еще – сербской провинции (большинство стран так считают до сих пор). 3 декабря 2004 он был утвержден в этом статусе краевым парламентом, несмотря на все протесты Белграда.
Руководить министрами ему, впрочем, пришлось недолго. Через три месяца Гаага огласила свои обвинения, и Харадинай сдался трибуналу. Позднее его отпустили до оглашения приговора за «сотрудничество и примерное поведение», разрешив даже заниматься политикой. В конце декабря прошлого года Харадинай вернулся в Нидерланды под стенания албанцев, сжимавших в руках плакаты с большой буквой «R» и подписью «me Ramushin» (вместе с Рамушем). За это время он уже сложился в статусе «национального героя», и стал настоящей иконой для наиболее радикальной части общества.
Отметим, впрочем, что с политической карьерой у освобожденного Харадиная не сложилась: созданная им партия особым успехом не пользовалась. С одной стороны, полевому командиру припомнили убийства «нелояльных албанцев». С другой, понимали, что его радикализм помешает «обретению независимости». Кроме того, в дело, похоже, вмешался Запад: Харадинай является убежденным сторонникам «великой Албании», о которой косоварам приказано забыть.
Игра в орлянку
Отъезд Харадиная пришелся еще на тот период, когда Косово было общепризнанной частью Сербии. Теперь Приштина, по версии тридцати с лишним стран, столица «независимого государства». Пути назад, видимо, нет, так что руководству края достало наглости обратиться в Гаагу.
Обратим внимание на два момента. Косовары дают трибуналу «гарантии». Разумеется, Харадинай никуда не убежит: в Косово для него заготовлены статус героя и политические перспективы.
Вряд ли что-нибудь случится и со свидетелями по его делу: их имена, ввиду интересных прецедентов в области расследования «албанских» преступлений, строго засекречены. (Впрочем, один из свидетелей, которому соратник Харадиная Балай, согласно материалам дела, лично отрезал ухо, при странных обстоятельствах погиб в автокатастрофе в Черногории).
Суть в другом: Международному трибуналу предлагается принять гарантии от администрации «независимого государства», администрации, на которую в Белграде заведены уголовные дела, администрации, самоуправство которой в деле «провозглашения независимости Косова» многие считают незаконной.
Отсюда второй момент. Харадинаю в нынешнем статусе осталось сидеть всего ничего: приговор трибунал обещает огласить уже в конце марта. Приштине сейчас важен сам факт того, что ее могут послушать.
И, если ее действительно послушают, Международный трибунал автоматически похоронит небогатые остатки своей репутации. Больного Милошевича отказались отпустить на лечение в Россию под гарантии официальной Москвы (чем закончилась его болезнь, помнят все). Шешелю периодически запрещают общаться с кем бы то ни было, кроме близких родственников и адвокатов. О продолжении политической деятельности, как в случае с Харадинаем, и речи идти не может.
Фактически, согласие Гааги будет означать пощечину Москве и Белграду, которая обязательно отольется новыми сербскими выступлениями. Что будет, если Харадиная еще и оправдают, подумать страшно.
Впрочем, скорее всего, и не отпустят, и не оправдают. Международное сообщество понимает, что сербам сейчас необходимо «кинуть кость». Окончательное разделение сторон в сербо-албанском конфликте на правых и виноватых чревато новой гражданской войной.
Это понимала даже столь нелюбимая в Москве и Белграде Карла дель Понте. В свое время она называла обвиняемых по делу Харадиная «бандитами в униформе».
А вот если Харадиная все-таки признают виновным, как утверждает логика момента, в незавидной ситуации окажется сама косовская администрация. Благо поручилась за Харадиная и выразила уверенность в его полной невиновности.
Речь ведь идет о человека, любимой пыткой которого было связывание обнаженных людей колючей проволокой. Солидарность с ним грозит крупной потерей репутации, которую Тачи и компании выдали авансом.
Самонадеянность косоваров подводила уже неоднократно. По мнению ряда экспертов, назначение Харадиная премьером в свое время отдалило даже «решенный вопрос» о предоставлении Косову независимости.
* Организация (организации) ликвидированы или их деятельность запрещена в РФ