Российские эксперты уверяют, что угадать, какой Франция будет уже через месяц, практически невозможно. Все зависит только от выбора французов. Правда, российские наблюдатели отметили, что эти президентские выборы вкупе с предыдущими, проходившими в 2002 году, нарушили так называемую традицию электорального рынка, которая сложилась еще в 80-х годах.
Эксперты сошлись во мнении, что верх возьмет тот, кто перетянет на свою сторону электорат Байру
Профессор МГИМО МИД России Евгения Обичкина считает, что французы встрепенулись в 2002 году, когда ультраправый кандидат Жан-Мари Ле Пен прошел во второй тур президентских выборов. «На это событие французские СМИ отреагировали резко, даже брутально. Тогда общество осознало, что если оно не будет политически активным, то к власти могут прийти такие приверженцы радикальных взглядов, как Ле Пен», – пояснила Обичкина. Поэтому явка на выборы в прошедшее воскресенье была столь высока – 85%. Последний раз так было только во времена президента де Голля в 1965 году.
Обичкина напомнила, что в 2002 году около 40% французов проигнорировали выборы. Среди них были в основном те, кто из всех претендентов на президентский пост не выбрал своего кандидата. Нынешние политики уяснили ошибки прошлого, поэтому попытались «интегрировать взгляды протестного электората в свои программы».
Кроме того, одной из особенностей этих выборов стало то, что основные претенденты на Елисейский дворец позаимствовали тезисы крайне правых партий. Сеголен Руаяль начала раскручивать экологическую тему, а Николя Саркози отобрал у Ле Пена его излюбленную тему миграционной политики. Правда, Саркози сделал упор на интеграции мигрантов во французское общество. Еще будучи главой МВД, он всерьез занялся этой проблемой.
Местные наблюдатели обвинили Саркози в «лепенизации», но своими действиями он смог привлечь голоса разочарованных избирателей. Также ему удалось избавиться от политкорректности, которая раздражала общество. Французы устали от так называемой страусиной политики, когда видные общественные деятели предпочитали не обсуждать насущные проблемы, а обходить их. Например, Саркози ужесточил миграционную политику. В прошлом году лишь 20% иммигрантов получили гражданство, раньше эта цифра была намного больше.
Анализируя тезисы президентской программы Николя Саркози, Евгения Обичкина обратила внимание на такие слова, как «идентичность», «сильное государство», «личное трудовое усилие» и «достоинство». Благодаря этим акцентам он смог набрать более 30% голосов.
Что касается Сеголен Руаяль, то ее программа проходила под общим лозунгом «Я вас слушаю». «На этих выборах она выступила как Родина-мать. Это успокоило Францию. Страна поверила тому, что перед ней лежит светлое будущее», – считает Обичкина.
Делая свой прогноз, кто же из двух кандидатов станет новым президентом Франции, эксперт указала лишь на то, что победа будет базироваться на различиях в программах этих двух политиков, потому что их программы во многом совпадают.
Сотрудник Центра социальных проблем Института Европы РАН Сергей Федоров, только что вернувшийся из Франции, воочию убедился в том, что закончилась эпоха Жака Ширака и Франсуа Миттерана. «Пришло время новых политиков, тех, кому под 50», – философски заключил Федоров.
Федоров лично почувствовал на себе «повышенную социальную турбулентность», в которой вращается местное население. По его мнению, Франция находится в определенном кризисе. «Это кризис самоидентификации страны. Ее голос не слышен на международной арене. Поэтому явка была столь велика. Люди поверили предвыборным обещаниям насчет изменений во внешней политике», – пояснил эксперт.
Объясняя феноменальный успех центриста Франсуа Байру, набравшего почти 19% голосов, Федоров не сомневается, что этому послужило то, что во Франции велико число тех, кто боится радикализма Саркози и разочаровался в Руаяль.
Ранее политологи говорили газете ВЗГЛЯД, что из кандидатов на президентский пост для России наиболее выгоден Франсуа Байру. Однако Сергей Федоров иного мнения. Он полагает, что фигура Байру немного экзотична для самой Франции, так как идеи центризма там особо не прививались.
«Экономическое сотрудничество между нашими двумя странами будет развиваться в любом случае. Что касается политического взаимодействия, то здесь важны нюансы. У нас много общих взглядов и точек соприкосновения. Видимо, если брать фигуру Байру, то здесь могут быть нюансы, связанные с его центристской позицией», – сказал Федоров газете ВЗГЛЯД.
Говоря о том, кто же победит в финальной схватке 6 мая, Федоров и Обичкина сошлись во мнении, что верх возьмет тот, кто перетянет на свою сторону электорат Байру. Но сам Байру вряд ли призовет голосовать за кого-нибудь из двух кандидатов, так как в своих предвыборных речах он многократно заявлял, что против деления Франции на правых и левых. Если его партии удастся укрепиться на будущих парламентских выборах в Национальное собрание, то, возможно, через пять лет он покажет совсем другой результат.