Новый премьер-министр Польши Дональд Туск продолжил начатую им практику примирительных заявлений в адрес России. Так, в интервью британской газете Financial Times Туск заявил, что «отношения Польши с Россией должны быть не хуже, чем с любой другой страной Евросоюза». «Например, с Германией», – добавил премьер.
Подчеркнутая вежливость и отсутствие неадекватности в принятие решений – тот максимум, на который может сейчас рассчитывать Москва
«Это очень важная задача, важная цель. Географически Польша находится между Россией и Германией – так было, и так будет дальше. Это основная модель для нашей внешней политики», – отметил Туск.
А в конце своего интервью новый премьер лишний раз подчеркнул, что Польша более не выступает против вступления России в Организацию по экономическому сотрудничеству и развитию (ОЭСР).
Напомним, что в минувший вторник Туск оговорился и заявил, что Польша снимает свое вето на вступление России в ВТО, и канцелярии премьера пришлось его постфактум поправлять: все-таки не ВТО, а ОЭСР.
Впрочем, оговорка тут вышла почти «по Фрейду». Вступление России в ОЭСР – важный вспомогательный шаг для присоединения к Всемирной торговой организации. Рассмотрение заявки (а подала ее Москва почти 10 лет назад – в 1996 году) до недавнего времени только Польша и блокировала. Остальные 29 стран – членов ОЭСР были, вроде бы, не против.
Неудивительно, что президент страны Лех Качиньский, брата которого, Ярослава Качиньского, Туск «сковырнул» на демократических выборах, словам премьера громогласно возмутился и ткнул в «национальные интересы», так как Россия якобы «критериям организации не соответствует».
Спустя сутки Туск спокойно парировал, что, согласно польской конституции, внешнюю политику страны теперь определяет он. И точка.
Кстати, сопоставление в риторике Туска Москвы и Берлина отнюдь не случайно. Экстравагантная (мягко скажем) политика Леха и Ярослава Качиньских (бывшего премьера и действующего президента) открыла два «холодных» фронта внешней политики Польши: безосновательные претензии к РФ активно разбавлялись нотациями в адрес ФРГ о «вечной вине за события Второй мировой войны». И текущая дата на календаре близнецов нисколько не смущала.
Впрочем, Германия Германией, а официальную Москву волнуют в первую очередь двусторонние отношения с Варшавой. И здесь, как обычно, есть две новости – хорошая и плохая.
Плохая – в том, что сходу бросаться в дружелюбные на вид объятия Туска нельзя ни в коем случае. Газета ВЗГЛЯД уже писала, что, хотя Туск и изъявляет желание «поговорить с Москвой об американской системе ПРО», речь тут идет в первую очередь об «успокоительной дипломатии».
Туск всегда был и остается сторонником ПРО. Но свою избирательную кампанию он во многом строил именно на переменах во внешней политике страны, на пестовании «созидательного диалога». Риторика Качиньских по вопросу ПРО в адрес Москвы была откровенно хамской. Так что сейчас Туск своим дружелюбием просто возвращает Москве разницу.
В этом отношении заочная перепалка нового премьера с президентом Качиньским очень симптоматична. Не стоит сбрасывать со счетов и тот вариант, что Туск испытывает банальное человеческое желание «потоптаться» на поверженном противнике, совершить маленькую личную вендетту за проигрыш на президентских выборах 2005 года (с пользой для рейтинга, разумеется).
Идем дальше. По ряду международных вопросов позиция Варшавы останется без изменений. Это касается, в частности, возражений Польши против строительства Североевропейского газопровода Nord Stream по дну Балтийского моря, который будет использоваться для поставок российского газа в страны ЕС. Эту тему в своем интервью Туск также затронул.
Да, этот газопровод выгоден как России, так и Европе, а Туск уже заявил, что хотел бы изменить имидж Польши внутри Евросоюза, где ее рассматривали как «самого сложного партнера».
Но не стоит забывать, что польская властная и околовластная элита традиционно ориентирована на США, а к России, напротив, относится с подозрением. Причем от кадрового состава элиты это не очень зависит. Тут, как и в случае с Прибалтикой, играют важную роль исторические обиды страны и некий «национальный комплекс».
Отсюда выходит и настороженное отношение поляков к Евросоюзу, точнее – желание самоутвердиться в рамках Объединенной Европы, с чем явно перебрали Качиньские. Да, граждане страны крайне устали оттого, что за своих правящих близнецов им приходилось регулярно краснеть.
Тем не менее в Польше до сих пор популярно мнение, что Европа фактически сдала Речь Посполитую сначала гитлеровцам, а потом и Красной армии.
В этом смысле крайне наивно было бы надеяться, что Туск сдаст сугубо национальные интересы своей страны (то, что газопровод территорию Польши не затрагивает, республике крайне невыгодно) в пользу немедленного потепления на внешнеполитическом фронте.
Лишнее доказательство этому – то, что существенной ротации элит в Польше не случилось в принципе. Так, новым главой польского МИДа Туск назначил Радослава Сикорского, возглавлявшего в кабинете Качинских Министерство обороны.
Того самого Сикорского, который в отношении газопровода Nord Stream применял термин «новый пакт Молотова – Риббентропа» и обожал жаловаться в Вашингтон на «потенциальную агрессию русских».
Так что вряд ли Туск моментально переориентируется даже на Евросоюз, не говоря уже о России (это совсем из области фантастики), и откажется от «заступничества» Штатов. Подчеркнутая вежливость и отсутствие неадекватности в принятии решений – тот максимум, на который может сейчас рассчитывать Москва.
Впрочем, в этом и кроется хорошая новость. Польша отнюдь не входит в число стратегических партнеров России, и адекватного соседа на западной границе с Калининградом для нас вполне достаточно.
По крайней мере, это гарантия, что Речь Посполита больше не будет переносить свои внутренние проблемы с больной головы на здоровую и пресловутый вопрос «о тухлом мясе» вряд ли теперь станет препятствием для подписания нового соглашения о партнерстве и сотрудничестве между Россией и ЕС.
Объединенная Европа, как известно, свято чтит принципы «евросолидарности», причем даже в ущерб самой себе. И без того не слишком простые отношения между Москвой и Брюсселем еще больше не ухудшились за счет Польши только потому, что Качиньские утомили евросообщество даже больше, чем Москву.
Чего стоили постоянные призывы Варшавы к возвращению в практику смертной казни (по понятиям ЕС это почти средневековая дикость) или намерения Польши воздержаться от присоединения к Европейской хартии прав человека, так как в тексте манифеста не упомянуты христианские ценности и не запрещено клонирование (при Качиньских влияние польской церкви разрослось до того максимума, который только и может себе позволить светское государство).
Всего этого от Туска ждать не приходится, и он уже заявил, что укоренение в ЕС для него «долгосрочные интересы», которые он «будет преследовать», так как для Варшавы важно, «чтобы ее снова стали считать предсказуемым партнером».
Тут играет важную роль сама личность Дональда Туска. Он прагматик. Да, выкованный на европейских представлениях о либерализме (зачастую странных), но прагматик.
Так, в рамках того же интервью Financial Times Туск отметил, что «с большой обеспокоенностью узнал об аресте Гарри Каспарова*» (что дань европейским представлениям о демократии), но тут же добавил, что «это никак не должно ухудшить отношения между Москвой и Варшавой».
«У нас есть хорошие возможности для налаживания этих отношений», – резюмировал Туск.
* Признан(а) в РФ иностранным агентом