Имя последнего, трагически погибшего российского царя снова фигурирует в медийном скандале. Предыдущий «хайп» разгорелся вокруг обстоятельств его личной жизни; нынешний – вокруг обстоятельств смерти.

Видный деятель РПЦ епископ Тихон (Шевкунов) сообщил на конференции «Дело об убийстве царской семьи: новые экспертизы и материалы. Дискуссия», что в ходе нового расследования, начатого СК в 2015 году, будет проверена в том числе версия ритуального убийства Николая Романова, его семьи и приближенных и что в РПЦ эта версия встречает «самое серьезное отношение».

В ответ председатель Федерации еврейских общин России Александр Борода разразился гневной отповедью, обвинив РПЦ и Следственный комитет в намерении… оклеветать евреев.

«Обвинение евреев в ритуальном убийстве – один из самых древних антисемитских наветов. Он многократно служил причиной преследований, жертвами которых становились сотни и тысячи человек. Но каждый раз, когда эти обвинения рассматривали люди, не зараженные антисемитскими предубеждениями, выяснялось, что этот навет лжив… Вызывает сожаление, что его поднимают вновь, представляя клеветнический навет как достойную проверки версию», – заявил Борода.

Реакция, прямо скажем, асимметричная. О евреях епископ Тихон не сказал ни слова (а затем и специально пояснил, что о каких-либо иудейских ритуалах речь не шла).

Ритуалов – религиозных, оккультных или гражданских – на свете неисчислимое множество, как и верований и убеждений, за этими ритуалами стоящих. Мгновенно принимать слова о ритуальном убийстве на свой счет и реагировать так, словно в ритуальных убийствах никого, кроме евреев, обвинять невозможно – контрпродуктивная реакция.

Однако дальше, что называется, понеслось. «Дикость», «мракобесие», «днище», «как можно в XXI веке всерьез говорить о ритуальных убийствах?!» – это самые мягкие выражения, которые слышат сейчас в свой адрес РПЦ и Следственный комитет.

Честно говоря, такое бурное возмущение вызывает скорее обратную реакцию.

Когда мы слышим, что о чем-то, не противоречащем законам физики и биологии, «просто нельзя говорить», потому что это «дико» и «неприлично», это настораживает. И автоматически вызывает мысль: а не хотят ли от нас что-то скрыть?

В ритуальном убийстве – т.е. убийстве по религиозным или оккультным мотивам – ничего невозможного нет.

Даже самый воинствующий атеист не станет отрицать существование верующих и того, что ради своей веры верующие порой готовы на многое, даже убивать и умирать. Точно так же можно (и даже, наверное, нужно) не верить в различные мистические и оккультные концепции, но очевидно, что на свете немало людей, которые в них верят. И эта вера может побуждать их к действиям, в том числе и очень серьезным.

К началу Гражданской войны в России существовала достаточно давняя и сильная традиция внецерковной мистики.

На протяжении всего XIX века внецерковные (и отчасти антицерковные) мистические учения и практики – от хлыстовства до спиритизма – были широко распространены и популярны в стране, как среди низшего, так и среди высшего класса. А в начале ХХ века это увлечение приняло в среде интеллигенции повальный характер.

Читая литературу Серебряного века, мы видим, что мистикой и оккультизмом – иногда весьма «темным», вплоть до прямого дьяволопоклонничества – увлечен даже не каждый второй автор, а девять из десяти.

И это не специфическая особенность русского Серебряного века: такое же «религиозное возрождение» с сильным привкусом оккультизма, часто связанное с протестом против христианства (или, по крайней мере, церковного истеблишмента), происходило в те же годы в Европе и США.

Это общее поветрие не миновало и большевиков – по крайней мере, некоторых.

Можно вспомнить и Луначарского, и Богданова с его полунаучными, полуоккультными разработками, и контакты большевистской верхушки с Рерихом. В выборе пентаграммы в качестве символа, в постройке Мавзолея и создании культа «вечно живого» Ленина чувствуется некий очень специфический душок.

Да, большевики позиционировали себя как атеисты и материалисты – но оккультизм (в отличие от институциональной религии) атеизму не противоречит, а если в нем используются квази-естественнонаучные объяснения, не противоречит и материализму. Что же до христианства вообще и Православной церкви в частности – резко негативное отношение большевиков к ним хорошо известно и в доказательствах не нуждается.

А российский император, помимо всего прочего, являлся важной религиозной фигурой. Он – «помазанник Божий», он – глава Православной церкви.

Сакральное значение фигуры царя, короля или императора – общее место и для религиоведения, и для разного рода мистических и оккультных концепций.

Люди, чья картина мира включала в себя решительное противостояние и Православной церкви, и «старому порядку» в целом, вполне могли рассматривать царя в том числе как сакрального врага. Это не доказано, но вполне возможно, и «дикого» или «неприличного» в такой гипотезе не больше, чем в признании, что теракты ИГИЛ* совершаются из религиозных побуждений.

Стоит отметить, что проверка убийства Николая Второго и его близких на «ритуальность» уже проводилась в 1998 году, во время предыдущего расследования – и тогда этот мотив убийства был отвергнут. Однако сама такая проверка не вызвала никакого общественного возмущения.

Почему это важно для РПЦ? Помимо того, что религиозные вопросы вообще имеют для церкви первостепенную важность – здесь у нее есть конкретный и практический мотив.

Сейчас Николай Второй признан церковью святым в чине страстотерпца. Так называют святых, претерпевших страдания и смерть не за христианскую веру, а по чисто «мирским» причинам – в результате заговора или политического убийства.

Но если Николай был убит как религиозная фигура, как представитель церкви, по религиозным или мистическим мотивам – посмертный «статус» его меняется. Он оказывается мучеником – «звание» более популярное и почетное, позволяющее развернуть более широкое почитание последнего царя, с различными благоприятными последствиями, вплоть до материальной выгоды.

Почему это привлекло внимание председателя ФЕОР и побудило его немедленно «перевести стрелки» на евреев?

Чаще всего этому дается такое объяснение: «Ну все же понимают, о чем речь – ведь это евреев постоянно обвиняют в ритуальных убийствах, вспомните хоть дело Бейлиса!»

Но «все же понимают» – вообще аргумент скользкий, как и любые попытки чтения мыслей. Когда в ходе общественной дискуссии мы вдруг слышим: «ну все же понимают!..» – самое время остановиться и спросить: что именно понимают? Пожалуйста, вслух, можно даже по слогам.

Евреи как-то более склонны к оккультизму, чем все прочие граждане? Вроде нет.

Существует легенда о ритуальных убийствах в иудаизме, т.н. «кровавый навет» – но убийство Николая Второго просто не соответствует ей по фабуле: Николай не был маленьким мальчиком, убили его не на Пасху и совсем не тем способом, который описан в легенде. Если в Ипатьевском доме и совершался какой-то ритуал, то явно не этот.

Или же речь о другом – о том, что, согласно распространенному в консервативных и «антисоветских» кругах убеждению, революцию совершили (или, по крайней мере, приняли в ней активное организационное участие) российские евреи, и именно по мотивам специфической религиозной/национальной неприязни к национальному большинству и его религии?

Это куда более обширная и серьезная претензия.

Непропорциональная роль евреев среди революционных деятелей была заметна всем сторонам во время самой революции и Гражданской войны. Она бросалась в глаза, отражалась практически во всех художественных произведениях, написанных о том времени «по горячим следам». Она активно обсуждалась – в том числе обсуждали ее и пытались осмыслить этот феномен и сами евреи, как сторонники революции (Троцкий), так и противники (Гершензон).

Понятно, что вопрос этот болезнен, и само прикосновение к нему вызывает реакцию отторжения: какому народу приятно быть замешанным в кровавых зверствах?

И, возможно, один из способов увести общественное внимание от этой болезненной темы, неизбежно всплывающей в связи с годовщиной революции, – маргинализировать ее, заранее сведя разговор к скандальной и легко опровергаемой здесь фабуле «кровавого навета», сообщив, что говорить и даже думать о таких вещах могут только дикие маргиналы и мракобесы.

Тема антисемитизма вообще беспроигрышна в смысле переключения внимания.

В любой непонятной ситуации достаточно воскликнуть: «Как? Вы обвиняете евреев… (в том, что они пьют кровь христианских младенцев, поклоняются Сатане, происходят от рептилоидов etc.)?» И дело сделано.

Одни испуганно умолкают и стараются даже думать о чем-нибудь другом, чтобы их не записали в антисемиты. Другие, напротив, оживляются, начинают говорить много, красочно и с большим жаром – но о рептилоидах. И тезис: «Только сумасшедшие мракобесы могут вообще такое обсуждать!» – подтверждается блистательно.

Стоит сказать, что «вбросы» относительно Николая Второго и его судьбы, идущие друг за другом в последние два года, вообще выглядят странновато.

Началось, помнится, со всемосковского голосования о названии станции метро «Войковская».

Сама по себе инициатива выглядела очень положительно: не так уж часто власти спрашивают мнение простых людей о том, среди каких топонимов, в окружении каких символов люди хотят жить, не так часто побуждают активно формировать и высказывать свое мнение о важных и неоднозначных событиях национальной истории. Строго говоря, этого не происходит вообще никогда – с «Войковской» был первый подобный случай.

И публика благодарно откликнулась. Несколько месяцев политически активные граждане погружались в историю вопроса, читали источники, формировали свое мнение, высказывались, спорили, голосовали.

Выяснилось, что отношение делится приблизительно пополам.

Одни считают убийство царской семьи преступлением, которое нельзя забывать или с ним примиряться; у других отношение колеблется от «все правильно с Николашкой сделали» до «да, как-то нехорошо вышло, но в истории и не такое случается, чего уж теперь».

Общественного консенсуса нет.

Возможно, кому-то «наверху» могло показаться удачной идеей и дальше «качать тему»… и следующим актом стал многомесячный фарс вокруг фильма «Матильда».

Кампания против фильма, возглавленная известной и раскрученной женщиной-депутатом, подробно освещаемая в СМИ – где-то в положительном ключе, где-то в отрицательном, но освещаемая ежедневно и очень подробно (скандальные заявления, угрозы, невнятные обещания сжигать кинотеатры, даже аресты «экстремистов») – все это надолго приковало внимание общества к фигуре Николая Второго. Но в каком-то уж очень специфическом ключе.

Забыв и о его деяниях на престоле, и о падении, и о гибели, страна начала дружно обсуждать необыкновенно важный вопрос: спал ли он до свадьбы с балериной или не спал? Трагически погибший правитель России был опущен на уровень плейбоя из светской хроники.

Почти год длился «матильдагейт», год публика с мощной подачи СМИ обсасывала постельные дела последнего императора. Наконец пресловутый фильм все-таки вышел на экраны – и все, как отрезало.

Где митинги и крестные ходы? Где свирепые православные фанатики, обещавшие жечь кинотеатры? Нету. Тема закончена. Повернули рубильник – и лампочка погасла. 

Общая картина складывается такая.

Что делал Николай Второй при жизни? Да вот, то ли спал с Матильдой, то ли не спал. В общем, ерундой какой-то занимался. А как он умер? Да вон, говорят, его евреи в жертву принесли… хотя нет, ну это же чушь какая-то, что тут вообще обсуждать! Словом, «и жил грешно, и помер смешно», и только дураки или дикие мракобесы могут всерьез интересоваться обстоятельствами его жизни или смерти.

Быть может, я склонна к конспирологии. Быть может, на меня накладывает отпечаток собственный опыт практической работы в политических организациях – и, в частности, то, что приходилось наблюдать «вбросы» по частным вопросам, на очень локальном уровне.

«Клубничка» и «евреи» – вот две темы, которые действуют безотказно, как по учебнику. Либо для того, чтобы скомпрометировать – тогда в половом разврате и в еврейском происхождении обвиняют саму «мишень»; либо для того, чтобы увести организацию подальше от продуктивной деятельности и борьбы с реальными проблемами – тогда ей настойчиво предлагают бороться с «развратом» или «мировым сионизмом».

От чего уводят нас в связи с фигурой Николая Второго? От вопроса о причинах революции? О том, что за люди и почему стали ее организаторами и агентами? О том, легитимно ли было отречение Николая и можно ли считать советскую власть и ее наследницу – власть нынешнюю – законными хозяевами страны? О том, кому должно принадлежать «царское золото»?

Не знаю. Но то, что вокруг жизни и смерти последнего царя идут какие-то грязные манипуляции, видно невооруженным глазом.

* Организация (организации) ликвидированы или их деятельность запрещена в РФ