Любопытно, что нам не говорят о соотношении сил красных и белых. У белых по совокупности никогда не было даже 500 тысяч человек под ружьем.
У белых по совокупности никогда не было даже 500 тысяч человек под ружьем
Численность Красной армии в 1919 году определялась в три миллиона, а в 1920-м – в пять миллионов. Другое дело, что Красную армию приходилось постоянно пополнять, многие дезертировали, умирали от тифа и даже от голода.
Точно так же нам не говорят, что белые всегда уступали красным по количеству винтовок, пушек, пулеметов, патронов и снарядов. Большевики контролировали Петербург (половина военной продукции при царизме), тульские арсеналы, тульский патронный и так далее.
Даже в момент занятия малочисленной армией Колчака Урала и Воткинских заводов военный потенциал районов, находившихся у большевиков, был выше. А жалкие поставки оружия с Запада разницы в вооружении не компенсировали.
Поэтому война с Деникиным выглядела очень просто – стотысячный корпус Деникина громил двухсоттысячный корпус большевиков, соединения Деникина возрастали до 150 тысяч, против них выставляли триста тысяч. И так все шло по нарастающей. Вдобавок чем дальше Деникин шел к Москве, тем длиннее становились фланги. В конце концов фронт должен был рухнуть – и рухнул.
Можно и нужно говорить о позиции русского крестьянства, которое после всех издевательств над офицерами и генералами летом 1917 года откровенно боялось мести дворян и офицеров, поэтому восставало против большевиков, но не объединялось с белыми, поэтому последним явно не хватало общей массы бойцов, готовых воевать с винтовками и идти в штыковую с пятью патронами в кармане. Но подозревать красных в великом полководческом искусстве не стоит.
Под Воронежем было очень просто – подогнали дивизий шесть с тыла, ударили в неизбежные просветы между редкими частями наступавших, реализовали численное преимущество. Белые были вынуждены побежать. Дальше началось неизбежное дезертирство крестьян из этих частей.
У поляков после земельной реформы Пилсудского таких проблем не было. Поляки к лету 1917-го были глубоко в тылу немецких войск, в погроме офицеров не участвовали. Пилсудский мобилизовал дополнительно несколько сотен тысяч крестьян, дождался, когда красные части вступили на территорию собственно Польши. Тут он уже мог апеллировать к польскому патриотизму.
Далее последовал удар по стыкам между красных частей, армия Тухачевского рухнула, оказавшись полностью беспомощной и неуправляемой. Тут-то выяснилось, что большевистский развал на транспорте и промышленности не позволяет вовремя перебрасывать большое количество войск, снабжать их и управлять ими.
Как только большевики потеряли возможность воевать в численном преимуществе, они проиграли. Зато численное преимущество над Врангелем реализовали сравнительно быстро.
Источник: Блог Алексея Богословского