Конечно же, Владимир Зеленский не Беппе Грилло. И общего у них только то, что оба являются актерами комического жанра. Грилло использовал свою популярность, чтобы возбудить в итальянцах ненависть – против продажных политиков, преступников во власти, избыточной бюрократии Евросоюза. Политик и актер Беппе Грилло – по-настоящему эпатажный персонаж, мастер импровизации, популист и профессиональный демагог.

Зеленский не обладает многими этими качествами. При этом результату, полученному Зеленским в первом туре выборов президента, позавидовал бы и «самый опасный человек Европы», как охарактеризовал Беппе Грилло влиятельный немецкий Der Spiegel в 2013 году. Получи партия Беппе Грилло на итальянских выборах побольше голосов, возможно Италия бы сегодня оформляла документы на развод с ЕС вместе с Великобританией.

У Зеленского есть важное преимущество. Ему не нужно было пробуждать негодование в украинцах, какое в сравнительно зажиточных итальянцах Грилло разжигал своими пламенными речами юродивого. Негодование нежданным подарком свалилось на Зеленского в виде гигантского антирейтинга действующего президента Петра Порошенко и других едва отличимых друг от друга политиков, которые умудрились спустить в унитаз колоссальный пассионарный заряд, порожденный псевдореволюцией. Несмотря на весь трагизм событий на Майдане, его искусственную природу и внешнее влияние, эту огромную энергию при определенных обстоятельствах можно было направить во благо. История знает немало примеров, когда события подлые, неприглядные, зловещие становились точкой отсчета величия наций. Но та же история, как известно, сослагательных наклонений не терпит.

Осенью прошлого года Зеленского запустили как пробный шар, как кандидата-спойлера, скромная задача которого сводилась к тому, чтобы отобрать голоса у популярного певца Святослава Вакарчука, вздумай тот идти на выборы. Но пробный шар вдруг сбил все кегли на дорожке. Зеленский оказался востребованным – неожиданно для себя самого, своих спонсоров и других кандидатов.

В условиях, когда популярность основных игроков колебалась между мизерными десятью и пятнадцатью процентами, партию играл антирейтинг, ее величество графа «против всех». Но лишенная имени, эта графа выборов не выигрывала. Гениальность Игоря Коломойского как раз и заключалась в том, что он дал этой графе имя – имя Владимира Зеленского. Успешного, неглупого, незлобливого, узнаваемого парня из телевизора – чего оказалось вполне достаточно, чтобы смешать все карты на украинских выборах.

Едва ли даже в самых смелых своих мечтах он представлял себя на посту избранного президента. То, что началось как игра, как политтехнологическая шутка, перестала быть таковой – и здесь снова ирония – 1 апреля, когда стали известны предварительные результаты первого тура голосования.

При этом мы очень мало знаем о человеке, который с большой долей вероятности станет президентом Украины как минимум на ближайшие пять лет. Например, есть ли у Зеленского идеология? Пророссийская, проукраинская, проамериканская или проевропейская? Вряд ли. Типичный представитель унылого промышленного города, в которых часто и рождаются такие самородки, Зеленский покорил украинскую столицу и был вполне востребован как профессионал и на Украине, и в России. У него есть имущество в Европе и наверняка он не испытывает отвращение к Америке.

Еще мы знаем, что Зеленскому не так уж плохо жилось в той, домайданной Украине, стране на обочине Европы – бедной, но еще не побирающейся, со своими социальными лифтами, возможностями для самореализации и зарабатывания денег. Не «бандеровец» и не «ватник», не из клуба любителей «титульной нации» и не из отряда ностальгирующих по СССР. Вероятно, Зеленский – типичный представитель той безыдейной мирной Украины, в которой любовь и уважение к Степану Бандере на Западной Украине едва ли сильно заботили жителей остальной страны. Украины, в которой аллея героев не могла ассоциироваться ни с чем иным, кроме как с местом в Киеве, посвященном памяти воинов, освобождавших украинскую столицу во время Великой Отечественной войны. Альтернативных «героев» в той стране еще не было.

Зеленский – продукт Украины времен кучмовской «разновекторности», которая пусть на соплях, но все же позволяла как можно дольше удерживать зыбкий национальный суверенитет.

Но как же, Владимир Зеленский жертвовал деньги на АТО и не гнушается реверансами в сторону «воинов света». Но, думаю, при других обстоятельствах он столь же резво жертвовал бы деньги условно «детям Донбасса», да кому угодно – потребуй того время и обстоятельства. Потому что в той, домайданной Украине, одним из залогов успешности был и идейный конформизм, умение обходить острые углы, избегать противоречий. Быть самым популярным парнем в классе и при этом не получать по голове от местных драчунов – тоже ведь талант. И Зеленский, судя по всему, освоил этот навык в совершенстве.

И вот что удивительно, так это то, что, несмотря на пять лет промывания мозгов и накачки ненавистью, такой, в хорошем смысле безыдейной, Украина преимущественно остается и по сей день. Об этом говорят 30% голосов, полученные Зеленским на выборах, и 91% жителей страны, которые не проголосовали за Петра Порошенко.

А значит ненависть, которую мы наблюдаем и которую выдают за расстройство всей страны – это ненависть меньшинства. Искусственная, конъюнктурная, питаемая западными грантодателями и той частью местного бомонда, которая давно не заботится о чистоте своего аквариума по той простой причине, что сами они живут за высоким забором, который отгораживает их от созданного ими же гетто. А их дети, как правило, живут или будут жить за границей.

Сегодня Владимир Зеленский не самостоятелен. Сегодня он – проект. Но что будет завтра, когда в его руках окажется реальная власть, при всех «но» и «если»? Мы не знаем. Вдруг марионетка превратится в «самого опасного человека Европы», который покончит с Украиной как с суицидальным русофобским проектом?