В конце года принято подводить итоги. Перечислять, чего удалось добиться, что приобрести, найти. Но ведь каждый год мы не только что-то приобретаем, но и что-то теряем. И чем старше становимся, тем больше теряем. Этот тренд уже прочувствовали наши телепродюсеры, в конце каждого года демонстрируя нам галерею тех известных и значимых людей, которые покинули нас за 12 месяцев.
Но люди, как и всё материальное, даже если это шедевр типа собора Парижской Богоматери, изначально обречены на уход. А вот идеи могут существовать гораздо дольше, их существование определяется только наличием их носителей, тех, кто эти идеи разделяет, проповедует и развивает. И когда идея умирает, будучи опровергнута реальностью, она продолжает существовать в коллективной памяти, но уже как миф.
И такую утрату, скорее, стоит считать приобретением. Ведь убедившись, что идея была неверной, мы уменьшаем для себя риск принять неверное решение. Отрицательный результат – это тоже результат. И уходящий год неимоверно нас обогатил, отправив на свалку множество идей, оказавшихся лишь мифами.
Например, навсегда ушел в прошлое миф о существовании международного права. Выяснилось, что никакого такого права нет, а есть только право сильного, причем лишь на той территории, которую он контролирует. Что можно без всяких на то оснований, даже без санкции ООН, заморозить суверенные валютные резервы, даже если это одни из крупнейших в мире резервов, да и принадлежат они стране – постоянному члену Совбеза ООН с правом вето. Можно наплевать на все договоренности в рамках ВТО и произвольно запрещать члену этой организации поставки различных товаров. Что можно устроить диверсию на газопроводе, принадлежащем частной компании, в территориальных водах независимого государства, и тебе ничего за это не будет.
А еще оказалось, что все международные конвенции, будь то запрет на разработку биологического оружия, правила обращения с военнопленными и гражданским населением, отказ от кассетных боеприпасов или противопехотных мин, не стоят бумаги, на которой они написаны. Как и соглашения с некоторыми уважаемыми членами международного сообщества, например, с Германией. И их репутация тоже ничего не стоит.
Расставание с этим мифом будет болезненным, но в целом пойдет человечеству на пользу. Конечно, государства не перестанут пытаться между собой договариваться, особенно те из них, кто ранее не замарал себя нарушением договоров. Но теперь любой подобный договор придется обставлять не только системами контроля исполнения, но и обеспечивающими мерами.
Например, какими-то залогами, которые будут изъяты в случае нарушения. А как без этого? Иначе смогут договариваться только сильные со своими вассалами, причем только в одностороннем порядке – это уже не договоренности, а приказы.
Еще одна идея, не пережившая уходящий год – представление о суверенитете большинства стран Европы. Выяснилось, что никакой самостоятельной политики они, кроме, пожалуй, Венгрии, проводить не способны. Причем это касается даже вопросов, касающихся их коренных интересов. Ведь одно дело периодически отправлять небольшие контингенты на другой конец света участвовать в очередной американской войнушке, где всё равно всю работу сделают штатовские бомбы и ракеты, голосовать в Генассамблее ООН, которая всё равно ни на что не влияет, и совсем другое – оставлять без сырья, энергоносителей и заказов собственную промышленность. А значит, истощать свой бюджет, лишать работы собственных граждан, хоронить свои электоральные перспективы на будущее.
То есть не только России, но и другим странам можно закрыть посольства в Европе и сэкономить большие деньги. Всё равно там на месте никто ничего не решает – как прикажут из Вашингтона, так они и поступят. А нам там теперь и консульские службы ни к чему – всё равно русских в эти страны не пускают, а собственность их захватывают. Да и вообще, к чему в нынешние времена посольства – обо всем можно договориться по видеосвязи. А разведчиков всех из диппредставительств и так выслали.
Впрочем, о самих себе мы в этом году тоже много поняли. Например, узнали, что Россия вполне может обойтись без торговых связей с Западом. И не только без экспорта в Европу и США, но и, что казалось уж вовсе невероятным, без их импорта. Слишком мало оказалось у Запада уникальных компетенций, в которых их совсем некому заменить. Да и их конкурентоспособность во многом держалась на наших дешевых нефти, газе, металле, удобрениях, зерне. А будучи вынужденными конкурировать за ресурсы с Азией, лощеные европейцы выглядят на мировом рынке довольно бледно. Более того, многие производства в нашей стране было невыгодно развивать лишь потому, что на наш рынок влезли зарубежные компании и задавили здесь всех конкурентов правдами и неправдами. А раз так, то и евро с долларами нам не очень нужны. Тем более, что их могут в любой момент арестовать.
Но что меня особенно радует, так это то, что мы избавились от мифа о «маленькой профессиональной армии», которая вполне обеспечит все потребности нашей безопасности. Для локальных конфликтов малой интенсивности, под которые и была изначально заточена эта заимствованная на Западе модель с компактными бригадами, такой армии, может, и достаточно. Только никто нам не позволит ограничиться такими конфликтами. А на случай серьезного столкновения в этой армии недостаточно не только бойцов, но даже офицеров, способных возглавить мобилизованных. Да и люди, идущие на контракт в мирное время, вовсе не обязательно готовы в реальных боевых ситуациях рисковать собой.
А потому, надеюсь, и недавний доклад министра обороны дает для этого основания, армию нашу будут трансформировать в направлении формирования организма, который способен быстро нарастить на скелете профессиональных кадров полноценную мускулатуру из людей, призванных из резерва. И как бы нам всем ни было уютно от сокращения сроков службы и количества призываемых, этот путь придется принять. Иначе за уютную демилитаризованную жизнь рано или поздно приходится платить большой кровью.