Советское командование пыталось спасти жителей города с самого начала блокады. Яростные попытки прорвать ее предпринимались каждые несколько месяцев. Но все они заканчивались неудачей.
Немцы, избравшие тактику удушения города голодом, ежедневно укрепляли свои позиции. Первостепенное внимание удалялось участку Шлиссельбурга и Синявинских высот. Это был самый короткий путь для деблокирования Ленинграда. Дзоты, колючая проволока, линии траншей и, самое главное, очень плотное насыщение артиллерией – противник превратил 12-километровую полосу в неприступную крепость. Всё, лишь бы не позволить русским разорвать кольцо блокады.
Если укрепления и занимающая их пехота играли роль щита, то мечом были заранее приготовленные резервы. Пассивная оборона – путь к поражению, и немцы понимали это. Они держали под рукой свежие части для контрударов. В нужный момент при поддержке артиллерии они набрасывались на добившиеся ограниченных успехов советские войска, измотанные штурмом германских укреплений. Красноармейцы в лучшем случае откатывались назад с тяжелыми потерями, а в худшем – попадали в окружение.
Так, к примеру, вышло со 2-й ударной армией генерала Власова, пытавшейся прорвать блокаду в Любанской операции и попавшей в котел в марте 1942 года. Это тот самый командарм Власов, который впоследствии пошел на службу к немцам, став самым высокопоставленным советским коллаборантом за всю войну. С каждой неудачей надежд на деблокирование Ленинграда становилось все меньше.
Изменившиеся времена
Но к январю 1943 года настали совсем другие времена. Немцы уже были окружены под Сталинградом. Красная армия поверила в себя, в способность одерживать победы стратегического масштаба и уничтожать целые полевые армии противника. Причем кольцо в приволжских степях уже было настолько прочным, что из-под Сталинграда на Волховский фронт ехали целые советские стрелковые дивизии, которые усилили задействованные в операции «Искра» части. У немцев же, напротив, были проблемы с резервами – напряженные бои гремели и к югу, и к северу от Ленинграда. И 18-я армия фашистов, державшая кольцо блокады на самом узком и уязвимом для удара участке, теряла резервы, которые уезжали затыкать дыры на других направлениях.
Изменились в лучшую сторону и промышленные возможности Советского Союза. В 1941 году заводы спешно эвакуировались вглубь страны. Большую часть 1942-го заняло налаживание производства, зачастую на необорудованных площадках в суровых погодных условиях. А к началу 1943 года все начало работать на полную мощность. В том числе производство снарядов. В лесисто-болотистой местности под Ленинградом, где шла позиционная война, где надо было пробить укрепления, артиллерия решала всё. И теперь у русских появилась возможность использовать ее в полной мере.
Наладилось и производство боеприпасов в самом Ленинграде. Там, правда, речь шла только о малых и средних калибрах, но теперь их хотя бы не надо было везти в город через германскую блокаду. Это давало возможность мощно ударить сразу с двух сторон силами Ленинградского и Волховского фронтов. Такой удар был и быстрее, и сильнее, чем нанесенный лишь с одного направления. К тому же его было намного сложнее парировать. Кроме этого, советские военачальники куда серьезнее подошли к подготовке наступления. В лесах и болотах создавались новые дороги. Им предстояло стать логистическими артериями наступления, путями бесперебойной доставки боеприпасов, подкреплений и медикаментов, для вывоза раненых.
Не менее важную роль играла подготовка штурмовых отрядов. Они тренировались в ближнем тылу на макетах вычисляемых авиаразведкой вражеских позиций. Оттачивалось каждое движение, отрабатывалось взаимодействие, рассматривались самые разные ситуации. Причем не только на уровне рот и батальонов – командование не поленилось и провело штабные игры на картах. Советские генералы старались предусмотреть как можно больше вариантов развития событий. Вырос и уровень организации связи – она дублировалась разными способами, чтобы командиры не теряли управления войсками, как это нередко случалось раньше.
Момент истины
При этом советское командование дальновидно решило ограничиться синицей в небе. Оно не замахивалось на разгром всей блокирующей Ленинград германской группировки. Не было задачи повторить Сталинградский котел. Красная армия собиралась прорубить дорогу в страдающий от голода город – в первую очередь надо было спасать жителей. Операция «Искра» началась 12 января 1943 года. Немцев подвела та же недооценка противника, что и под Сталинградом. Они просто не ожидали удара такой силы, хотя сам факт приготовления русских к чему-то крупному для их разведки секретом не был. Поэтому красноармейцам удалось то, чего не получалось раньше – успешно форсировать Неву со стороны Ленинграда и закрепиться на том берегу, причем не на небольшом участке, как в случае с «Невским пятачком», а на широком фронте.
Это было крайне непростой задачей – широкая река простреливалась со всех сторон, а тяжелые орудия немцев могли ломать лед, затрудняя атаку. Отдельное спасибо штурмующие могли сказать нашим саперам – они смогли проложить прямо по льду переправы, выдерживавшие вес танков. Бьющая прямой наводкой бронетехника очень сильно помогла в овладении немецкими укреплениями. Несмотря на советские успехи, немцы крепко зацепились за Шлиссельбург, отбивая все атаки – потеряй они эти укрепления, и все было бы кончено. Не ослабляя давление на него, русские продолжали пробиваться дальше – Ленинградский фронт на восток, Волховский на запад. Не все укрепленные пункты противника удавалось взять – немцы вцепились в них, понимая, что они очень пригодятся для контрудара. Но наступающие овладели достаточным количеством этих пунктов, чтобы противнику было не на что опереться при попытке дать сдачи.
Положение немцев стало совсем плохим. Успехи РККА и недостаток резервов вынудили их бросить все тяжелое вооружение и бежать из Шлиссельбурга и с Синявинских высот. Промедление означало шансы попасть в котел – а повторять судьбу запертых в Сталинграде немцы под Ленинградом не хотели. В итоге не прошло и недели яростных боев, как блокада Ленинграда была прорвана.
Железная дорога жизни
Но почивать на лаврах было рано. Речь шла не о полном снятии блокады, которое случится лишь в 1944 году, а о частичном. Выбитый с боем участок не был логистическим подарком. Чтобы нормально снабжать Ленинград и не зависеть от погоды, надо было строить железную дорогу, причем как можно быстрее. Каждый час промедления стоил человеческих жизней населению города. Тридцать три километра пути проложили менее чем за двадцать дней. Отдельной историей был 1,3-километровый участок через Неву, где при сильном течении требовалось построить мост. Все это – под бомбежками, артобстрелами, в условиях заложенных мин и неразорвавшихся снарядов, которые саперы тысячами извлекали из земли на пути бригад. В худшие дни возведения дороги потери строителей исчислялись десятками. Но все это было нужно, чтобы вернуть жизнь истерзанному блокадой городу.
«Искра» обошлась Красной армии в чувствительную цену – безвозвратные потери участвовавших в операции соединений дошли до 16 тысяч человек. Немцы, использовавшие многочисленные укрепления, потеряли три с половиной тысячи. Но цена была заплачена не просто так – ведь именно благодаря прорыву в январе 1943 года продовольствие наконец-то пришло в голодающий Ленинград.