Приближается очередная дата, когда мир сдвинулся окончательно. Многие по-прежнему гадают в духе михалковского проклятого вопроса: «Как все это случилось?»
Первыми убитыми 20 февраля 2014 года, в день расстрела протестующих на Институтской, были не активисты Майдана
Когда нарастающую неизбежность слома можно было вывернуть в более тихое русло? Кто-то называет даты разгона студенческого Майдана. Кто-то – референдума в Крыму.
Но есть одна историческая кровавая точка, которая стала основой легитимизации нынешнего режима, его основанием на власть – убийство людей в центре украинской столицы. «Мирных» протестующих стали расстреливать, и им не оставалось ничего другого, как взять в руки оружие и ответить.
Расследование гибели «Небесной сотни» сразу объявлено делом государственной важности. Открыты памятники, сняты фильмы, пролиты потоки слез на минутах памяти, люди замирали в тревожной тишине, чтобы почтить память героев, скрипели зубы в желании отомстить.
Информация о том, «кто виноват?» в «Революции достоинства» и «что делать?», могла бы разрушить не только мифологию украинской «революции», но и сознание людей, выбравших сторону конфликта на Украине.
Если не принимать во внимание шаткие правовые основания легализации киевской власти, одно из ее немногих неюридических «прав на власть» выводится из преступлений режима Януковича, главное из которых – расстрел активистов Майдана.
Это боль, стыд и ахиллесова пята нынешней киевской власти, которую больше года скрывают информационным мусором.
В прошлом году даже европейские консультанты выпустили доклад, и вывод с политкорректного можно перевести так: вы – кретины, вы сидите на своих стульях только потому, что «режим Януковича» убил «Небесную сотню».
А у вас то документы и гильзотека, имеющая отношение к трагическим событиям февраля, исчезают, то свидетели убегают и/или меняют показания, то деревья спиливают.
У нынешней киевской власти есть одно из немногих оправданий, чтобы:
– занимать правительственные кабинеты, устраивать выборы;
– организовывать военные операции против собственных граждан;
– брать кредиты у других стран, увеличивая кабальную зависимость;
– увеличивать тарифы, не платить зарплаты.
Главное из этих немногих оснований:
– правительство Януковича давало команду стрелять по людям;
– должностные лица прежней власти виновны в убийствах, именно поэтому оппозиционеры в феврале имели моральное право начать ответную охоту на действующего президента, выдавить его из страны, сменить власть и начать принимать нормативные акты (разваливающие страну).
Если двух этих оснований нет, Порошенко, Яценюк, Турчинов, Аваков... – никто и зовут их никак.
Сейчас, после того как опубликовано интервью активиста Майдана Бубенчика, на любую попытку приказывать что-либо гражданам Украины любой гражданин имеет моральное право использовать в ответ хорошо знакомые русские лексические обороты, дающие и персональную оценку киевской власти, и направления, куда ей следует отправиться.
Первыми убитыми 20 февраля 2014 года, в день расстрела протестующих на Институтской, были не активисты Майдана, а бойцы «Беркута». В них стрелял львовянин Иван Бубенчик.Приказ стрелять по митингующим был отдан после того, как из автомата в затылок были убиты несколько милиционеров. Почти в упор. Судя по рассказам Бубенчика, как минимум трое.
С этой правды о революции «достоинства» должен начинаться любой рассказ о событиях февраля 2014 года.
Нынешняя киевская власть сидит в правительственных комитетах только потому, что милиционеров расстреляли в затылок. Вот она – точка невозврата для Украины.
Источник: Блог Владислава Булахтина