Тут на днях вспоминали, как некоторые наши сограждане реагировали на референдум в Крыму 5 лет назад и на «русскую весну» вообще. Что беспокоили их «санкции, девальвация, изоляция». Множество, например, моих знакомых – чиновники, креативный класс и бизнесмены – рассуждали, что лучше потерять Крым, чем потерять возможность ездить за границу отдыхать, и курс доллара/евро куда важнее всего прочего.
И вот интересно, это все такая большая отечественная традиция. Российский бизнес, интеллигенция, политический класс (особенно, как ни странно, чиновники и их дети) всегда не любили, если правительство начинало жестко отстаивать интересы страны.
Вот, скажем, 19 октября 1870 года российским послам в Европе и Англии был направлен знаменитый циркуляр Горчакова. Суть напомню. После Крымской войны России запретили держать военный флот на Черном море, а Севастополь запретили использовать как военную базу.
14 лет спустя Россия окрепла, сосредоточилась, и Петербург заявил – пошли вы к черту с вашими договорами.
«Его императорское величество не может допустить, чтобы безопасность России была поставлена в зависимость от теории, не устоявшей перед опытом времени, и чтобы эта безопасность могла подвергаться нарушению, вследствие уважения к обязательствам, которые не были соблюдены во всей их целости».
Циркуляр произвел эффект примерно такой же, как референдум в Крыму в 2014-м. Вой поднялся в Европе страшный. Англия стала спешно искать союзников для войны с Россией, но не нашла. Это тогда Федор Тютчев написал свое знаменитое «В свои права вступает снова родная русская земля».
А вот что писала его дочь Анна Тютчева, фрейлина императрицы Марии Александровны и воспитательница ее младших детей, в то же самое время в своем дневнике: «С одной стороны, эта смелая выходка русского правительства льстит русскому столь пострадавшему политическому самолюбию, с другой стороны, все страшатся войны, к которой мы, вероятно, не довольно подготовлены. Курс сильно упал.
Наше московское общество колеблется между чувством польщенного народного самолюбия и страха войны. Оно надеется, что правительство наше предвидело шансы войны и готово их встретить. ...мы с Англией, Австрией и Турцией так легко не справимся, а наше ослабление – их прямой расчет. Английские газеты, в особенности Times, ужасно восстают против намерения России и говорят, что нужно ему воспрепятствовать во что бы то ни стало».
Насколько мало все изменилось. Схожие какие рассуждения. Курс, понимаете, упал. Это про рубль, конечно. И чиновники у нас так себе. И дипломатия дерьмовая. И зачем нам этот флот вообще. Тут ведь курс. Безопасность русских людей? Да к чему она.
И во время Русско-турецкой войны 1877 года либеральная пресса Москвы и Петербурга пишет о том, что из-за этой ненужной войны курс падает, и биржа падает, и вообще Россия оказывается в изоляции от всего остального мира. И тогда Достоевский в своем «Дневнике писателя» замечает: «Они кричат теперь хором о торговом застое, о биржевом кризисе, о падении рубля. Но если б эти биржевики наши были настолько дальновидны, чтоб понимать кое-что вне своей сферы, то они бы и сами догадались, что если б Россия не начала теперешнюю войну, то было бы им же хуже. Чтоб были «дела», даже биржевые, надо, чтоб нация жила в самом деле, то есть настоящею живою жизнию и исполняя свое естественное назначение, а не была бы гальванизированным трупом в руках биржевиков».
Источник: Блог Андрея Медведева