В последние дни в наш привычный поток новостей (Россия – Украина – НАТО – Китай – Ближний Восток) неожиданно ворвалась африканская нота. В Судане начался вооруженный конфликт, который, как считают некоторые, грозит перерасти в длительную гражданскую войну. Для нас основная особенность этого конфликта состоит в том, что нам очень сложно понять его смысл. С одной стороны – регулярная армия, с другой – некие Силы быстрого реагирования (СБР), на поверку оказавшиеся племенным ополчением, которое ранее использовалось правительством для борьбы с повстанцами, действующими в различных регионах Судана, в первую очередь в западном районе Дарфур. СБР довольно многочисленны (100 тыс. человек), очень мобильны, но легче вооружены. И на этом ясность кончается.
Кто за что борется? Какие внешние силы стоят за теми и за другими? Кому мы должны сочувствовать в этом конфликте с точки зрения российских интересов в регионе? Пока ни один эксперт, высказывавшийся по этой теме, четкого ответа на эти вопросы не дал. Складывается впечатление, что Африка вообще находится слишком далеко от нас, чтобы мы с ходу понимали ее проблемы. Примерно так же, наверное, где-нибудь на острове Бали не могут понять, что не поделили русские и украинцы. Африка в самом деле далеко, но все мы – граждане единого человечества, поэтому должны попытаться представить себе, как выглядит взрыв насилия в Судане на общеафриканском фоне и в мировом контексте.
Столкновения между людьми, в особенности в слаборазвитых регионах, где человек более зависим от сил природы, часто являются отражением природных конфликтов. В случае региона, к которому относится Судан, это конфликт между малопригодной для жизни пустыней и более плодородной саванной. Основные события здесь происходят в растянутой с запада на восток промежуточной полосе, именуемой Сахель. Считается, что в ней проживает 300 млн человек. Сахель – это территория, которая действительно, а не в фантазиях «зеленых» активистов, испытывает на себе воздействие климатических изменений, причем эти изменения начали фиксироваться до того, как разговоры о глобальном потеплении вошли в моду. Смысл процесса прост: пустыня наступает.
Меняются условия ведения сельского хозяйства, то тут, то там возникает голод, а народы стремятся мигрировать из менее благоприятных мест в более благоприятные. Природные явления запускают механизм вражды между народами и социальными группами. В случае Судана, Чада, Мали – это противоречия между северными кочевниками семитского происхождения (арабы и берберы, в том числе туареги) и оседлым чернокожим населением юга. Северяне исповедуют ислам, южане бывают и мусульманами, и христианами. Этот антагонизм уже стоил Судану солидного куска территории: 12 лет назад под давлением Запада от этой страны был отделен и получил независимость Южный Судан; слава Богу, обошлось без гуманитарных бомбардировок Хартума, однако, вспоминая про косовский прецедент нарушения принципа территориальной целостности государств, нужно не забывать и про прецедент суданский.
Впрочем, отделение Юга (нефтеносного) от Севера (который славится запасами золота) не привело ни одно из этих государств к процветанию (оба прозябают в конце второй сотни по ВВП на душу населения) и не избавило урезанную Республику Судан от вооруженного сепаратизма. В итоге мы имеем нищее население, сидящее на штыках правительство с периодическими военными переворотами, вооруженные группировки, тут и там оспаривающие власть у центра, и процветание криминального бизнеса, такого как контрабанда оружия. Этот последний момент по-своему сближает континенты; так, на одном из суданских аэродромов в ходе боев был поврежден украинский самолет, и вряд ли он перевозил сало и галушки.
И ведь не один Судан так живет. То же самое происходит и в Чаде, где конфликт Севера и Юга в свое время привел к вмешательству Ливии, и в Мали, где в роли сепаратистов, в отличие от суданской ситуации, выступают кочевники-туареги, создавшие пока еще никем не признанное исламское государство* Азавад. Хватает беспорядка и за пределами Сахеля. Все уже давно привыкли, что Сомали как единого государства не существует. Ливия как была уничтожена при помощи НАТО, так до сих пор и не восстановила свою целостность. Совсем недавно закончилась война в районе Тыграй в Эфиопии, в которой приняла участие и Эритрея. Постоянные столкновения между христианами и мусульманами происходят в Нигерии и в Центрально-Африканской Республике.
То есть Африка сегодня – это не только материк с населением почти 1,5 млрд человек, которое продолжает бурно расти, но и главная территория войны на нашей планете. Так что, если бы кому-то сегодня пришло в голову, как в добрые старые времена, бороться за «мир во всем мире», это на две трети была бы борьба за мир в Африке. И когда мы говорим о банкротстве однополярного мира под руководством США, то именно в Африке мы находим наиболее яркие свидетельства этого банкротства. Ни войны, ни голод, ни болезни в Африке Pax Americana победить не смог. Даже сегодня, когда Россия в ущерб себе раз за разом продлевает «зерновую сделку», чтобы украинское зерно пошло в Африку, сытая Европа забирает это зерно себе. А когда Россия соглашается безвозмездно поставить в Африку свои удобрения, страны НАТО стремятся эти поставки заблокировать.
От новой – многополярной – модели мира мы ждем многого. Нам прежде всего хотелось бы решить наши собственные проблемы, успешно завершить СВО и обезопасить себя с запада. С примирением между Ираном и Саудовской Аравией, вероятно, будет спокойнее на Ближнем Востоке, например, завершится война в Йемене. Будет замечательно, если удастся снять никому не нужные противоречия между Индией, Пакистаном и КНР. Но самым главным тестом на состоятельность новой системы миропорядка будет ее способность навести порядок в Африке, вывести ее на путь цивилизованного развития. И африканцы понимают, на кого им стоит надеяться, недаром на этом континенте не пользуются поддержкой антироссийские санкции. Многие африканские страны давно открыли двери для китайского бизнеса, а в особо беспокойных местах наблюдается хороший спрос на услуги российской ЧВК «Вагнер». Наконец, свою положительную роль может сыграть БРИКС, к которой, помимо ЮАР, могли бы присоединиться такие страны, как Египет и Нигерия.
А вот у США сегодня цели, пожалуй, противоположные. Для уходящего мирового гегемона не было бы ничего лучше, если бы события наподобие суданских стали нормой и в других регионах мира. В Вашингтоне, без сомнения, мечтают, чтобы вся территория бывшего СССР превратилась в пытающий кровавый винегрет, чтобы различные силовые структуры и просто банды бесконечно выясняли бы между собой отношения на всем пространстве от Калининграда до Владивостока и от Норильска до Кушки. Альтернативой многополярному миру и нашей победе в СВО вполне может стать африканизация нашего с вами дома. Об этом стоит подумать, наблюдая за схваткой двух одинаково непонятных нам сил в далеком Судане.
* Организация (организации) ликвидированы или их деятельность запрещена в РФ