Сегодня в США снова говорят о так называемом русском деле. Год назад оно стало настолько токсичным для мейнстримных западных СМИ и либеральной политической элиты, что писали о нем лишь оппозиционные правые издания и немногочисленные журналисты-расследователи.
Теперь всё изменилось. Всё чаще о нарушениях, подтасовках и неправомерных действиях, допущенных при ведении расследования «российского вмешательства в американскую демократию», рассказывают либеральные медиа, те самые, что в свое время тиражировали «новости» о «русских хакерах».
Даже газета The Washington Post опубликовала опровержение своих статей, напечатанных в 2017 и 2019 годах, рассказывавших об источниках антитрамповских материалов. Часть материалов была исправлена, часть удалена из архива, о чем и заявили исполнительный редактор Салли Базби и медийный репортер Пол Фари. Пришлось признать, что так называемые источники и подисточники были напрямую связаны с Демпартией или ФБР. Откуда вдруг такое прозрение?
Вообще говоря, то, что дело о пресловутом «российском вмешательстве» в американские выборы 2016 года было полностью сфабриковано совместными усилиями функционеров Демократической партии и высокопоставленных сотрудников Минюста и ФБР, стало понятно уже в 2018 году. Так называемое русское досье на Трампа, составленное фирмой, возглавляемой бывшим британским шпионом Кристофером Стилом, оказалось не просто непроверенным, а фальшивым. Оно было заказано предвыборным штабом демократов. Все предполагаемые связи людей из окружения Трампа с «русскими оперативниками» также оказались выдуманными.
Но само дело о «вмешательстве» началось не с этого, а с сообщений о якобы имевшем место взломе серверов предвыборного штаба Хиллари Клинтон в 2016 году. В результате в распоряжении WikiLeaks оказалась переписка всего Демократического национального комитета. Сразу же была высказана версия о «русском следе». СМИ немедленно заявили, что все семнадцать американских спецслужб, входящих в так называемое разведсообщество США, подтвердили эту версию. Всё время повторялась фраза о «цифровых отпечатках пальцев», указывавших «на хакеров, связанных с ГРУ».
Однако уже в 2017 году на закрытых слушаниях в Конгрессе, посвященных «русскому делу», американские законодатели узнали, что никакого консенсуса о «цифровых отпечатках» у спецслужб не было. Более того, в компетентные органы (прежде всего в ФБР) долго не передавали сам сервер штаба Клинтон. Изучением «софта» и «железа» занималась единственная организация – частная фирма CrowdStrike. Именно ее вывод о том, что «тут без русских не обошлось», и был положен в основу всех тогдашних пресс-релизов.
Но на деле никаких следов взлома специалисты CrowdStrike не обнаружили. На слушаниях директор компании Шон Генри на прямой вопрос конгрессмена о свидетельствах «русского цифрового ограбления» ответил: «У нас не было конкретных доказательств, что данные были похищены у Демократического национального комитета. Мы лишь отметили наличие указаний на эксфильтрацию данных». Ошарашенный законодатель попросил уточнить. И тогда Генри своими словами повторил известный анекдот про суслика: «Цифровых следов мы не обнаружили… [Мы] можем лишь предполагать, каким образом русские похитили данные и не оставили [следов]».
В 2018-2019 годах все вышеперечисленные свидетельства одной из величайших политических мистификаций последних десятилетий в том или ином виде просачивались в СМИ, но в основном в оппозиционные, и мейнстримная медиатусовка эти свидетельства отметала, называя их попеременно то «теориями заговора», то «частью российской дезинформационной кампании». В 2019 году тогдашний генпрокурор Уильям Барр назначил на расследование обстоятельств, при которых было начато «русское дело», опытного федерального прокурора Джона Дурама. В 2020-м Дурам был повышен в статусе до спецобвинителя. Тактически ход понятный – такого независимого правоохранителя гораздо сложнее уволить. Во всяком случае, такое увольнение вызвало бы много шума.
И все же то, что Дурама оставили в должности и не лишили бюджета после воцарения Байдена, было некой странностью. При этом разговоры о том, как «эти русские» вмешивались, вмешиваются и, несомненно, будут вмешиваться в выборы в демократических странах (особенно в США), продолжались. Спецпрокурор работает, созывает Большое Жюри, собирает доказательства и даже выдвигает обвинения против лиц, выдумавших «российское вмешательство», но само «вмешательство» оставалось вполне «легитимным» политическим аргументом. Да, Трампа реже называли «агентом Кремля», но пострадавшей стороной по-прежнему числилась Демократическая партия.
Существенным образом всё поменялось совсем недавно – в середине сентября 2021 года, когда Дурам предъявил обвинение адвокату и специалисту по кибербезопасности предвыборного штаба Клинтон Майклу Сассмену, который был одним из тех партийных функционеров, что подкинули Федеральному бюро расследований «улики» по «русскому делу». Сассмен, в частности, в беседе с генеральным юрисконсультом ФБР Джеймсом Бейкером в сентябре 2016-го заявил, что ему доподлинно известно о связях фирмы Трампа с российским «Альфа-банком». Эта связь была выдумана консалтинговой компанией Fusion GPS, которая работала в 2016-м на штаб Клинтон. Как показывают недавно обнародованные документы, агенты Бюро достаточно быстро разоблачили подделку, но руководство Минюста и ФБР, лояльное демократам, спрятало результаты работы оперативников под сукно.
Одновременно группа Дурама стала подбираться к составителям досье Стила. Самого бывшего разведчика Ее Величества до сих пор всерьез допросить не удалось. Более того, те люди, что писали окончательный вариант досье в Лондоне, остаются вне досягаемости и для Дурама, и для конгрессменов. Заметим попутно, что среди этих людей был сотрудник Кристофера Стила Сергей Скрипаль.
Но американских участников «банкета» стали потихоньку выводить на чистую воду. В частности, обвинения были предъявлены проживающему в штате Вирджиния Игорю Данченко. Как это часто бывает в США, обвинения выдвинуты по формальному основанию – ложь агентам ФБР.
Но в ходе дознания окончательно выявилась схема создания различных компонентов «русского дела». Всё придумывалось в Вашингтоне, затем передавалось подрядчикам и субподрядчикам для придания достоверности, а позже распространялось через верную партийную прессу.
Данченко, как полагают сейчас следователи, был автором той части досье, в которой говорится об оргиях Трампа в московской гостинице и о наличии у «путинского KGB» записи этой оргии, благодаря которой Дональд и был «завербован Путиным».
Личность Данченко весьма примечательна. Он родился на территории УССР, учился в России (утверждается, что гражданство у него российское, во всяком случае, было), жил и работал в основном в США. Дольше всего он трудился в проклинтоновском Институте Брукингса. Любопытен такой факт. Данченко не очень дружил с законом. Суд даже предписал ему пройти реабилитацию в связи с зависимостью от алкоголя и психоактивных веществ. И начались все эти проблемы именно в «Брукингсе». В 2013 году федеральное дело против Данченко было возбуждено прокурором Родом Розенштейном, который в 2016 году, будучи уже замгенпрокурора США, подписал один из основанных на досье Стила ордеров на прослушку штаба Трампа. Одним из наставников Игоря Данченко была Фиона Хилл, старший научный сотрудник Института Брукингса. В 2019 году она стала свидетелем обвинения в деле об импичменте Дональда Трампа.
Все эти подробности еще полгода назад мейнстримные американские СМИ замели бы под ковер. Теперь же они копаются во всей этой истории и попутно робко каются в неверной подаче материала четыре года назад. Что же случилось? А случилось обострение межфракционной борьбы в администрации Байдена. Все «шокирующие откровения», касающиеся сфабрикованного «русского дела», угрожают в основном одному клану в Белом доме – клану Клинтонов. Брукингс, Fusion GPS, CrowdStrike, Кристофер Стил, Данченко, Хилл, Розенштейн и т. д. – это всё люди и организации, связанные с Клинтонами. Да и само «русское дело» – креатура Клинтонов.
Так что вся нынешняя шумиха – удар по этому могущественному американскому клану. В администрации этот клан представлен несколькими влиятельными функционерами. Во главе «представительства» стоит советник президента по национальной безопасности Джейк Салливан.
Разумеется, как один из руководителей штаба Хиллари в 2016-м, он принимал непосредственное участие в раскрутке «русского дела». В обвинительном заключении против Майкла Сассмена значится некий «советник по внешнеполитическим вопросам». Согласно источникам нескольких изданий, этот неназванный человек – и есть Салливан. Так что новое обсуждение «русских связей Трампа» бьет прежде всего по нему. В последнее время Джейку Салливану удалось добиться немалых бюрократических успехов. Он оттер от управления многими направлениями внешней политики своего главного аппаратного противника – госсекретаря Энтони Блинкена. Салливан не только готовил со своим российским коллегой Николаем Патрушевым переговоры Путина и Байдена в Женеве, но и виртуальный саммит Байдена и Си Цзиньпина. Блинкен же терпит одну неудачу за другой и теряет рычаги влияния на политику Вашингтона. Но его влияние в медиа и политическом классе всё еще очень велико. Обеспечить «крышу» Дураму и натравить на клинтоновских оперативников прессу ему вполне по силам.
Если Салливан дрогнет, им вплотную займутся и остальные кланы администрации – представители Большой Цифры, старая обамовская гвардия и другие. На руку недругам советника по нацбезопасности может сыграть и личная неприязнь хозяина Белого дома к Клинтонам, особенно к Хиллари. Всё происходящее, несомненно, ослабляет Вашингтон, но, к сожалению, не делает его политику менее опасной. Как раз наоборот – имея практически нерешаемые экономические и социальные проблемы дома, противоборствующие группировки администрации будут действовать в основном во внешнем контуре. Причем действовать резко, без серьезного планирования и оценки рисков.
И конечно, если Салливана удастся свалить, усилится главный вашингтонский «ястреб» Тони Блинкен, во всяком случае, на время. И то, что он, кажется, начинает терять связь с реальностью, вовсе не делает его болезненные планы невыполнимыми. Тут бы Байдену и власть проявить. Скажем, уволить того же Блинкена. Но реальной власти лично у Байдена, скажем мягко, немного.
Так что вполне понятно, почему Владимир Путин ведет личные переговоры со всеми идущими на контакт высокопоставленными должностными лицами США – и с Джоном Керри, и с Уильямом Бёрнсом. Да и Викторию Нуланд в Москве выслушали. Заранее не скажешь, кто в Вашингтоне завтра будет принимать внешнеполитические решения.