Отношение к демократии в нашей стране вернее всего назвать неопределенным. Большая часть из нас на вопрос «Как вы относитесь к демократии?» тем или иным образом затруднится с ответом.

Приверженность к демократии не беспочвенна

Одни процитируют известный афоризм, обычно приписываемый Черчиллю, про то, что «демократия, возможно, и плохая форма правления, но все остальные еще хуже», другие прямо скажут, что они в этой самой демократии разочаровались. Как и во всем, что проповедовали в свое время «демократы» и «либералы». Третьи просто скажут, что не знают.

И, скорее всего, те, кто высказались за или против демократии, не смогут объяснить, почему они придерживаются своего мнения. И это относится отнюдь не только к так называемым «простым людям». Люди, прилично образованные, ровно так же затруднятся с ответом.

И это притом что не меньше половины наших граждан регулярно участвуют в выборах всех уровней и голосуют за конкретных кандидатов и партии. Более того, как бы у нас массово ни ругали парламент, любая попытка его отменить, скорее всего, вызовет массовое недовольство.

Другое дело, что это недовольство, скорее всего, к активному протесту не приведет. Собственно, мы все это уже видели в реальности. Очень многие были в свое время недовольны отменой выборности губернаторов. И когда эту выборность восстановили, это многим понравилось. Но и не более того.

Это сочетание неопределенности мнений с индифферентностью и апатией резко контрастирует с мнениями по этому вопросу у нашего «пятнадцатипроцентного» меньшинства.

Его представители уверены в том, что наличие или отсутствие демократии в той или иной стране – это самое главное, что о ней нужно знать. И что «режимы», в которых «отсутствует или ограничивается» демократия, «не имеют права на существование». Причем, как мы знаем, точка зрения нашего «меньшинства» по этому вопросу полностью совпадает с точкой зрения «мировой общественности».

Любое западное СМИ, хоть самая жалкая «районка», с важным видом объяснит вам, что «правильная власть» – это когда в стране существует парламент, многопартийность и честные выборы. В общем, все, что у нас говорили кадеты в Февральскую революцию – всеобщие, открытые, равные и тайные выборы.

Так вот. Я уже довольно давно пришел к выводу, что взгляд на демократию большинства нашего народа гораздо более разумен, чем «общепринятая» точка зрения «мировой общественности», за которую так радеют наши либералы.

Потому что демократия – это не хорошо и не плохо. Это просто один из исторически сложившихся механизмов формирования исполнительной власти.

И для любого разумно мыслящего человека должна быть гораздо важнее политика, которую проводит исполнительная власть, чем механизмы формирования этой власти.

Конечно, если бы демократия давала нам реальную возможность определять политику исполнительной власти, то за демократию стоило бы бороться.

Но на самом-то деле единственное принципиальное отличие демократического режима от авторитарного – это то, что при демократии существует реальная возможность отправить исполнительную власть в отставку на выборах. А вот возможность реально влиять посредством демократических механизмов на политику властей представляется чрезвычайно редко.

Большую часть людей волнует вовсе не возможность отправить в отставку президента или премьера, «потому что он надоел», а совсем другие вещи.

Насколько власть обеспечивает благосостояние граждан. Каков уровень и качество жизни. Насколько власть обеспечивает их безопасность. Борется ли власть с социально-экономическим неравенством. Защищает ли власть «слабых» от агрессии «сильных» и дает ли она этим слабым реальное право на самооборону.

Поддерживает ли власть науку, культуру и образование. Есть ли в стране возможности для «честной» вертикальной мобильности. Могут ли люди свободно высказывать свои взгляды, исповедовать свою веру и читать то, что считают нужным. Могут ли люди свободно подшучивать над «сильными» и самой властью.

И я совершенно не уверен, что в решении всех этих проблем демократические режимы имеют преимущества над авторитарными.

На самом же деле и возможность народа влиять на власть, и возможность добиться приемлемых цен и качественного обслуживания зависит от совсем других причин.

От системы управления и качества этой системы в данном обществе. От того, какая в этом обществе культура. От принятых в этом обществе этических принципов. Наконец, пардон, от того, насколько хорошо власть относится к своему народу.

Так что, подводя итог, скажу – приверженность к демократии, конечно, не беспочвенна. В ней есть свой положительный смысл.

Это здравое желание того, чтобы власть заботилась о благе своего народа. Однако реализация этой совершенно правильно поставленной задачи от демократических институтов напрямую не зависит.