План установления предельных цен на российские энергоресурсы всё больше напоминает план по сохранению лица его инициаторами. На днях издание Bloomberg сообщило, что ЕС больше не рассматривает предельные цены как механизм сдерживания роста стоимости газа. Вместо этого речь идет о некоем «динамическом ценовом коридоре», что по своей формулировке очень напоминает борьбу за дисконт к цене газа для развитых стран, аналогичный тому, что получают Китай и Индия. Но если во втором случае скидка была полюбовным решением, то в первом случае страны G7 хотят получить ее силой.
Кратное сокращение поставок российского газа в ЕС с учетом подрыва «Северных потоков», ограничения прокачки по территории Украины и остановки маршрута Ямал – Европа делают торговлю западных стран за скидку на газ игрой от слабой позиции. Впрочем, позиция Евросоюза с лета текущего года в значительной мере скорректировалась: теперь ограничение цен на газ рассматривается не как способ давления на Россию – речь идет уже об изменении ценообразования на весь импортируемый в ЕС газ, включая норвежский, катарский, азербайджанский и др. Что не только может нанести непоправимый удар по существующей системе биржевых газовых контрактов, обеспеченности ресурсом, но и внешнеполитическим отношениям ЕС с альтернативными России поставщиками газа.
Так или иначе, по газу формального решения ограничить цены G7 не принимала, оставляя это в качестве крайне желательной, но столь же невозможной опции. А значит, не найдя приемлемого решения, «Большой семерке» есть куда отступать. Разговор о газе, вероятно, уйдет в сторону формирования картеля покупателей, совместно закупающих ресурс. Но пока ни формат, ни основы, ни мотивы его потенциальных участников не прояснены, учитывая, что в этой сфере в ЕС оперирует преимущественно частный бизнес.
А вот по нефти формальное решение о введении потолка цен G7 приняла еще в сентябре. А в начале ноября к группе из семи стран присоединилась Австралия, которая, впрочем, является слабым утешением на фоне отказа участвовать в системе ограничений со стороны Индии и Китая. В преддверии начала действия нефтяного эмбарго началась настоящая игра нервов. 5 ноября госсекретарь США Энтони Блинкен заявил, что Россия сохранит заинтересованность в поставках нефти странам Запада и после введения потолка цен. Это заявление звучит, как прощупывание почвы в ожидании реакции Москвы, которая должна подтвердить или опровергнуть озвученную еще в сентябре президентом Путиным максиму в контексте дискуссии об ограничении цен на российские энергоресурсы и отказе торговать в ущерб себе. «Ни газ не будем поставлять, ни нефть, ни уголь, ни топочный мазут. Ничего не будем поставлять», – заявил тогда Путин.
Европе и США нужна российская нефть. Целому ряду западных НПЗ нужен именно сорт Urals, который позволяет выпускать достаточный объем нефтепродуктов из тяжелых фракций (мазут, дизель, разнообразные продукты нефтехимии и др.). При этом же сейчас очевидно, что невостребованная на Западе российская нефть пробивает дорогу к другим рынкам.
Индия, имеющая богатый опыт участия в движении неприсоединения, отказалась поддержать усилия G7 по введению потолка цен на российскую нефть. Только за первое полугодие 2022 года она нарастила импорт российской нефти в 50 раз. 8 ноября глава МИД Индии Субраманьям Джайшанкар в ходе переговоров с российским коллегой Сергеем Лавровым прямо объяснил причины такого решения. «На сегодняшний день мы являемся третьим крупнейшим потребителем нефти и газа, однако уровни доходов не очень высокие. Поэтому на нас лежит обязательство по обеспечению наилучшего доступа к международным энергетическим рынкам на наиболее выгодных условиях», – сказал Джайшанкар. И добавил уже без обиняков: «Скажу вам честно, мы считаем, что индийско-российские отношения идут нам на пользу, и мы бы хотели сохранить преимущества наших отношений и в будущем».
В этой ситуации не в восторге от введения потолка цен на нефть и ближневосточные страны. Министр энергетики и минеральных ресурсов Омана Салим аль-Ауфи заявил, что внедрение потолка цен противоречит всем нормам рынка и в долгосрочной перспективе обеспечить сохранение таких искусственных ограничений будет очень непросто. Казалось, уход российской нефти и нефтепродуктов с западных рынков освободит нишу на пользу другим игрокам. Но и там понимают, что излишки российской нефти, поставляемой с еще большим дисконтом в те же Индию и Китай, рано или поздно выплеснутся на общий рынок через реэкспорт или серые поставки (поставки в смесях, перегрузки на другие танкеры и т. п.). А значит, это отразится на доходах всех добытчиков.
В сухом остатке: в игру с ограничением цен на энергоресурсы не хочет играть никто, кроме небольшой группы стран – потребителей нефти. Не исключено, что после утверждения победы республиканцев в Палате представителей по итогам прошедших на днях выборов в эту игру не захотят играть и США, которые сами являются крупным экспортером энергоресурсов. А значит, задача максимум – ограничить доходы России от экспорта углеводородов – сменилась задачей минимум: выровнять рынок, устранив дисбаланс в ценах для европейских и азиатских потребителей, которые покупают российское сырье на разных условиях ввиду исключительно геополитических факторов. Нефтяной рынок уже сейчас готовится к будущему миру.