Объективная длительность специальной военной операции России на Украине закономерно приводит к тому, что люди, следя за текущим событиями, начинают забывать, с чего всё начиналось. А этого забывать нам никак нельзя.
Дело в том, что у СВО была предыстория, и сейчас мы отмечаем пятилетие значимых дат, связанных с попытками договориться с НАТО и избежать широкомасштабного конфликта.
Так, в середине октября 2021 года прошли переговоры замгоссекретаря США Виктории Нуланд с представителями МИД и администрации президента России, на которых обсуждались двусторонние отношения и вопросы региональной безопасности, включая Донбасс. В конце октября состоялся телефонный разговор Владимира Путина с премьер-министром Великобритании Борисом Джонсоном, где обсуждался украинский вопрос. 18 ноября 2021 года Путин поручил МИД подготовить договор о гарантиях безопасности с США и членами НАТО. 17 декабря того же года такой документ был направлен соответствующим сторонам. В нем Россия предложила НАТО отказаться от расширения на восток и прекратить военную деятельность на территории Украины и других стран Восточной Европы. Вопрос Украины был здесь частью общего контекста отношений с НАТО.
Россия пыталась выстроить диалог с Западом, но к концу 2021 года стало понятно, что с нами разговаривать не хотят. Напротив, НАТО демонстративно ускорило военное проникновение на территорию Украины. При этом Россия фиксировала активное наращивание военных усилий Киева на донбасском направлении.
В то время для Запада отказ обсуждать с Россией вопросы, затрагивающие ее безопасность, имел принципиальное значение. Западные политики стремились навсегда закрепить за Россией зависимое положение после поражения СССР в холодной войне. Но Россия-то к тому времени была уже не той, что в начале 1990-х.
У нас часто иронизируют над выражением «вставание с колен», но в самом деле, к концу 2021 года Россия, несмотря на санкции, которых уже тогда было введено немало, показала высокие темпы развития, заметно усилила свой экономический и политический суверенитет, стала догонять технологических лидеров. Страна успешно прошла период глобальной пандемии коронавируса, наращивала свой инфраструктурный и логистический потенциал. Именно тогда Россия смогла заявить правомерные политические требования, о которых она молчала за 20 или 25 лет до этого.
Видели на Западе успехи России? Без сомнения. Видели, но, во-первых, не хотели признавать изменение расстановки сил, а во-вторых, искали способы остановить рост возможностей России.
Одним из таких способов стал «геополитический взрыв» на Украине. С этой целью Запад накачивал киевский режим деньгами и оружием, поощрял силовое подавление пророссийского Донбасса, рассчитывая рано или поздно вызвать реакцию России. Тогда ожидания противника сводились к тому, что Россия когда-нибудь не сможет не вмешаться, но не выстоит в конфликте с коллективным Западом.
Поэтому, размышляя сегодня, вооруженные всем горьким знанием, которое было приобретено за эти пять лет, о том, можно ли было воздержаться от СВО, мы вынуждены дать отрицательный ответ. Чтобы защитить интересы своей безопасности, защитить свой прогресс и возможность развиваться дальше, Россия была вынуждена вступить в открытый конфликт с Западом и начать СВО.
Чего же мы добились за эти пять лет? Те, кто указывает на наше скромное продвижение на фронте, как мне кажется, не видят главного и не соотносят свои оценки с первопричинами конфликта. Стоит вспомнить, что по итогам 2022 года Запад лишь укрепился в самонадеянном нежелании говорить с Россией: официальной целью стало «победить Россию на поле боя». В 2023 году победить попробовали, были отброшены, но благая мысль набрать телефонный номер Кремля в западные головы так и не пришла.
В 2024 году в натовских рядах уже началось брожение. А начиная с прошлого года прежняя стратегия и вовсе рухнула: в то время как Дональд Трамп стал продвигать свою «самую лучшую сделку», Европа начала искать себе место хоть за столом переговоров, хоть под столом, хоть на приставной табуретке. Недавний звонок президенту Путину от скандинавов Стубба и Стере и вовсе стал выстрелом стартового пистолета, открывшим гонку: кто раньше поговорит с Кремлем.
Россия выстояла как дипломатически, так и на поле боя, и теперь пришел наш черед без особого аппетита реагировать на предложения западных политиков. Все-таки время хоть и медленно, но работает на нас. Скажем, дефицит с бензином, возникший у нас летом, к настоящему времени преодолен, а значит, тактика ударов по НПЗ себя не оправдала. Россия оперативно реагирует на новые атаки, перестраивая и улучшая защиту своих ключевых объектов инфраструктуры и промышленности. А вот как Украина переживет предстоящий кризис с логистикой, светом и теплом, это мы посмотрим к весне.
В конце концов, ценой необратимой деградации Украины, Россия достигнет той цели, которая была поставлена пять лет назад. Запад, забыв свою былую самонадеянность, говорить с нами будет и договорится о таком мире, в котором будут учтены наши интересы.
Вопрос о том, почему Запад не сделал этого раньше, «не дожидаясь перитонита», мы оставим историкам.