Как писала газета ВЗГЛЯД, долгожданное, а кое для кого из чиновников, наверняка, и судьбоносное событие случилось в пятницу вечером. Однако в закрытой думской базе тексты документов появились только сегодня. Сотрудникам парламентского аппарата и в правду было над чем поработать. Свод «противовзяточнических» бумаг «тянет» на 600 страниц и включает в себя четыре документа. Собственно, базовый закон «О противодействии коррупции», список антикоррупционных поправок в закон «О правительстве». А также два документа, где перечислены изменения, которым после одобрения президентской инициативы подвергнутся еще 25 законов.
Выяснив, что такое «коррупция», документ, как ни странно, не спешит отвечать на вопрос «а что им за это будет?
Главная заслуга лидера страны как законотворца (конечно, кроме того, что он вообще взялся за искоренение вечного, описанного еще Карамзиным: «Воруют!») заключается в том, что в представленном рамочном документе коррупции впервые дается четкое определение.
Отныне под коррупцией стоит понимать «злоупотребление служебным положением» или полномочиями, дачу и получение взятки, коммерческий подкуп, а также «иное незаконное использование» гражданином своих должностных возможностей «вопреки законным интересам общества и государства в целях получения выгоды». При этом выгода не обязательно должна быть личной. «Злоупотреблять» или раздавать взятки коррупционер вполне может в интересах третьих лиц или какой-нибудь компании.
Выяснив, что такое коррупция, документ, как ни странно, не спешит отвечать на вопрос «а что им за это будет?». Наоборот, в бумаге подробно разъясняется, что, в первую очередь, надо не охоту на мздоимцев объявить, а заняться профилактикой «коррупционного» поведения.
Душить «болезнь» на корню предлагается «антикоррупционной пропагандой», «антикоррупционной экспертизой» законов. А также разработкой свода жестких требований к претендентам на любые чиновничьи места.
В частности, самим базовым законом потенциальным бюрократам вменяется в обязанность при поступлении на работу предъявлять нанимателю сведения «о доходах, об имуществе и обязательствах имущественного характера». Причем информация должна касаться не только личного состояния будущего госслужащего, но также состояния членов его семьи. Тут, правда, выяснилось, что сын за отца не отвечает. Поэтому в понятие чиновничьей «семьи» входят только его супруг и несовершеннолетние дети. Особо скрытных товарищей обещают наказывать и не брать на службу. А откровенных, но подозрительных начальство сможет проверить самостоятельно, письменно уточнив у компетентных органов, насколько заявленное в декларации соответствует действительности.
Кроме того, борцы с коррупцией надеются приучить российское сознание к феномену, который на Западе называется «общественный контроль», а у нас – другими, менее приятными словами. Так, по новому закону чиновники будут обязаны уведомлять руководство или прокуратуру о том, что кто-то из их коллег был замечен «в совершении коррупционных правонарушений». Оповещать «кого следует» придется и в случаях, если самого госслужащего «склоняли» к коррупционному поведению.
Предвидя, что некоторых бюрократов такая постановка вопроса может поставить перед неразрешимой дилеммой – должность или жизнь, – в законе особо оговаривается, что люди, решившиеся на откровенный разговор с начальством, «находятся под защитой государства». То же самое касается «предотвращения и урегулирования конфликтов интересов».
Впрочем, даже вырвавшись из тесных объятий госслужбы, в первые два года чиновник вряд ли сможет вздохнуть свободно. Так, устроиться на работу в коммерческую фирму по смежному с предыдущей деятельностью профилю, что сейчас бюрократы практикуют сплошь и рядом, он сможет только при наличии разрешения от специальной комиссии по соблюдению требований к служебному поведению госслужащих (это требование, кстати, относится и к сотрудникам Банка России).
Нанимателю-бизнесмену экс-чиновник обязан будет сообщить о предыдущем месте работы. А самому нанимателю, если претендент его устроит, придется в десятидневный срок получить «добро» на трудоустройство бывшего бюрократа от его прежнего госначальства.
За нарушение данного пункта закона чиновнику или его работодателю грозит штраф размером в 20–50 тыс. руб., если речь идет о предприятии без образования юридического лица, и 100–500 тыс. руб., если юридическое лицо было образовано.
Помимо штрафов взяточникам будет грозить еще и прощание с имуществом. После антикоррупционной «шлифовки» Уголовного кодекса пункт «конфискация» добавили к списку возможных наказаний еще по восьми статьям. Отбирать нажитое добро у мздоимцев будут за подделку подписей избирателей (ч. 2 ст. 142), подкуп избирателей или сотрудников избиркомов (ч. 2 ст. 141), финансирование избирательной кампании помимо избирательного фонда (ст. 141.1), незаконное получение и разглашение сведений, составляющих коммерческую, налоговую или банковскую тайну (ст. 183); посягательство на жизнь судей, сотрудников следствия и прокуратуры, а также их близких (ст. 295); заведомо ложную дачу показаний, заключение эксперта, неправильный перевод при предварительном расследовании (ст. 307); отказ свидетеля или потерпевшего от заявленного ранее (ст. 308), подкуп свидетелей или принуждение к даче ложных показаний или неправильному переводу (ст. 309).
Однако есть в законе и светлые для чиновников стороны. Памятуя о древней заповеди, к госслужащим советуют применять не только кнут, но и пряник. Бюрократов, которые достойно выполняют свою работу, предлагают всячески поощрять: регулярно двигать их по служебной лестнице, присваивать воинские звания и не забывать о премиях.
«Думаю, до нового года законы будут приняты», – поделился с газетой ВЗГЛЯД своим мнением относительно перспектив движения антикоррупционного пакета по парламенту председатель думской комиссии по законодательному обеспечению противодействия коррупции Алексей Волков. Более того, депутат не исключил, что в рамках президентского наказа обратить внимание на антикоррупционную пропаганду родная для него партия «Единая Россия» может запустить проект по популяризации «антикоррупционного поведения».