Вчерашняя статья Макрона «К европейскому обновлению» – интересная и важная. И стилистически, и сущностно. Раньше еврооптимисты отбивались, да еще вяло и комично. В логике «Остановитесь! Как вам не стыдно». Сейчас перешли в атаку. И на первый взгляд евроскептикам ответить им нечего не из еще одной обыденной логики: «Вы все врете!».
В первых строках – обращение: «Граждане Европы». Во вторых – вменение: никогда после WWII Европа не находилась в настолько ключевой позиции с одной стороны и в такой большой опасности – со стороны другой.
«Ловушка Брексита» – это не «часть проблем ЕС». Ловушка Брексита – это ловушка лжи политиков и их политической безответственности. В ориентированном на Брексит дискурсе не было ничего ни про Ирландию, ни про рынки, ни про что вообще. «Отрицание без предложения альтернативы». И эта ловушка относится не только к Британии, везде есть такие anger mongers – «торговцы гневом» (отличное слово для наших телевизионщиков, кстати), манипуляторы, готовые обещать все и всем, перемешивая обещания с fake news и тем самым «гневом»
Что им противопоставить? Ясное понимание и честность. «Европа – это не рынок, не бюрократы в Брюсселе и регулирование. Европа – это проект». Цивилизационный проект. Успешный проект объединения разрываемого противоречиями континента в единое пространство «беспрецедентного достатка, мира и свободы». Тут Макрон идет в логике тех самых торговцев гневом и предлагает порассуждать в развилке: угроза vs защита для людей. Только набор угроз и ответов другой, чем в евроскептической панели. «Какая страна могла бы свободно действовать перед лицом мировых суперсил?» Причем к суперсилам он относит явно не только большие государства, но и мегакорпорации («цифровые гиганты»), и финансовых спекулянтов (евро – это не угроза, а защита благосостояния от давления и спекуляций внешних).
Таким образом, главная претензия скептиков – разрушение государственного суверенитета – становится не угрозой, а возможностью. Сильный европейский суверенитет – это не только дороги, широкополосный интернет, отсутствие внутренних границ, школы, научные и культурные проекты, это прежде всего защита образа жизни, того самого благосостояния.
А чтобы защищать его еще лучше и еще сильнее, нужны новые всеевропейские органы и создание общеевропейской армии. В принципе, Макрон выглядит как последователь певцов суверенитета из коллектива Путин – Трамп – Моди – Эрдоган. «Наше главное сокровище – суверенитет, он основан на святости и превосходстве нашего «образа жизни»/«духовности», и то и другое нуждается в защите, поэтому мы создаем мощнейшие армии и тратим деньги на безопасность. Без дорогостоящей безопасности нет ни экономики, ни инфраструктуры, нет вообще ничего». Это важный поворот, знаменующий, пожалуй, окончательную победу «популизма суверенитета» в мировом масштабе.
Главным макроновским предложением становится суверенитет ЕС как мировой силы, конкурирующей с другими мировыми силами на всех фронтах – от военного до научно-образовательного со слоганом «Свобода. Защита. Прогресс». И в этом есть логика и обаяние. Ошибки и недоработки евробюрократии он тоже признает весьма охотно и объясняет их появление уходом от истинного понимания Европы. Европа – это живой ценностный проект, а не рынок, единое регулирование или набор удобных сервисов вроде Шенгенской безвизовой зоны. Давайте обсуждать ценности в пакете с механизмами их продвижения и механизмами их защиты, и все у нас будет ок.
Присутствует много конкретики, прежде всего – он же инвестбанкир у нас – в области создания разного рода единых инвестиционных центров («специальных банков») в самых разных областях, интересных для «проекта», от экологии до фундаментальной науки. И управляющих/координирующих структур – всяких советов по общей безопасности, цифровой и нецифровой, вполне себе армейски-хардкорной. «На оборону больше средств, усилий и внимания!» – для ЕС это прямо откровение.
Отдельно в практическом блоке стоят две идеи: «развивать Африку» (перенести «войну с миграцией» на территорию противника) и «запретить иностранное финансирование политических партий» (привет левым евроскептикам, которые двумя руками повсеместно гребут иранские (а ранее венесуэльские) деньги, и правым – которым то мы поможем, то трамписты, то еще кто-то извне. Ну и борьба с неравенством доходов внутри ЕС – важная, очевидно, и для Макрона, и для ЕС история. Тут Макрон вводит хороший термин в качестве задачи: «создание социального щита для каждого работающего в ЕС».
Из отдельно любопытного – единая пограничная служба, работающая по общим максимально строгим правилам, единый миграционный офис с едиными же правилами («переосмысление шенгенского пространства») и общая политика по импорту и конкуренции. «Нельзя свободно торговать с теми, кто не исповедует наши экологические ценности и не руководствуется нашими правилами производства» – и тут черным по белому прописаны Китай и Америка. То есть постулируется примат «ценностного» интереса, политического, если угодно, над интересом свободной торговли и конкуренции. Тоже шаги не из традиционного европейского арсенала.
Макрон новым молодым взглядом смотрит на германские идеи для ЕС. Там, где немцы действовали инструментами «ползучей десуверенизации», он предлагает придать процессу позитивную политическую интерпретацию и политическое звучание. Мы создаем общий сильный суверенитет во имя Прогресса, Защиты и Достатка. Звучит хорошо, тем более что главной претензией евроскептиков была лживость и двуличие евробюрократии. Говорят одно, делают другое, задачи решают вообще третьи.
Предложение Макрона убивает возможность такой пропаганды. Что значит – вы против единого суверенитета? Вы не хотите «социального щита трудящихся», «защиты от конкуренции Китая и США», «единого жесткого отношения к мигрантам» вместо коррупции и политических игр на уровне отдельных стран и так далее. А чего же вы тогда хотите? Мнимые патриоты на иностранном финансировании? Эпоха искренности как есть.Источник: Блог Глеба Кузнецова