В прошедшие праздничные дни большинство наших сограждан отметили 74-ю годовщину Великой Победы. Я говорю «большинство», потому что нашлись такие, которые в очередной раз призвали отменить парад на Красной площади (повод-то всегда можно отыскать), пространно порассуждали о «победобесии» и вновь подняли вопрос о том, какой праздник более «правильный» – 8 мая или 9-е.
И снова, как всегда накануне Дня Победы, обострилась дискуссия о Сталине и сталинизме. Да и в целом о советском периоде нашей истории.
Ответственные и образованные люди могут и должны спорить. Это нормально. Особенно если это способствует адекватной оценке ошибок и достижений прошлого. Такая оценка очень важна для построения лучшего будущего и формирования национального самосознания. Проблема, однако, состоит в том, что большинство «исторических» споров о советском прошлом является продолжением двух, на мой взгляд, системных диспутов, длившихся до середины 2000-х.
А именно – следует ли, ввиду поражения СССР в холодной войне, устроить суд над коммунистическим режимом по примеру международного трибунала и можно ли считать Германию, капитулировавшую в 1945-м, победительницей в третьей мировой войне. Нет, не в ядерной войне, которой опасались все последние десятилетия, а в том соревновании наций и блоков, которое началось сразу после того, как смолкли орудия Второй мировой.
Смотрите, говорят нам, Германия проиграла войну. Она покаялась в своих грехах и начала жизнь с чистого листа. Да, несколько десятилетий страна была разделена на две части (но в этом виноват советский режим), но, приняв западную помощь и все ценности «цивилизованного человечества», смогла возродиться экономически, обеспечив своим гражданам (в том числе служившим в вермахте) жизнь, лучшую, чем та, что была уготована воинам-победителям из СССР. Экономика ФРГ сегодня является объективно сильнейшей в Европе. При этом социальное обеспечение, медицина, образование и прочее работает лучше, чем в какой бы то ни было стране с рыночной экономикой. Во всяком случае, если принимать в расчет дефицит бюджета по «социалке» и реальное наполнение соцгарантий.
Наиболее активно тема «победы» Германии обсуждалась в 2005–2006 годах, когда правительство страны возглавила Ангела Меркель, родившаяся и выросшая в ГДР. Что же касается России, то призывы к «покаянию» и «суду над коммунизмом» здесь не умолкали никогда, но громче всего они звучали в 1990-е. Ренессанс идеи «Нюрнберга-2» пришелся на вторую половину 2010-х – в основном в ответ на повсеместное распространение идеологии неосталинизма.
Но популярность неосталинизма в современной России (не о нем сейчас речь) – это скорее повод для «граждан мира» снова поговорить на свою любимую тему. Мол, пока русские не покаются в своих грехах, совершенных в XX веке, пока не состоится «второй нюрнбергский процесс» над коммунистическим режимом, ничего хорошего жителям «этой страны» ждать не следует. В общем, берите пример с немцев.
Очень часто в ответ на эту, вне всякого сомнения, чудовищную риторику звучат доводы, которые справедливы, но не имеют никакого отношения к делу. Например, Соединенным Штатам предлагают покаяться за геноцид коренных американцев и рабство. Что ж, среди современных американских политиков есть немало сторонников такого покаяния. Некоторые леворадикальные члены Демократической партии США требуют выплаты «репараций» чернокожим гражданам и индейцам. Либеральный дискурс очень похож на наш – мол, пока Америка не покается в своем «генетическом» расизме, пока отцов-основателей не заклеймят за их попустительство рабовладению (а то и просто владение «черным товаром»), ничего хорошего Соединенные Штаты не ждет.
Вот только борьба с рабством была внутренним делом самих США. Никто не завоевывал эту страну и не принуждал ее к отказу от бесчеловечной практики приравнивания людей к неодушевленным объектам собственности. Гражданская война в США унесла больше жизней американцев, чем все остальные конфликты, в которых Соединенные Штаты участвовали. Это был страшный, переломный и одновременно героический период в истории заокеанской державы, но после победы Севера над Югом капитулировала не Америка, а раскольники-конфедераты. История страны продолжилась, а не началась заново. Декларацию независимости никто не аннулировал, а Авраам Линкольн не был признан первым «настоящим» президентом «новых США».
А вот с Германией, с которой нам предлагают брать пример, все произошло иначе. И сегодня хороший день, чтобы поговорить об этом. Потому что в минувшее воскресенье исполнилось ровно 70 лет с момента образования первого нового государства немцев. Формально днем образования ФРГ считается 23 мая 1949 года, когда основной закон западных немецких земель вступил в силу. Но по сути история Германии была «сброшена на ноль» 12 мая, когда этот закон был одобрен Соединенными Штатами, Великобританией и Францией. Все обсуждения главного юридического документа местными органами власти не имели никакого реального значения. Решение приняли за них.
Этот документ был назван не конституцией (Verfassung), а именно основным законом (Grundgesetz) Федеративной Республики Германии. Для нас это не просто синонимы. А тогда гражданам государственного новообразования, находящегося под властью оккупационной администрации, объяснили, что настоящей конституции у них не может быть до тех пор, пока все немецкие земли не объединятся, так что пока действует временный свод основных правил. Вот когда Германия объединится…
Ничего не поменялось и когда Германия объединилась. В статье 146 основного закона говорилось, что он прекратит свое действие, когда «вступит в силу конституция, принятая свободным решением немецкого народа». То есть после объединения Германии должен был состояться референдум, на котором новый основной закон (уже ничем не отличающийся по своему значению от конституции) будет утвержден гражданами единого государства.
Но в 1990-м, после внесения необходимых поправок в закон 1949 года и одобрения его странами антигитлеровской коалиции (на сей раз на нем появилась и виза СССР), он так и не был вынесен на референдум. Четыре десятилетия за странами-победителями признавались так называемые зарезервированные конституционные права в отношении Германии. И хотя в совместной декларации Москвы, Вашингтона, Парижа и Лондона 1990 года говорилось, что эти права отзываются, из-за неисполнения статьи 146 старого основного закона де-юре немецкое государство все еще находится под частичным внешним управлением.
Об этом сейчас предпочитают не вспоминать. Дату 12 мая в Европе вспоминают в связи с другим событием – прекращением наземной блокады Западного Берлина советскими оккупационными войсками 1948–1949 гг. Какая историческая ирония! По сути дела, попытки обеих стран создать единое государство на месте поверженного центра Третьего рейха были окончательно оставлены именно в этот день. Западные партнеры завизировали основной закон, а советское руководство перестало цепляться за идею объединенной и, как бы сейчас сказали, внеблоковой Германии. И этот день отмечается как памятная дата!
Дальнейшее хорошо известно. В октябре 1949-го на территории советской оккупационной зоны была образована ГДР. В 1955-м ФРГ становится членом НАТО. В ответ создается Варшавский пакт, куда включают Восточную Германию. Любопытно, что в обеих частях разделенной нации победители насаждали примерно один и тот же тезис: нацистская Германия была преступным государством, а Веймарская республика –государством несостоявшимся (failed state).
И это действительно так. Нацисты были преступниками. Немецкая демократия после Первой мировой войны была слабой и хаотичной. В конце концов Германия досталась Гитлеру и его клике, что принесло бесчисленные беды народам Европы. Немцы, приняв нацистскую идеологию, заслужили все то, что с ними случилось – оккупация, разделение, необходимость каяться.
А еще – обязанность считать началом своей истории 1949 год. Никаких германцев, сражающихся с римскими легионами, никакого Фридриха Великого, никакой Священной Римской империи германской нации. Это все про каких-то фэнтезийных немцев, не про нынешних. Нынешние продолжают жить в условиях заслуженной оккупации. И я думаю, неслучайно, что начало распространения мифа о «победе немцев в незримой войне» совпало с распахиванием ворот ЕС для мигрантов со всего света. Мигрантов, наибольшее число которых приняла Германия.
Коммунизм пал в 1991 году. По факту СССР потерпел поражение в холодной войне. Но Москва не капитулировала. Никакой оккупации не было, хотя одно время до этого было недалеко. Являлся ли советский строй преступным или, наоборот, самым справедливым на Земле, решать нам.
Если бы это сделал кто-то за нас, на некоем «Нюрнберге-2», то наша история насчитывала бы всего три десятка лет. И вслед за признанием преступного характера СССР пришлось бы признать царскую Россию несостоявшимся государством. Никакого Александра Невского, никаких Петра Первого, Екатерины Второй, Суворова, Кутузова, Крыма, Сибири и всего прочего. Только смирение и оккупационные законы.Так что дудки! Мы держава с тысячелетней историей, в которой были разные периоды. Но в каждом из них мы умели побеждать. И раз уж советский (и, в частности, сталинский) период является ее неотъемлемой частью, то никакой моральной эквивалентности между нацистами и коммунистами быть не может. С разгромом нацистов была стерта история Германии. С падением коммунизма русская история не закончилась.
Остальное – предмет внутренних споров. Которые надо научиться вести поспокойнее. Во-первых, потому что история – это очень деликатный предмет. А во-вторых, потому что победители сохраняют спокойствие.