Так, газета The Times абсолютно весь внешнеполитический блок ответов президента расценила как «предупреждения Соединенным Штатам», с которыми у России разногласия (газета припомнила и ПРО в Европе, и различные позиции по Ираку). Но главное, по мнению издания, в том, что «Владимир Путин дал понять – гонка вооружений возобновляется».
The Christian Science Monitor тихо погрустила о том, что Путин мало что сказал о своих планах на будущее
Издание The Telegraph в свою очередь твердо уверено, что Путин старательно развивает в РФ ядерные силы нового поколения с одной целью – для противостояния США.
Забавно, что вывод этот был сделан на основании ответа Путина на вопрос новосибирского пенсионера о фразе, якобы произнесенной бывшим госсекретарем США Мадлен Олбрайт («Россия несправедливо владеет огромными ресурсами»).
Напомним, что о противостоянии или наращивании ядерных вооружений Путин в этом случае не сказал ни слова. Лишь заявил, что Россия вполне способна защищать себя самостоятельно – если потребуется, конечно.
Еще The Telegraph явно не повезло с переводчиками. Газета ничтоже сумняшеся приписала Путину фразу: «Америка и ее союзники придумали ложный заговор о грозящей опасности в Тегеране, чтобы сорвать визит в Иран». Путин, конечно, заявлял, что сообщение о покушении на него могло быть попыткой сорвать визит. Но слово «заговор» не прозвучало, упоминание об «Америке и союзниках» – тем более.
«Последняя прямая линия Владимира Путина является одним из самых воинственных антизападных выступлений», – подводит черту под своими соображениями The Telegraph.
А вот немецкое издание Die Welt связало высказывания Путина о новых стратегических разработках в области вооружений не с «противостоянием Западу», а с началом «предвыборной борьбы», благо «сильные высказывания спросом у избирателя пользуются».
«Шеф Кремля Владимир Путин открыл свою предвыборную кампанию (как кандидат в депутаты от «Единой России». – Ред.), – пишет Die Welt. – Памятуя о настроениях среди избирателей, он нашел подходящие слова, говоря о тех шагах, которые государство предпринимает и будет предпринимать для модернизации армии».
От дальнейшей трактовки сказанного издание предпочло воздержаться и перешло к обильному цитированию (преимущественно внешнеполитических заявлений Путина). В итоге прямая линия была охарактеризована фразой: «Как обычно, хорошо отрежиссированное трехчасовое шоу «вопрос-ответ».
Французская газета Le Monde от каких-либо оценок воздержалась вообще, однако обратила особое внимание на то, что президент выступил против организационной реформы в России, которая бы позволила передать часть полномочий президента премьер-министру. «А именно пост премьера Путин может занять после того, как покинет Кремль в 2008 году», – замечает издание.
Слова президента о ситуации в Ираке газета охарактеризовала как «решительную критику» и привела контрвысказывание секретаря Белого дома Дана Перино, который заявил об успехах союзников в сфере безопасности, политики и экономики Ирака. «Мы становимся свидетелями начала благоприятных тенденций», – заключил Перино.
Американская The Washington Post суть диалога Путина с народом пересказывать не стала, но разразилась статьей о том, что российский президент пытается примерить на себя образ Франклина Делано Рузвельта. При этом прямая линия стала апогеем такой «примерки».
«Рузвельт баллотировался на третий и четвертый срок, так как страна в нем нуждалась. Читай: Путину также следует остаться, – замечает газета и тут же резюмирует свои доводы: – Суть позиционирования российского президента – создание вокруг себя нимба исторического величия, предоставление веских аргументов для удержания власти».
Газета The Christian Science Monitor о Рузвельте не упомянула, лишь тихо погрустила о том, что «Путин мало что сказал о своих планах на будущее».
Тем не менее, пишет издание, «Путин не был похож на политика, который собирается через несколько месяцев уйти на пенсию и поэтому вносит последние добавления в свое политическое наследие. В весьма бодрой, властной манере он дал понять, что по-прежнему лично участвует в экономическом планировании, определении социальной и международной политики».
При этом Путин отвечал на вопросы, «как всегда, отлично подготовленный» и «в непринужденной манере». Но в конце материала обозреватель газеты все-таки предположил, что «все вопросы были тщательно отобраны прокремлевскими журналистами».