Алексей Кудрин согласился стать председателем Счетной палаты, и это не менее важное для России решение, чем назначение нового Кабинета министров.
Бывший министр финансов, последние семь лет лелеявший мечту возглавить правительство и повести российскую экономику по пути западной либерализации, фактически вынужден отказаться от большой политики и встроиться в вертикаль.
Долгие месяцы в СМИ усиленно и регулярно вбрасывались «инсайды» о том, что Кудрин возглавит правительство или будет назначен на другой высокий пост. Самый последний от «Блумберга»: Кудрина назначат на высокий пост для налаживания экономических связей с Европой и США.
Сейчас, когда от Владимира Путина известно, что решение о Медведеве в качестве нового старого главы правительства было принято за полтора года и он разрабатывал майские указы, понятен манипуляционный характер таких сообщений.
Кудрина проталкивали на высокий пост, информационно принуждали Кремль к такому решению. А хорошо известно, что Путин этого очень не любит.
Стоит ли говорить, что Алексей Кудрин – не просто один из бывших министров и глава экспертного Центра стратегических разработок.
Признанный Западом в 2010 году лучшим министром финансов года и давний товарищ Владимира Путина, который чрезвычайно дорожит этой дружбой, Кудрин после 2011 года умудрялся быть приближенным к власти и одновременно чуть ли не главной фигурой либеральной оппозиции, прозападной части элиты.
С его фигурой связывали чуть ли не последние надежды те, для кого встроенность в Запад важнее суверенитета России.
Присутствие Кудрина на Болотной площади во время протестов 2012 года было не случайностью, хоть и редким примером неосторожности обычно аккуратного системного либерала. В своих откровенных речах Алексей Леонидович никогда и не скрывал, что Запад и его экономическая модель являются идеалом для подражания и что Россия должна идти в фарватере «прогрессивного мира».
К примеру, два года назад Кудрин призвал Кремль изменить внешнюю политику на дружелюбную: мол, отказ от внешнеполитических амбиций (читай: интересов) позволит стране нагнать государства Запада в технологическом и экономическом отношении.
Эти и другие заявления Кудрина не столько экономические, они политические и выдавали в нем амбиции именно политика. Человека, который через руководство всей российской экономикой и благодаря доверительному отношению Путина хотел повести Россию курсом 1990-х.
Этакий Гайдар 2.0, проводящий шоковую либерализацию – но не под соусом рыночных отношений, а под соусом улучшения инвестиционного климата и оптимизации социальной сферы.
Разрабатывая экономическую программу до 2024 года, Кудрин фактически предлагал Путину кардинально изменить направление государственного развития (она так и называется – «Стратегия развития страны»).
И вот – Счетная палата. Да, не самая последняя должность. Более того – серьезная контрольная структура, фактически независимый высший аудит финансовых расходов государства.
Главное – на этом посту Кудрин сможет проверять деятельность кабинета Медведева, и с учетом отношений между ними будет делать это пристрастно, подчиняясь лично президенту.
Однако, согласившись на предложение стать главным госаудитором, Кудрин тут же поставил крест на своих амбициях в большой политике. И это очевидно всем – как его противникам, так его сторонникам.
Газета «Ведомости» с досады назвала его политическим пенсионером, а журнал «Форбс», не скрывая разочарования, констатировал, что «Кудрин может оставаться только в составе команды и подчиняясь жестким правилам». Правилам, которые пишет гарант Конституции, избранный народом лидер. Другого варианта не дано.
И этот урок тем показательнее, что некогда заместители Кудрина, если угодно, кудринцы Голикова и Силуанов, намного раньше понявшие и принявшие игру по правилам, в новом составе правительства заняли высокие должности вице-премьера. Антон Германович и вовсе занял место, на которое западные СМИ сватали Кудрина – главного по экономике.
Этого не ожидал никто из экспертов, которые всегда считали Силуанова техническим министром. Но именно такое качество и необходимо исполнителю воли главы государства, коим и является министр.
Давно пора понять, что правительство – не место для политиков. Желающие сменить курс страны должны идти на выборы и добиваться поддержки большинства, а не келейно или с помощью уличных протестов шантажировать власть.
Решение по Кудрину также сигнал тем, кто путает либерализм экономический с политическим и западничеством. Одновременно это поощрение тем, кто хочет работать на пользу стране, пусть и либеральными инструментами, не влезая в большую политику и уж тем более на стороне геополитического противника.
Нынешние кандидаты в вице-премьеры, предложенные в новое правительство, даже не системные либералы, это аполитичные, квалифицированные исполнители, ставящие себя вне идеологии. Можно спорить о способности нового Кабинета министров (когда он будет утвержден) совершить рывок в развитии страны, но совершенно точно, что в нем будут только те, кто не станет тратить время на идеологические препирательства, кто будет настроен исключительно на исполнение принятых решений.
Такие правительства принято называть техническими, но на самом деле любое правительство должно быть лишь «техникой», механизмом решения задач. Концептуальные решения должны приниматься главой государства, а министры должны их реализовывать. И уж тем более в правительстве не должны думать над тем, как бы сгладить внешнюю политику президента.Наконец, считается, что разработки Кудрина и ЦСР легли в основу майского указа, а потому даже без руководства Алексея Леонидовича правительство будет реализовывать его программу. Это не так.
Да, некоторые предложения ЦСР, прежде всего в акценте на улучшение социального развития, находятся в основе новых национальных программ. Однако по сути они есть деполитизированная выжимка из предложений, которые по задумке Алексея Леонидовича должны были стать этакой оберткой для западнизации.
Сейчас же реализацией майских указов будут заниматься те, для кого исполнение поставленных президентом задач является приоритетом.