12 августа 1944 года, в боях на Сандомирском плацдарме (это Польша), немцы впервые применили новейшие танки «Королевский тигр» на Восточном фронте. Они были еще более совершенны, чем «Тигр» обычный, массово появившийся на Курской дуге за год до этого. Однако значительного влияния на ход боевых действий новинка с непробиваемым для Т-34 лбом так и не оказала.
Все трещит по швам
До начала операции «Багратион», стартовавшей в июне 1944-го, немцы еще имели какие-то надежды на перевод войны в позиционное русло и «вытягивание вничью» на Восточном фронте. Но уже к середине лета стало понятно – удар русских вышел настолько мощным, что рухнула вся группа армий «Центр». Фронт полетел ко всем чертям, остатки разгромленных частей в ужасе отступали на запад.
РККА пронеслась по Белоруссии и Украине, выйдя в итоге к Висле, на польские земли. Расстояние было пройдено немалое, и все эти сотни километров с боями давали о себе знать. Частям Красной армии требовалась пауза, чтобы передохнуть и подтянуть снабжение для нового наступления. Самым опасным для немцев в этой обстановке были захваченные русскими плацдармы через серьезные естественные препятствия вроде той же Вислы. Выбить их следовало любой ценой – или через месяцы, когда советские войска вновь наберутся сил, эти плацдармы могли бы стать основами для еще более громких поражений.
На ликвидацию Сандомирского плацдарма был брошен крупный, как казалось немцам, козырь – новые танки «Тигр II», они же – «Королевские тигры». Это были страшные в бою зверюги. Наклонная броня, как на «Пантере», но куда более толстая, делала практически невозможным поражение новых «Тигров» в лоб из большинства имеющихся в РККА орудий. Пушке нового танка оставили такой же калибр, но при сохранившейся скорострельности она пробивала больше брони. Имелись, конечно, и недостатки – немалый вес в почти 70 тонн и сложность производства. Но немцы думали, что все эти неудобства окупятся, и рассчитывали на серьезный результат.
Первый блин комом
Сосредоточенный у советского плацдарма 501-й тяжелый танковый батальон вермахта был перевооружен на «Королевские тигры» очень быстро. До этого там были «Тигры» обычные, но батальон жестоко побили еще в начале «Багратиона», что и спровоцировало его перевооружение. Теперь потерявшие свои предыдущие машины экипажи жаждали реванша. Впрочем, 501-й был не один – он действовал в составе танкового корпуса, который был дополнительно усилен еще двумя тяжелыми танковыми батальонами, вооруженными тоже старыми «Тиграми».
Правда, первый удар по «Королевским тиграм» нанесли даже не русские, а… сами «Королевские тигры». Танки ломались, воспроизводя советский опыт лета 1941-го – когда новейшие, но еще сыроватые КВ и Т-34 тоже доезжали до противника далеко не каждый раз.
В ночь на 13 августа новые танки впервые встретились с советскими танками. Для «Королевских тигров» знакомство вышло, мягко говоря, не лучшим – ведь инициатива была за советскими танками. Русские на средних Т-34/85 наносили контрудар. 85-миллиметровой пушке был не по зубам лоб новых «Тигров», но зато можно было поражать их в борта. В 1943-м, когда впервые массово применили предыдущую итерацию «Тигров», с этим (при использовании обычных бронебойных снарядов) имелись определенные проблемы. Надо было или подобраться совсем вплотную, или использовать дефицитные подкалиберные.
В августе 1944-го все было совсем по-другому, и наутро советские танкисты не просто разгромили противника, но в первом же бою захватили два новеньких «Королевских тигра». Один из них тут же, на месте, украсили надписью «Слава Коробову», отметив таким образом роль руководившего атакой советского майора. Позже эту машину увезут на танковый полигон в Подмосковье. Его экспонировали в танковом музее в Кубинке, а сейчас первый захваченный нашими дедами «Королевский Тигр» стоит в подмосковном парке «Патриот», где потрогать его может любой желающий.
Что же до других «Королевских тигров» на Сандомирском плацдарме, то им повезло немногим меньше. Новые тяжелые танки постоянно натыкались на сыгранную игру «советской сборной». То им танковую засаду устроят, то в артиллерийский мешок поймают. В итоге 501-й батальон потерял почти три четверти танков – хотя и не все безвозвратно. Еще хуже было то, что значимого результата ни «Тигры» в частности и ни наступление в целом, так и не принесли. Плацдармом по-прежнему владела Красная армия.
Против лома есть приемы
В шахматах считается, что эквивалентное по силе количество легких фигур (три против ферзя и две против ладьи) всегда лучше, чем одна тяжелая. Все дело в том, что расставленные правильным образом кони и слоны контролируют больше полей на доске и могут играть вместе, поддерживая друг друга. А одинокая, пусть и могущественная, фигура – нет. Она всегда сама по себе.
Так же получалось и с танками. Только еще вернее – хотя бы потому, что на войне, в отличие от шахмат, можно «ходить» многими фигурами одновременно, по крайней мере, пока это позволяют сделать возможности логистики. И в ситуациях, когда на каждый «Тигр» приходилось по четыре-пять «Шерманов» или Т-34, общее противостояние складывалось все чаще не в пользу первых. Отдельные случаи успехов, конечно, были, но общей картины они не формировали.
Поэтому в большинстве случаев в большой индустриальной войне много простых в производстве и сбалансированных по боевым возможностям средних танков было лучше, чем небольшое количество грозных, но сложных в производстве и материалоемких тяжелых. За производство средних танков в ущерб тяжелым высказывались крупные танковые командиры по разные стороны – например, такие люди, как Паттон и Гудериан.
Танкисты на поле боя были, конечно, другого мнения – ведь именно они, уязвимые в средних танках перед тяжелыми, были вынуждены платить за эти решения.
Как только немцы стали увлекаться грозными, но малочисленными «Тиграми», так у них начались проблемы, причем проблемы очень специфического рода. В 1944-1945 годах массово случались ситуации, когда «Тигры» – и обычные, и «Королевские» – очень сильно выступали в обороне и отбивали неприятельские атаки с серьезным уроном. Но в то же время противник находил обходной путь – слабо прикрытый, в том числе потому, что у немцев не хватало массовых, более простых, танков, которые могли бы запечатать все направления. И атаковал, пробивая брешь.
В эту брешь вводились средние танки, которых у противника, как правило, хватало. Затем следовал охват, разгром податливых тыловых колонн, отрезание грозных «Тигров» от снабжения. Следующая картина – многочисленные фотографии тяжелых машин, брошенных без единого выстрела. Причина банальна – кончилось горючее, снаряды, запчасти. Такие же картины, кстати, преследовали и РККА в первый год войны. Ведь на БТ и Т-26 много не навоюешь против самой простой противотанковой пушки, а сравнительно немногочисленные Т-34 и КВ так же попадали в огневые засады, выбивались 88-мм орудиями, страдали от ударов по колоннам снабжения, как и «Тигры» в 1944-1945 годах.
Мало того, против «перекачанных» «Королевских тигров» в РККА нашли то же средство, что и немцы против КВ в 1942-м. Немцы перевооружили свои танки на длинноствольные орудия. РККА сделала то же самое – в 1945-м на поля сражения поспела новая самоходка Су-100. Мощная 100-мм пушка делала то, на что не всегда было способно даже орудие могучего ИС-2. Она прошибала лоб «Королевских тигров» с километровой дистанции. И поэтому попытка Гитлера вернуть себе нефтеносные поля под Балатоном за счет последнего мощного кулака панцерваффе с треском провалилась – тяжелые танки немцев напоролись на оборону РККА и обломали об нее зубы.
Новые могучие танки не помогли немцам ни в августе 1944-го, ни в феврале 1945-го.