Резкий всплеск интереса «а что там у молодежи» после митингов 26 марта оказался полезен. Ажиотажный спрос на любые исследования по теме ценностей и предпочтений молодежи сдул с отчетов и выводов пыль – раньше даже политические эксперты проходили равнодушно мимо. Но лучше поздно, чем никогда.
Общество сейчас переживает самый сильный поколенческий разрыв
Общество сейчас переживает самый сильный поколенческий разрыв с очевидной причиной – развитие информационных технологий. В этой гонке знаний родители проиграли уже сразу – цифровую среду подростки и молодые люди осваивают с абсолютным преимуществом.
Но что они там делают, в виртуальном мире, чем интересуются и что ненавидят? Какие ценности у этого поколения, насколько они моральны в понятии родителей? Старшему поколению остается только догадываться, как бы родители себя ни утешали и ни строили иллюзий.
Но государство обязано интересоваться настроениями, мечтами и недовольством каждой части общества. И молодежи в том числе как прямых наследников могущества страны. Государство вкладывает бесконечные ресурсы и надежды в каждое новое поколение, поэтому справедливо хотело бы знать, что в головах у будущих руководителей и исполнителей.
И тут на помощь обществу приходят люди категории «доверяй, но проверяй». Социологи проводят опросы и интервью, докапываются до очевидных и скрытых мотиваций. И потом делятся с обществом: «не делайте вид, что мы вам не говорили».
В контексте личного для себя вопроса «молодежь за Путина или нет» самое интересное из того, что я читал про политические предпочтения молодежи, – это исследования февраля–марта Фонда общественное мнение (ФОМ).
Опросили тысячу молодых людей, подробные интервью в виде фокус-групп провели в Воронеже, Калининграде, Перми, Севастополе, Санкт-Петербурге, Ярославле. Причем к молодежи, как оказалось, социологи относят возраст 17-34. Всегда до этого считал, что возраст молодежи заканчивается в 30 лет и с появлением ребенка.
Итак, выделю главное. Треть молодежи с натяжкой можно отнести к активно политизированной. Магическая треть присутствует в вариантах общественно-политической активности: публичные высказывания в интернете по региональным или общенациональным новостным поводам (33%), внимание к предвыборным кампаниям (36%), волонтерская деятельность (35%), подписание коллективных писем, петиций (35%) и т.п.
Это характеристики тех, кто критично настроен к власти. Лояльное к власти большинство, скорее, аполитичное. Кстати, доля тех, кто допускает для себя возможность участия в акциях протеста, связанных с проблемами, которые заботят их лично, составляет в среднем 36%.
Любопытно, как у молодого поколения выглядит интерес к политике. Оказалось, что большинство молодежи переживает или радуется за происходящее в стране, не будучи погруженной в новостной поток о политике. Не читают ленты информагентств и политическую аналитику, но, тем не менее, имеют представление и позицию по многим политическим вопросам. И здесь требует отдельного изучения вопрос, по каким каналам молодежь считывает политическую картину страны.
Ну и о главном политическом событии следующего года – выборах президента. Получить более достоверную информацию о явке на выборы в соцопросах можно не прямым вопросом, а косвенным. Спрашивая о третьих лицах, выясняя, пойдут ли сверстники на выборы.В данном опросе получается 60% уверенных в том, что другие пойдут на выборы (но на самом деле подразумевая и себя). В голосовании на гипотетических выборах за конкретного кандидата фаворит предсказуем – Путин набирает 63% симпатий при 88% позитивной оценки работы на посту.
Но есть интересный феномен, 68% считают, что альтернативы Путину в стране им неизвестны. Тогда выходит, что оставшейся трети такие известны? Оказывается, нет. Только 9% имеют представление о конкретных кандидатах, которые, по их мнению, могли бы справиться с президентскими обязанностями.
У молодежи огромный выбор информации и медийных героев. Но, судя по этим цифрам, нынешние оппозиционные политики не дотягивают до того уровня, чтобы стать интересными для нового поколения.