Разочаровывать водителя не хотелось, но пришлось: Каспаров на Марш несогласных являться не собирался. Об этом я знал уже 15 минут.
Касьянов дачи украл, украдет и все остальное, а они такие молодые, не могут этого понять», – сказал пенсионер Павел Дмитриевич
О том, что ни Эдуарда Лимонова, ни Гарри Каспарова, несмотря на их обещания, не будет в Самаре, стало известно еще за пять часов до марша. В час моего прилета других тем для разговоров в самарском аэропорту «Курумоч» не было.
Возмущались все – сторонники Каспарова, понявшие, что ему этот митинг не интересен. Его противники, уверенные, что гроссмейстер просто испугался провалить санкционированную акцию. И, конечно, журналисты – без привычных словесных перлов Каспарова шансы на что-либо интересное стремились к нулю. И правильно стремились – ничего скучнее, чем Марш несогласных, жители города в этот день посетить не могли.
Что касается Каспарова и Лимонова, позднее выяснилось, что они пропустили свой рейс из-за проверки документов. От возможности улететь другим рейсом – и успеть к своим соратникам в Самару – «вожди» предпочли уклониться…
За час до назначенного времени у фонтанов на улице Осипенко, где запланирован сбор митинга, «несогласных» не наблюдается. Привычного по митингам оппозиции ОМОНа тоже нет. Милиция, конечно, есть, но она никому не мешает – Осипенко оцеплена редко, и любой желающий проходит по ней без каких-либо проблем. Автомобили, правда, не пускают. Но оно и понятно – ДТП никому не нужны.
В соседних дворах – мелкими группками – молодежь. Местами «несогласные», местами – люди, пришедшие на них посмотреть. Первые боятся идти к фонтану, ожидая, что там их возьмут, вторые искренне не понимают, почему оппозиционеры прячутся от мира по подъездам и барам.
Пятнадцать минут до начала – и в кварталах, прилегающих к предполагаемому маршруту митинга, закрываются последние заведения. Хозяева боятся погромов оппозиции. Знали бы, чего боялись!
Десять минут до начала – и толпа наконец-то стягивается у фонтана. Собирается человек 100, и большинство оказывается журналистами. Им, после соответствующих проверок, сотрудники ГУВД выдают беджики «Пресса». Оставшиеся в меньшинстве «несогласные», боясь за свою безопасность, пытаются получить такие же беджи, но у них ничего не выходит. Тогда некоторые из них просят журналистов получить опознавательные знаки по второму кругу, но даже если бы у журналистов такое и получилось, у них бы ничего не вышло – беджи кончились.
Сотрудники милиции достают резервные экземпляры, но тут же заканчиваются и они. «Никогда такого не видел, 120 журналистов на 200 манифестантов», – потрясенно говорит один сотрудник милиции другому. Журналисты в ответ предлагают провести параллельный марш за права прессы. «Нам нужна дешевая бумага, двойная зарплата и тройное количество беджей», – составляет повестку дня колумнист газеты ВЗГЛЯД Олег Кашин.
Митинг стартует, собравшиеся выстраиваются в колонну, и выясняется, что даже 200 демонстрантов перед фонтанами не собралось. Многие собравшиеся просто проходили мимо, многие пришли посмотреть на несогласных.
Так, пенсионер Павел Дмитриевич перед фонтанами появился лишь для того, чтобы переубедить молодежь голосовать за Касьянова. «Дачи украл, – говорит он корреспонденту газеты ВЗГЛЯД, – украдет и все остальное, а они такие молодые, не могут этого понять».
Бывшая учительница истории Лидия Николаевна, напротив, не согласна с властью. Она хочет привлечь внимание журналистов к проблеме массовых увольнений учителей. «Нет, я, конечно, с лимоновцами, с этими большевистскими бандитами, в одной колонне не пойду, – говорит она. – Им дай волю, они нас не просто увольнять будут, так еще и расстреляют». Колонна, словно услышав ее слова, заскандировала: «Ленин, Партия, Комсомол!» Это начали выступление активисты Авангарда красной молодежи – левой организации, входящей в "Другую Россию".
Колонна спускается по Осипенко к Волге, распугивая случайно встретившихся прохожих, и продолжает орать обычные лозунги другороссов, требуя для себя «другой России», а для Владимира Путина – самоубийства. Уже перед самой Ладьей организаторы вдруг вспоминают, что обещали горожанам поговорить и о городе, и вымученно выводят: «Верните Самару нам…»
Уже через 15 минут после начала марша участники, которых осталось чуть больше полусотни, доходят до его конечной точки – Ладьи у набережной Волги. Там и организуется запланированный и согласованный митинг. Сначала, правда, выступление не получалось – каким-либо содержательным требованиям от власти оппозиционеры предпочли продолжить скандирование избитых лозунгов да рассказывать о своих соратниках, «пострадавших в борьбе с Кремлем».
Даже закаленной оппозиционной публике слушать по пятому кругу одно и то же не захотелось. Участники, а вслед за ними и журналисты разошлись. И уже через минуту о марше напоминал лишь раскиданный по улице Осипенко мусор. Эдуард Лимонов, комментируя «Марш несогласных» из Москвы, назвал его «абсолютным успехом».
Город Самара, судя по всему, факта проведения в нем Марша несогласных не заметил. Ему было чем заняться.