Рождество воспринимается как что-то теплое и домашнее, и люди задаются вопросом – уместно ли все это празднование, веселые огоньки, взаимные поздравления сегодня, когда льется кровь и гибнут люди. Как праздновать на фоне всей этой тревоги и скорби?
Слово «праздник» может означать разные вещи – и чаще всего в наши дни оно означает перерыв в трудовых буднях, день, когда мы пытаемся отвлечься от трудов, забот и огорчений нашей обычной жизни. Мы не работаем, ставим елки и развешиваем гирлянды, выставляем на стол более разнообразную, чем обычно, еду и напитки, поздравляем родственников и друзей – в общем, более или менее успешно пытаемся порадовать себя и друг друга.
Это напоминает древние сатурналии, когда даже рабы могли на короткое время отвлечься от своего горького положения и веселиться вместе со всеми. В этом веселье, полном выпивки и глупых шуток, действительно может быть что-то неуместное.
Но существует праздник и в другом смысле – не как временный побег от реальности, а как обнаружение реальности более глубокой. Оказывается, за скорбями и тяготами земной жизни можно найти надежду и утешение, которые ничто не может отнять или разрушить.
Во времена, когда родился Господь Иисус, люди были осведомлены о реальности страдания и смерти гораздо более остро, чем мы. Они знали изнурительный труд и недоедание, опустошительные войны и эпидемии. Они своими глазами видели распятых – это могли быть их друзья и знакомые. Они сами понимали, что их жизнь может оборваться в любой момент.
Само Рождество, которое у нас ассоциируется с безопасностью, теплом и уютом, было лишено всего этого – бедная семья ремесленника по приказу далеких властей должна была спешно идти в другой город, и там не было им места в гостинице. «Ясли», в которые Мария положила новорожденного Иисуса, – это кормушка для скота.
Он еще только дитя на руках у Своей Матери, а Его уже пытаются уничтожить. Ирод посылает воинов убить Младенца, вернее, для надежности, всех младенцев в Вифлееме от двух лет и ниже. Иосиф, по откровению от ангела, вскакивает среди ночи и бежит с Марией и Младенцем в Египет.
Реальное Рождество происходит в мире, который не был ни безопасным, ни мирным, ни уютным. Та реальность вражды, страдания и смерти, которая тяготит нас, в нем была еще более мучительно очевидной. Но Рождество говорит о том, что это – не последняя реальность.
Люди не оставлены на самих себя; в человеческой истории действует Бог, и Он делает ее историей спасения. Одно из ключевых событий этой истории – Рождество. Сам Бог входит в мир и становится одним из нас, людей, во всем подобным нам, кроме греха. Он становится доступен всем тяготам человеческой жизни в этом падшем мире, страданию и, наконец, смерти.
Он спускается в глубины страдания и смерти глубже, чем все мы. И он побеждает саму смерть, воскреснув из мертвых и проложив путь всем нам.
Теперь мы знаем, что смерть – это не конец, не неизбежное небытие после бессмысленных страданий. Смерть – это врата в новую и лучшую жизнь. Как сказал апостол Павел, «Ибо знаем, что, когда земной наш дом, эта хижина, разрушится, мы имеем от Бога жилище на небесах, дом нерукотворенный, вечный» (2Кор.5:1).
Для тех, кто будет верен Богу, земные испытания и скорби обернутся вечным утешением, Бог примет души усопших в Его невыразимо радостном свете, а потом наступит день, когда Христос во славе сойдет в этот мир, чтобы окончательно освободить его и очистить от всякого зла, и мертвые воскреснут, чтобы войти в вечную и блаженную жизнь преображенного мироздания, где «отрет Бог всякую слезу с очей их, и смерти не будет уже; ни плача, ни вопля, ни болезни уже не будет, ибо прежнее прошло» (Откр.21:4).
Рождество – это не время, когда мы пытаемся забыться в пустом веселье.
Это время, когда мы сознаем временность и преходящесть всех наших тревог и тягот. Все это временно. А та жизнь, которую приносит Христос, вечна.