Я старею. Я сегодня сдержался пять раз! Пять! Пять раз мне хотелось не просто выйти на первый план, а так, чтобы вообще... Чтобы запомнили надолго.
Сдержался.
Способна ли наша творческая интеллигенция к саморегулированию?
Особенно трудно мне было сдержаться по поводу Константина Аркадьевича Райкина.
Почему? Ну, с одной стороны, я его терпеть не могу. Я и папу его не жаловал, а уж младшего... А потом – я часто бываю по личным делам в Марьиной Роще и хожу мимо известных строений. Так что...
С другой стороны, он же кое в чем прав. Я бы даже сказал – сильно кое в чем.
Я не трясусь от ужаса при слове «цензура», но когда цензуру начинают осуществлять непонятные граждане с мутной биографией и разные общественные структуры... Мне это кажется некоторым «перебором».
Особенно когда видишь много похожего с тем, что делается на соседней юго-западной территории.
Но, с третьей стороны, прав и Песков. Еще как прав.
Идея нашей интеллигенции с хорошими лицами, что она будет показывать государству и большей части общества фигу за деньги этого государства и общества (финансирование театров, если кто не знает, осуществляется из наших налогов), мне откровенно не близка.
И хорошо, что нашей интеллигенции неправильность этой мысли кто-то внятно и вежливо разъяснил, хотя вой, вероятно, будет дикий.Но с четвертой стороны, отдавать на откуп чиновникам решение творческих вопросов, даже таких, как у нелюбимого мною Константина Аркадьевича... А там ведь не совсем творческий вопрос, правда?
Ну, это тоже не блестящая идея. Чиновник по определению должен быть механистичен. Даже если честен. А тут материи тонкие.
А с пятой стороны, способна ли наша творческая интеллигенция к саморегулированию?
Большой вопрос. Она говорит о гражданском обществе и общественности как «фильтрах», но считает гражданским обществом только себя и своих друзей, у которых также «хорошие лица».
Хочется спросить: а мы? Мы, что же, не общество? У нас что, нет права судить?
Знаете, коллеги, наверное, когда у вас в связке «с одной стороны...», «с другой стороны...», появляется потребность сказать: «а с третьей...» – то это уже старость.
Картинка слишком рельефна и выпукла. Мир становится объемным и сложным, что чертовски затрудняет развитие. Старею, коллеги, старею.
А вообще – молодец, Константин Аркадьевич. Такой камень с горы запустил....
На очень сильно подумать.
Источник: Блог Дмитрия Евстафьева