Президент в послании Федеральному собранию объявил курс на пространственное развитие страны, на повышение общей связанности российских территорий. Действительно, ситуация из рук вон плохая.

У нас самая большая страна в мире, и территории существуют зачастую как бы независимо друг от друга, и не только отдельные регионы, не только целый Дальний Восток или Сибирь. Но и просто отдельные города и поселки, которые оторваны от цивилизации, не могут получить качественного образования, не могут получить медицинского элементарного обслуживания.

Да что уж говорить там про какие-то такие фундаментальные вещи! Пенсионеры, которые получают пенсию теперь по карточкам, обнаруживают, что банкомат, который у них ставили в селе или поселке, сегодня не работает, а потом не работает еще неделю или его забывают обслуживать, и пенсионерам приходится ездить по сто, по двести километров в райцентры для того, чтобы просто снять свою пенсию.

Аналогичная ситуация с почтой. Она приходит зачастую с опозданием, к 8 марта люди получают новогодние открытки, письма ходят по полгода, посылки – то же самое.

Даже если говорить про товары народного потребления: в отдаленные деревни изредка приходят автолавки, которые привозят совершенно скудный ассортимент, и люди, что называется, забыты Богом.

Конечно, эту ситуацию терпеть дальше нет никакой возможности, и сейчас в программу пространственного развития страны, в программу повышения связанности территорий будут вкладываться большие государственные деньги.

В первую очередь, конечно, речь шла об автомобильных дорогах, о повышении их качества. Федеральные трассы действительно приведены в хорошее состояние, сейчас займутся региональными трассами, это уже очень хорошо.

Конечно, все что могут сделают и с железнодорожным транспортом, большие магистрали пойдут, по всей видимости, и по северу России, и соединение с Казахстаном, и соединение с Китаем. Будут расширять Транссибирскую магистраль. Все это хорошо и замечательно. И конечно, появятся между крупными городами скоростные поезда типа «Сапсанов», «Ласточек» и так далее.

Но есть транспорт, который для нас был бы наиболее подходящим и менее дорогостоящим, чем железные дороги и автомобильное сообщение.

Приведем простой пример. Между такими северными городами, как Мурманск и Архангельск, существует автомобильная дорога 1600 километров. По ней нужно ехать 20 часов, чтобы добраться, а железной дороги между этими городами нет и в ближайшие десятилетия точно не будет.

В то время как расстояние по прямой между этими городами 590 километров, и, по идее, обычный самолет спокойно мог бы перевезти людей за 2,5 часа максимум, при этом стоимость билета такого самолета была бы 6 тысяч рублей. Но такие самолеты не летают.

Сейчас для того чтобы из Архангельска доехать в Мурманск самолетом, ну или из Мурманска в Архангельск, нужно пролетать через Москву и тратить на это 22 часа. Отдельный какой-то прямой рейс периодически запускался (компания «Ютэйр»), но поскольку загрузка людей на такой самолет очень низкая, то и цена билета – 18 тысяч.

Естественно, что при такой цене загрузка и будет низкая, потому что не так много мурманчан и архангельцев вообще собираются летать из города в город и в принципе готовы платить такие деньги.

Могу привести такой же пример. Между городами Охотск и Магадан 450 километров по прямой. Между Магаданом и Петропавловском-Камчатским – 900 километров по прямой. Во все эти города нельзя попасть не то что железной дорогой – там она в принципе отсутствует, – но даже автомобильной трассой, которая тоже там отсутствует.

Но если вы хотите из Петропавловска-Камчатского поехать в Магадан, то вам нужно прилететь в Москву, а из Москвы уже лететь в Магадан. Точно так же летают очень многие. Почему-то, например, из Новосибирска в Читу нельзя улететь, а нужно лететь в Москву сначала, потом в Читу уже прилетать, аналогичная ситуация с Красноярском и так далее. И конечно, это никуда не годится. 

Здесь должна использоваться малая авиация.

Не большая, которая требует обязательно большой загрузки, а этой загрузки мы не обеспечим никогда, а особые малые самолеты с небольшим количеством пассажиров – может быть, 10 или 20 человек, не более, которые были бы очень дешевыми в обслуживании и которые могли бы садиться на малые аэродромы. Для них не нужно строить больших межконтинентальных хабов, взлетных полос, которые бы принимали большегрузы, и так далее.

Малая авиация – это спасение для России с ее огромной территорией, которая растянулась на девять часовых поясов.

Еще раз повторю: транспорт железнодорожный и автомобильный малую авиацию не заменит. На территориях, где суровые и экстремальные климатические условия, как север, Сибирь, Дальний Восток, строительство дорог, хоть железных, хоть автомобильных, никогда в принципе не окупится, тогда как самолеты могли бы возить и почту, и пенсии, и деньги, и товары народного потребления, и экстренно эвакуировать больных, например. Ну и, собственно, осуществлять и само пассажирское сообщение.

Малая авиация у нас недоразвита в принципе, у нас даже обычная авиация находится, скажем так, в недоразвитом состоянии. Для сравнения: в 2016 году авиация перевезла 88 миллионов пассажиров. Железнодорожный транспорт – 1 миллиард, потому что мы гораздо чаще пользуемся железнодорожным транспортом, а автотранспорт – 11 миллиардов поездок, то есть в 100 раз больше, чем авиация.

Естественно, что нужно развивать и большую авиацию, но малой авиации нужен отдельный, особый, специальный самолет, нужно его специально разрабатывать, нужны соответствующие порты.

Также нужны изменения законодательства, чтобы малая авиация могла спокойно в уведомительном порядке взлетать и садиться. Потому что сейчас наши авиационные диспетчерские службы настроены таким образом, что нужно очень долго получать разрешение, авиационным компаниям невыгодно вкладываться в малую авиацию хотя бы даже по причине того, что слишком много бюрократии связано с ее использованием.

Кроме малой авиации наши расстояния нуждаются и, наоборот, в сверхзвуковых самолетах. Напомню, что в СССР существовал Ту-144 и некоторое время даже эксплуатировался. Но после трагедии во Франции, когда такой самолет упал, его производство было прекращено, он был снят с линий. Французы сделали свой сверхзвуковой самолет «Конкорд», который использовался тоже в течение нескольких лет, но опять-таки из-за трагедии был снят с производства, перестал использоваться.

И с той трагедией, кстати, тоже не все ясно, считается, что это досадная случайность.

Но означает ли это, что мы должны отказаться от производства? У нас есть сверхзвуковые самолеты, которые используются в армии. На их основе, и Путин уже об этом заявил, мы вполне можем сделать и пассажирский сверхзвуковой самолет, чтобы покрывать расстояние, например, от Москвы до Владивостока всего лишь за пять часов. Это резко повысит связанность территорий.

Другого пути, кроме как возрождать авиацию вообще и малую авиацию в частности, у нас нет. В свое время это хорошо видели в сталинском СССР. Авиация тогда была самым прогрессивным видом и военной техники, и транспорта вообще, поэтому в ней видели – и справедливо видели – будущее.

Было открыто огромное количество школ ДОСААФ. Дети постоянно учились прыгать с парашютом, учились водить маленькие самолеты. Летчик – была модная профессия, и была связанная с этой профессией романтика.

Сегодня летчики – это слишком узкая профессия, нет никакой романтики, а на самом деле нам нужно возрождать и спортивные школы, и школы авиации, особенно малой авиации, которые бы учили пилотировать людей малые самолеты точно так же, как учат пилотировать или водить машины, чтобы люди легко могли получать права и их использовать.

Ничего невозможного в этом нет. В той же Америке, например, огромное количество частных самолетов, аэротакси, и это притом, что Америка по размерам гораздо меньше, чем Россия. 

Остается надеяться, что в этот раз призыв президента будет услышан, эта отрасль получит государственное внимание и буквально лет через десять мы будем жить в другой стране.